Корнет (СИ)
Увидев сию картину, Плехов не удержался от хохота: в темно-синем халате, который был ей размера на четыре больше и на полметра длиннее, Иринка сейчас напоминала то ли Маленького Мука, то ли Зайца из «Ну, погоди!» в «дед-морозовском» одеянии.
«Вроде бы еще Джерри в какой-то серии в таком халате пытался противостоять Тому!».
До того вид девушки был потешен, что, бросив на столешницу нож и вилку, Плехов был вынужден сесть на табурет. А потом, разглядев лицо возмущенно уставившейся на него из недр необъятного капюшона девчонки, захохотал еще сильнее. Немного отдышавшись, он объяснил ей:
— Да ты сама на себя в зеркало посмотри!
Девчонка не преминула это сделать, хихикнула и, уставив на него тонкий пальчик, заявила:
— Это ты надо мной так издеваешься, да? Всучил этот балахон…
— А кто обвинял меня, что я твою попу разглядывал, пока ты полы мыла? — парировал он.
— Ай, ладно! — отмахнулась она от его слов, — Но ведь я и есть в таком не смогу: рукава-то… Как у русского боярина — чуть не по колено!
Плехов пожал плечами:
— А где ты рубашку бросила?
Иринка все-таки переоделась. И теперь он был вынужден отводить взгляд от красивых ножек. Под коньячок она принялась его одолевать расспросами:
— Так ты не из этих, не из «мажоров», что ли? А я уж подумала: «Вот встряла!».
— Боишься их? — прищурился поверх бокала Евгений.
— Да не то чтобы боюсь… Просто был как-то опыт в одном клубе. Ну их…
— Танцевала там? — больше для поддержания разговора спросил Плехов.
— Ты имеешь в виду — стриптиз? Да нет… Я там не работала. С девчонками как-то зашли посидеть… А там — эти…
— А так… Приходилось работать в барах? — чуть улыбнулся он.
— Ну-у-у… с подружкой как-то курсы танцев на пилоне прошли. Но… нет. Ну это все на хрен! — девчонку немного «повело» от выпитого.
И тем больше было ее удивление, когда, попив кофе и убрав со стола, Плехов спросил:
— Тебе где лучше постелить — наверху, на диване, или здесь, внизу?
«Не-не-не… Мне завтра в «санаторий» ехать, там Алла. Так что — спать!».
Но поспать все же не вышло. Не успел он задремать, как услышал легкие шлепки ног по стеклянному полу и почувствовал, как к нему под одеяло нырнуло это белокурое создание.
— Ты чего, Иринка? — хмыкнул он.
— Чего, чего… Холодно там, на том диване! И вообще… девушку ужинал? А кто ее танцевать будет? — пробурчала девчонка, прижимаясь к нему.
В общем, ночь у Плехова выдалась веселая.
Девочка была старательная. Губами. И совсем немного застенчивая.
— Только не сразу, хорошо? А то… Большеват ты для меня.
«Х-м-м… большеват. Всегда удивляло… Хотя так-то физиология понятна, да. Мышцы там, тянутся. Но все равно — как он туда так легко сходит? Ну, ладно! Пусть — не сразу и не легко, но…».
Размышлял Плехов, глядя, как Иринка, вся ушедшая в себя, резво скачет сверху.
«И ведь предупредил ее, что камеры стоят. Что могу и не удержаться, включить запись. А она, покрутив головой по сторонам, засмеялась и сказала, что будет интересно посмотреть потом!».
А когда он пил чай с коньяком, сидя на том диване, откуда она сбежала к нему, Иринка показала ему танец. На том самом пилоне, в качестве которого использовалась хромированная подпорка возле верхней зоны отдыха.
— Так это и есть шест, а никакая не подпорка! — заявила Иринка, — Здесь для этого все продумано!
Это было здорово и очень возбуждающе! Ведь девушка оставалась голой, и с определенных ракурсов вид открывался предельно откровенный.
Плехов не был таким уж незнайкой в таком деле. Но одно — когда танцовщица в белье, и совсем другое дело, когда вот так. Припоминалось, что как-то были они со знакомыми в одном клубе. Там тоже две танцовщицы крутились вокруг шеста голыми. Тела их были безупречны, движения завораживающе красивыми, но… Чрезмерный макияж и татуировки на телах! Евгению именно это очень не понравилось, хотя он отдавал себе отчет, что как гимнастки девушки были — выше всяких похвал!
А еще в кровати он ловил себя на мысли, что очень уж Ирина напоминает ему… Цири. Дроу, которая уехала с Волин в Орду. Такая же миниатюрная, очень гибкая…
«М-да… Волин!».
Кроме всего прочего, Иринка оказалась не избалованной. Пока Плехов спал, она отгладила выстиранную одежду. И свою, и его. И даже кофе сварила! Ну как — сварила? Постаралась.
«Кофе она варить не умеет!».
Вот такие приятные воспоминания и раздумья посещали сновидца, пока он неспешно катил навстречу своему новому приключению.
Алла и Карпов были деловиты и настроены сугубо на работу.
Но опять же — разница в подходах была видна, как и прежде. Зацепина прямо горела желанием продолжить исследования феномена сновидцев, а вот руководитель — тот все больше раздумывал, что же все-таки это такое — сны? Погружение ли в сопредельный мир, пусть даже только сознанием, или нечто «навеянное» ноосферой? И насколько навыки и умения, полученные видящим в этом непонятном «нечто», возможны к применению здесь и сейчас. Ну, пусть будет — с учетом их возможного развития.
«Магия-шмагия! Экстрасенсорика разная. И прочие… «неисповедимые» господние пути!».
— В общем, думаю, получится решить с отправкой тебя куда-нибудь…, - Карпов пожевал губами, — в места, которые испокон веку почитались за странные или же непонятные.
— А поконкретнее? — поинтересовался Плехов.
— Х-м-м… раньше-то, при «клятых коммуняках», у нас была куда как широкая сеть различного рода исследовательских станций и лабораторий. Но не приживается как-то наука с рыночной экономикой. Если что подходит к внедрению уже здесь и сейчас или — в пределах обозримого будущего, то — да, финансирование возможно. А если все «вилами по воде писано» — то и хрен там! То есть сугубо прикладная наука, да и то… если возможно просчитать возможный профит. Но есть парочка метео и прочих гидростанций наблюдения. Эфир люди слушают, разное изучают. Все больше, конечно, по линии Министерства обороны. Ты сам, я думаю, понимаешь, что ФСБ к последнему — никак. И чтобы согласовать все это — в такие вышние сферы нужно лезть да каждому объяснять! А это уже и вовсе ни к чему! Течет у нас, течет очень сильно и везде.
— А Академия наук? — удивился Плехов.
— А Академия… это уже давно бюрократически-финансовая контора, которая занимается больше выбиванием денег из бюджета для построения воздушных замков и их последующего изучения. Но мне тут подсказали… На плато Путорана есть одна интересная лаборатория. Вот те, кому положено, и заняты сейчас созданием для тебя соответствующей легенды и прикрытия. Думаю, к концу августа — началу сентября вопрос разрешится. Да это и к лучшему! Там как раз весь тамошний гнус первыми заморозками прибьет. Ты-то ладно, а вот Аллу Дмитриевну съедят же! — усмехнулся Карпов.
— А-а-а… Алла Дмитриевна что — со мной поедет? — удивился Плехов.
— А ты — против? — приподняла бровь женщина.
— Да ну, что вы! Как раз и нет! — открестился Плехов подумав цинично:
«Неизвестно, сколько там проторчать придется, а вот то, что Алла будет рядом — это «зер гут»! Потребительски рассуждаю? Блудливо? Ну-у-у… есть такое дело. Но ведь, когда рядом любовница, ничего тебя не отвлекает от познания сил природы. Я сейчас — про грешные мысли!».
— К-х-м-м… а вы сами-то, Алла Дмитриевна, как к этому относитесь? Ведь дикие же дали, условия, думаю, — соответствующие! — посмотрел он на подругу-психолога.
— Да я уж не думаю, что нас с тобой в палатке оставят проживать, за тридевять земель от ближайшей бани…
— Ладно! То будем обсуждать, когда приблизимся к указанному мероприятию. А пока… У вас, Алла Дмитриевна, все готово к продолжению экспериментов, не так ли? Ну-с… Тогда — с Богом!
И снова полное медицинское обследование. Снова анализы, замеры и заборы. Заборы — крови и прочих жидкостей, имеется в виду. Три дня — коту под хвост!
«Зато я знаю состояние своего здоровья, как никто другой в этой стране. А то и в мире!».