Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)
– Отлично, тенденция радует, – кивнул Шаррум‑итер. Приподняв за шиворот деваху, полирующую языком его доспехи, он подключился к интерфейсу её костюма‑брони, после чего от доспехов начали отделяться отдельные части и падать на пол. Очень быстро Тёмная ваниар осталась полностью обнажённая. Шаррум‑итер, равнодушно блестя холодными глазами из‑под забрала, крепко прижал её к себе, сжимая когтистыми перчатками податливую серую плоть. Из‑под когтей потекли капли чёрной крови. Девица застонала, закусив губу и закатив глаза.
– Я всё‑таки не понимаю, – Визайя хрустнул сразу несколькими суставами. Он уселся прямо на стол и сделал инъекцию уже себе. Длинная и острая игла вошла ему прямо в висок, погрузившись глубоко в мозг. Визайя всегда считал, что уколы если и делать, то от души. Его лицо порозовело, движения стали быстрее и плавнее. Гомункулу, кажется, заметно полегчало. – Зачем такие сложности? Почему бы просто не вколоть строптивой принцесске хороший такой коктейль из наркотиков? Превратите её в послушную, зависимую от вас куклу, готовую исполнить любой ваш приказ.
– Ты же знаешь, Визайя, – произнёс Шаррум‑итер. – Она всё‑таки не обычная ваниар. Я хочу заставить её выйти за меня замуж. И мне нужно, чтобы решение она приняла, находясь в здравом уме.
Он притянул к себе девицу, приподнял забрало и вонзил зубы ей в шею, моментально разорвав артерию. Чёрная кровь хлынула на свободу, лидер приник к ране, словно к роднику, втягивая в себя изумительную на вкус чёрную влагу. Тёмная ваниар продолжала постанывать, на её лице застыло выражение экстаза. Её живот и ноги несколько раз конвульсивно дёрнулись, по внутренним сторонам бёдрам скатились несколько полупрозрачных капель.
Глава 10
– Слишком долго мы, Тёмные ваниар, ютились на задворках галактики, – произнёс Шаррум‑итер, на секунду оторвавшись от лакомства. Дева в его руках тяжело дышала, вена на её виске пульсировала. Её кожа как будто сморщилась, по всей поверхности проступили морщины, словно ей очень недоставало влаги. – Долгое время мы занимались только налётами и пиратством, а Претемнейший Мидьяр, наша единственная планета, являлся общим домом для всех ветвей Тёмных ваниар. Но я считаю, что пришло время положить конец устоявшимся порядкам. Пора Тёмным ваниар пустить корни, забрать себе ценные планеты и построить полноценное государство. В нём мы будем стоять на вершине пищевой цепочки, а остальные расы припадут к нашим ногам в качестве рабов. Луна и Целен станут первыми шагами в достижении этой цели. А в последствии мы заберем себе и эту маленькую голубую планету, населённую примитивными дикарями, лишёнными высоких технологий.
– То есть вы хотите официального признания, – в глазах гомункула появилось понимание. Он отвесил пару оплеух излишне кровожадным сородичами, спьяну решивших пососать кровушки из его хвоста. – Если принцесса изберёт вас своим мужем, вы официально станете королём Целена, и наше пребывание здесь станет совершенно законным... Правда, мы и раньше плевать хотели на законность и всегда делали, что хотели... – он хохотнул, инструменты на его протезе задребезжали в такт смеху. – Но вам виднее, верховный лидер. Если мы хотим не грабить стадо, а стричь его, то, наверное, это самый правильный подход.
Верховный лидер столкнул с колен тело – уже мёртвое, высушенное им до суха. Некогда цветущая ваниар более напоминала мумию. Шаррум‑итер мимоходом подумал, что она после того, как отлежится в репликаторе, наверняка будет хвастать подругам, как её попользовал сам верховный лидер ветви.
– С принцессой всё понятно, а всё ли спокойно в наших землях, Визайя? – спросил Шаррум‑итер, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Я ведь оставил тебя за главного в своё отсутствие. Только не говори, что опять спустился в свои подземелья, обкололся наркотой и резал пленников почём зря... Ты ещё это научными экспериментами называешь.
– Но ведь это и правда важные научные эксперименты! – гомункул с возмущением посмотрел на лидера. Кончик его хвоста начал вибрировать, словно у гремучей змеи. Так всегда происходило, когда речь заходила о любимых научных экспериментах Визайи. Он очень чувствительно воспринимал любую критику в свой адрес. – Я работаю над созданием совершенно нового оружия, равному которому не знала вселенная! А наркотики я использую в качестве анестезии, ведь наработки на себе тестирую! Как и должен поступать настоящий учёный. Посмотрите на моё цветущее лицо!
В этот момент челюсть у гомункула начала отваливаться, но тот ловко подхватил её на уровне груди и быстренько начал приделывать обратно, что‑то со скрежетом подкручивая в месте скрепления нижней челюсти с черепом. Иногда части искусственного тела, что использовал гомункул, подводили его. Особенно после подобных буйных застолий.
– Сделаю вид, что поверю, – сказал Шаррум‑итер. Своё лицо он вновь прикрыл забралом. Его доспехи издали громкий гул, послышались странные звуки, словно невидимые пилы резали плоть. Костюм продолжал лечить своего хозяина даже прямо сейчас, перекраивая его тело. Без анестезии... если не считать за неё алкоголь. Верховный лидер, давно привыкший к боли, продолжал говорить спокойно, как ни в чём ни бывало: – Ты какое столетие над своим оружием работаешь, столько ценного материала уже перевёл, а результата нет...
– Я уже очень близко к цели... Как никогда раньше! Возможно, результат будет уже в ближайшие дни! ‑‑ с невероятным возбуждением произнёс гомункул. – Вы будет приятно удивлены!
Но обещания приближённого на Шаррум‑итера особого впечатления не произвели. Гомункул уже давно вёл беседы про своё невероятное оружие, но пока всё оставалось лишь на словах.
– Ты лучше скажи, не случилось ли чего в моё отсутствие? – поинтересовался Шаррум‑итер. – Что‑то такое, о чём мои преданные советники мне по каким‑то причинам решили не доложить.
– Да что тут может случится, владыка, – Визайя поддел сверлом плод кактусокапусты и отправил себе в рот. – Тишь да гладь кругом. Захолустье одним словом. Изредка разве что кого‑нибудь прирежут или ограбят – обычные мирные дела. Скучный быт.
Однако по сверкнувшим глазам подчинённого верховный лидер понял – что‑то всё же произошло. О чём даже верный гомункул докладывать не желает.
– Эх, Визайя, Визайя... ты же знаешь наш народ, – он решил зайти с другой стороны. – Пока они на корабле – дисциплина просто железная. Но стоит воинам причалить в порт, ступить на планету, то... то всё. Вот просто всё. Башку срывает по самый мозжечок. Наркотики, шлюхи, зверства, убийства, всевозможные извращения... – лидер Тёмной материи покачал головой. – С этими незначительными шалостями я бы ещё мог смириться... ибо сам с удовольствием практикую... но ведь воины постоянно имущество портят! Ладно бы своё или лунных ваниар, на них мне плевать... но ведь многие пользуются выданными на время похода транспортниками и оружием! Они стоят немалых денег. Поэтому за нашими людьми нужен глаз да глаз...
– Не беспокойтесь, владыка, я очень тщательно следил за ситуацией, – успокоил его Визайя. – За время вашего отсутствия ничего из ряда вон не произошло, – он замолчал, проглотил пережёванную мякоть и уставился в потолок. – За исключением одного случая... он имел место буквально несколько часов назад. Были убиты все члены сквада Молодых Дерзнувших. Они направлялись в Целен после выполнения боевого задания и... что‑то произошло в дороге. Видеозаписи не сохранились.
– Они не могли передраться? – заметил Шаррум‑итер. – Эта молодежь не признаёт авторитетов, а когда я в отъезде, так им и вовсе головы сносит...
– Я думаю, это дело рук партизан, – произнёс Визайя. – До меня доходили слухи, что некоторые лунные ваниар, недовольные нашей властью, решили отринуть свой любимый жизненный принцип непротивления злу насилием...
– Ты хочешь сказать... – недоверчиво произнёс лидер Тёмной материи. – Что эти жалкие рабы осмелились поднять против нас оружие? Впервые за всё время? Что ж, это они очень и очень зря...