Академия Единства: Первый курс! (СИ)

1
Глава четвёртая
По настоятельному требованию врачей из лазарета я соблюдал постельный режим ещё, примерно, дня три. А потом уже мне разрешили учиться, но в течении двух недель просили воздержаться от любой нагрузки на тело.
Провалявшись три дня, и чуть не померев со скуки, я с огромной радостью пошел на свой первый урок. Когда я вошел в класс, ко мне подошел парень и совершенно неожиданно спросил:
- Ты Шерея Хлаалулина не видел? Нигде не можем его найти!
— Нет, я только пришел, а что, с ним что-то случилось? — обеспокоенно спросил я и занервничал. Шерей заходил навестить меня, пока у меня был постельный режим. — Так в чем дело? Шерей мне говорил, что у нас на факультете и в классе никто не враждует.
— Да, однако нас не особо жалуют все остальные факультеты. Но агрессию проявляют лишь маги боевики! С ними и враждуем! Остальные факультеты стараются придерживаться нейтралитета, хотя периодически их тоже, так или иначе втягивают, но лишь по отдельности.
— Так, ладно, давай рассаживаться, вот-вот придет профессор Амелинда Хлаалулин! Кстати, меня зовут Рей Телвос, приятно познакомиться!
— А меня Илфирин Калэ, мне тоже приятно! — сказал я, пожав ему руку, и мы начали рассаживаться.
Профессор Амелинда пришла, начала доставать материалы сегодняшнего урока и параллельно говорила:
— Доброе утро, класс! Для тех, кто еще не запомнил, повторюсь, меня зовут Профессор Амелинда Хлаалулин камен. Можно обращаться профессор Амелинда…
Тут в класс врывается какой-то парень и начинает быстро говорить:
— Профессор Амелинда, один из учеников с вашего факультета весит над главным входом в академию. Он без сознания!
— Ученики, все за мной, марш! — сказала профессор и стрелой вылетела из класса.
Мы все бросились за учителем. Она неслась так быстро, будто за ней гнались, как минимум стая волкодлаков. Проносясь бешенным тайфуном по всей академии, мы прибежали к главному входу и то, что я увидел, привело меня в состояние берсерка в особой стадии бешенства.
…
Над главным входом в академию висел Рыжик. Его мантия была наполовину разорвана, так, что верхняя часть тела была обнажена. На Рыжике живого места не осталось, а помимо того, что все тело было в кровоподтёках и синяках, в области солнечного сплетения красовалась ужасная гематома. Про лицо даже говорить не хочу.
— Спокойно, спокойно! Ты еще разберёшься с ними, но потом, а пока займись его здоровьем! — прошептал я.
Тем временем профессор уже сняла его с главного входа. Набежали доктора из лазарета. Я обеспокоенно спросил:
— С ним всё будет хорошо?
— Вы его друг?
— Да!
— Тут вопрос, выживет ли он. Его избили до полусмерти, много гематом и внутренних переломов!
 
— Простите, что?
— Прочь от него! — прорычал я. Видать, их проняло до глубины души, потому, как их будто ураганом унесло. Но мне было плевать. Пробудив свою истинную магию, я открыл глаза и направил её на бедного Шера. Гематомы, синяки, кровоподтеки и внутренние переломы очень быстро начали исцеляться, а по толпе поползли разговоры.
— Его глаза!
— Гляньте, они светятся синим светом!
И уже от лекарей:
— Неужели это магия небесного народа жившего здесь в древние времена?!
— О да, это она! Она полностью исцелила его. На такое способны только небесные люди!
— Все, он здоров. Он очнется через несколько дней, его организм измотан. Пусть отдохнёт!
— Да, конечно. И еще ему будет прописан постельный режим, как только очнется. Пусть наберется сил!
— Хорошо, оставляю его на вас! Мне надо немного отдохнуть! — и с этими словами я отправился назад, в класс. Но я чувствовал, как все мне просверливают спину взглядами.
Когда мы вернулись в класс, профессор Амелинда сказала:
— Что же, в связи с этим происшествием я отменяю все уроки, но одну вещь мы должны сделать прямо сейчас. Нам нужно выбрать старосту факультета!
Я вообще не хотел участвовать, но вдруг услышал единодушное: "Илфирин Калэ! Илфирин Калэ! Илфирин Калэ! Илфирин Калэ!"
— Что? Почему я?
— Думаю, что все и так поняли, почему ты. — сказала профессор.
 
— Ладно, так и быть. Но что входит в мои обязанности?
— Ты следишь за порядком на факультете, чтобы никто не нарушал правила академии, в случае нарушения ты можешь выбирать наказание для провинившегося, а также ты можешь формировать клубы ордена. Ну и так далее. Отчитываешься ты только перед мной, куратором своего факультета, и директором школы.
— Спасибо, что пояснили! — сказал я, а мысленно, потирая руки, уже придумал план мести: "Что же, держитесь, Боевики, скоро вы получите возмездие!" О возмездие говорят, что самую ярую любительницу мести звали Немезида Хлаалулин (откуда я это знаю? Да пока действовал постельный режим, я перечитал все книги что были у дяди, вот и вспомнил) Решено! Орден назову: "Орден Немезида"! Его назначение — месть, возмездие и справедливость!
Глава четвёртая
По настоятельному требованию врачей из лазарета я соблюдал постельный режим ещё, примерно, дня три. А потом уже мне разрешили учиться, но в течении двух недель просили воздержаться от любой нагрузки на тело.
Провалявшись три дня, и чуть не померев со скуки, я с огромной радостью пошел на свой первый урок. Когда я вошел в класс, ко мне подошел парень и совершенно неожиданно спросил:
- Ты Шерея Хлаалулина не видел? Нигде не можем его найти!
— Нет, я только пришел, а что, с ним что-то случилось? — обеспокоенно спросил я и занервничал. Шерей заходил навестить меня, пока у меня был постельный режим. — Так в чем дело? Шерей мне говорил, что у нас на факультете и в классе никто не враждует.
— Да, однако нас не особо жалуют все остальные факультеты. Но агрессию проявляют лишь маги боевики! С ними и враждуем! Остальные факультеты стараются придерживаться нейтралитета, хотя периодически их тоже, так или иначе втягивают, но лишь по отдельности.
— Так, ладно, давай рассаживаться, вот-вот придет профессор Амелинда Хлаалулин! Кстати, меня зовут Рей Телвос, приятно познакомиться!
— А меня Илфирин Калэ, мне тоже приятно! — сказал я, пожав ему руку, и мы начали рассаживаться.
Профессор Амелинда пришла, начала доставать материалы сегодняшнего урока и параллельно говорила:
— Доброе утро, класс! Для тех, кто еще не запомнил, повторюсь, меня зовут Профессор Амелинда Хлаалулин камен. Можно обращаться профессор Амелинда…
Тут в класс врывается какой-то парень и начинает быстро говорить:
— Профессор Амелинда, один из учеников с вашего факультета весит над главным входом в академию. Он без сознания!
— Ученики, все за мной, марш! — сказала профессор и стрелой вылетела из класса.
Мы все бросились за учителем. Она неслась так быстро, будто за ней гнались, как минимум стая волкодлаков. Проносясь бешенным тайфуном по всей академии, мы прибежали к главному входу и то, что я увидел, привело меня в состояние берсерка в особой стадии бешенства.
…
Над главным входом в академию висел Рыжик. Его мантия была наполовину разорвана, так, что верхняя часть тела была обнажена. На Рыжике живого места не осталось, а помимо того, что все тело было в кровоподтёках и синяках, в области солнечного сплетения красовалась ужасная гематома. Про лицо даже говорить не хочу.
— Спокойно, спокойно! Ты еще разберёшься с ними, но потом, а пока займись его здоровьем! — прошептал я.
Тем временем профессор уже сняла его с главного входа. Набежали доктора из лазарета. Я обеспокоенно спросил:
— С ним всё будет хорошо?
— Вы его друг?
— Да!
— Тут вопрос, выживет ли он. Его избили до полусмерти, много гематом и внутренних переломов!
 
— Простите, что?
— Прочь от него! — прорычал я. Видать, их проняло до глубины души, потому, как их будто ураганом унесло. Но мне было плевать. Пробудив свою истинную магию, я открыл глаза и направил её на бедного Шера. Гематомы, синяки, кровоподтеки и внутренние переломы очень быстро начали исцеляться, а по толпе поползли разговоры.