Безумный Рудокоп XVI (СИ)

— Она точно здесь, — ответил граф, нахмурившись. — Ее видели входящей в ворота этой заставы вчера.
— Вот как… — пробормотал гоблин-рыцарь и переговорил по телефону. — Тогда, как она выглядит? Как ее зовут? Сколько ей лет?
— У нее ярко-красные волосы, зовут ее Лилия, и ей тринадцать лет, — без запинки проговорил аристократ.
— Так, красные волосы, имя — Лилия… — диктовал гоблин в телефон. — Возраст — тринадцать лет. Подожди… Эй граф, ты не ошибся? Точно тринадцать, а не тридцать?
— Точно тринадцать! — дворянин так долго гневался, что уже начал чувствовать апатию.
Он заметил, что пока они стояли, на стене возле заставы появилось больше гоблинов, а также магические куклы. И ему не повезло встретить не только члена главного племени, а еще и внука Матриарха. Если тот заартачится, дело не будет простым. Начать с того, что он не был уверен, хватил ли у него сил для прорыва через заставу. Но даже если он это сделает, что дальше? По большей части, ранее он бравировал своей силой и властью. Он хотел напугать гоблинов. Максимум, срубить пару голов, чтобы ему вернули его невесту. Но теперь это племя было под магами. И скорее всего, магами-ренегатами, которые вполне вероятно были в контрах с человеческими странами. А разгуливать по территории магов, чьи марионетки достаточно точно стреляли из мощных мушкетов, было в высшей мере неразумно.
— Тебе лет шестьдесят, судя по всему, — проговорил гоблин. — Ты уверен, что осилишь такую молодую жену?
Проблема в том, что в какой-то момент гоблин-рыцарь достал рупор и теперь общался только через него. И последнюю фразу слышали не только все гоблины заставы, но и купцы, и крестьяне, и его собственные всадники.
— Мне сорок девять, придурок! — прокричал граф. — Пошевеливайся давай, и приведи ко мне Лилию! Или сегодня же вечером я объявлю вам войну!
— Ладно, ладно! — махнул на него рукой гоблин. — Ща разберемся.
Внук Матриарха снова прильнул к телефону ухом и начал слушать другую сторону. По мере прослушивания различные эмоции были заметны на его лице, и через некоторое время гоблин посмотрел на графа. А потом внезапно улыбнулся, аки чеширский кот.
— Извините, дорогой граф! — проговорил он в рупор счастливым голосом. — Позвольте мне прояснить текущую ситуацию. У нас в племени недавно приняты новые законы. Кстати, у нашей страны теперь есть официальное название — Лялябия. Так вот, согласно законам Лялябии, любой человек младше десяти лет или гоблин младше двух, приходя на нашу территорию без сопровождения опекуна старше шестнадцати лет и прося убежище, сразу же получает специальный металлический жетон, который позволяет ему пользоваться всеми правами гражданина Лялябии. После этого проводится проверка по ускоренной процедуре, и ребенок получает регистрационные документы.
Человек младше четырнадцати лет или гоблин младше трех лет в аналогичной ситуации жетон прав гражданина сразу не получает, но проходит ускоренную процедуру регистрации. По регламенту первая часть этой процедуры, включающая в себя собеседование с беженцем и опрос группы, в составе которой беженец прибыл, должна занимать не более трех часов. А полная проверка должна занимать не более суток, после чего беженец получает регистрационные документы. Отдельные процедуры также есть для людей старше четырнадцати, но младше шестнадцати, и от шестнадцати до восемнадцати. Так вот. Мисс Лилия успешно прошла все процедуры и сегодня утром получила статус гражданина Лялябии. Даже похоже очень звучит. Не иначе — судьба!
— И что это меняет? — прокричал аристократ. — Давайте, ведите ее уже побыстрее. Меня не интересует ее гражданство!
— Ооо, многоуважаемый граф, — еще шире улыбнулся гоблин. — Это меняет очень многое! Вместе с правами у граждан Лялябии есть еще и обязанности. В частности — обязанность соблюдать законы Лялябии. А по нашим новым законам, несовершеннолетний гражданин не имеет право покидать территорию страны без сопровождения опекуна.
— Меня это все уже начинает доставать! — возмущался граф. Он уже начинал медленно осознавать, что проблема не будет решена быстро. — В чем проблема? Пусть с опекуном выходит, мне все равно!
 
— Мисс Лилия сейчас живет в нашем центральном детском доме, — быстро начал отвечать гоблин. — Хотя директор детского дома и воспитательницы должны заботиться о ней, но никто из них не назначен официальным опекуном. Согласно нашим законам мисс Лилия не может покинуть страну.
— Вы не хотите ее отдавать? — злобно процедил дворянин. — Вы хотите начать войну?
  
Глава 385
 
— Нет-нет, конечно! — помотал головой гоблин. — Никакой войны! Я просто следую процедуре. Законы издаются только для того, чтобы их соблюдать. Мы — гоблины, приходя на территорию вашего человеческого Королевства, ведь соблюдаем ваши законы. Давайте сделаем шаг назад и сделаем все, согласно законам Лялябии. Я не против конкретно Вас, дорогой граф, просто есть определенные правила, которые ни я, ни любой другой гоблин на этой заставе не может нарушить. Поймите, у меня просто связаны руки!
Аристократ задумался. Он, конечно, чувствовал, что что-то здесь не так, но другая сторона была крайне аргументированной. Если бы он начал войну с такими обоснованиями другой стороны, то находился бы в невыгодной позиции с моральной точки зрения. Вроде бы, этот странный гоблин сейчас шел на контакт, и в развязывании конфликта его нельзя было бы обвинить. По обе стороны от заставы были сотни людей, которые изначально входили и выходили с территории племени гоблинов, а сейчас просто стояли и грели уши. Это еще граф не знал, что на этой заставе, так как она была центральной и самой крупной в этом направлении, была установлена магическая камера наблюдения. Сейчас она передавала изображение на центральный пункт, и за представлением наблюдали сотни сотрудников различных ведомств. Тут также были стенографисты, которые записывали речь сразу на местном общем, сиречь, человеческом языке, гоблинском, гномьем, эльфийском и русском языкам.
Местный язык показался членам гильдии слишком сложным, ну, не нашлось здесь своего Пушкина, а если и нашелся, то был убиен, скорее всего, за поклеп на государя. Исследования показали, что обучать ему детей было сложно, особенно в свете того, что диалект и письменность могли отличаться на территории разных рас или даже разных человеческих государств. Поэтому гильдийцы не стали париться, и сразу учили местных крестьян и гоблинов русскому, чтобы взаимодействие между ними, а также со специалистами гильдии, было более эффективным. Тут даже были два механических записывающих устройства разного типа, которые могли записывать звук, но не видео. Рад записью видео специалисты гильдии все еще колупались.
— Все понятно! — твердо проговорил аристократ. — Тогда просто признайте процедуру регистрации недействительной и отмените гражданство.
— А основания? — спросил гоблин серьезно.
— Она — гражданка моего государства! — уверенно проговорил граф. — Поэтому не может быть гражданкой вашего.
Переговорщик приложил вновь прильнул телефоном к уху. Ему не нужно было повторять, на той стороне все прекрасно видели и слышали. И в действительности общался с человеком профессиональный спикер гильдии Надежда. Рыцарь-гоблин был просто говорящей головой. На площадях перед заставой и после нее собралась уже в общей сложности тысяча человек. Тут такая драма разворачивалась, и всем было жутко интересно, чем закончится. Сам граф и его всадники не решались на активные действия.
Во-первых, здесь были сотни крестьян, которые, если будут загнаны в угол, могут и огрызнуться. Да, для пятидесяти рыцарей и несколько тысяч крестьян не были проблемой. Но два или три подчиненных графа могут случайно пострадать или быть убиты в общей сумятице. Но самым важным было то, что тут были гоблины с арбалетами, аркабалисты и марионетки с мушкетами. Аристократ мог лишь проглотить недовольство и позволить им слушать. Но в тайне он и его люди запоминали лица, чтобы потом наказать некоторых. Крестьяне поумнее стояли спиной и только напрягали уши, а самые сообразительные постарались поскорее пройти проверку и попасть на торговую площадь за заставой.