Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)

Бенедикт забормотал заклинания, начал плести пальцами невидимую сеть, и на пути Зверокниги возник портал, сверкая «мыльной» поверхностью.
Бенедикт, видимо, рассчитывал перенести Зверокнигу в другое место, подальше от разлома. Но Часовой, явно сделав выводы после стычки с Парацельсом, быстро отреагировал — направил свою морду с циферблатом на Бенедикта. Больше никаких действий гость из иного мира на первый взгляд не предпринял, но маг побледнел и рухнул на колени, его портал с тихим шипением испарился.
Зверокнигу вместе с Герендом практически затянуло в разлом. Погрузившись в него наполовину, Урсула некоторое время балансировала на грани, крепко вцепившись щупальцами в неровности пола. Напоследок она ударила по Часовому несколькими заклинаниями, но они бессильно отразились от гладкой поверхности «аквариума».
Часовой подошёл к своей жертве и толкнул её прямо в морду. Щупальца Зверокниги разжались, и вместе с отчаянно вопящим Герендом они рухнули во тьму…
Когда Парацельс и Беатриса вернулись, встретил их только одинокий грустный призрак Кочерыжки, мерцающий над своим бренным телом.
— От так оно вот, едрить его в кочерыжку, — сказал гном и шмыгнул носом. — Буду теперь скорбным сквозняком парить по библиотеке и материть кочерыжкой загулявших охотников за сокровищами…
— Где Геренд? — спросил Парацельс, вертя головой по сторонам. — С ним всё хорошо?
— С ней, — поправил его Кочерыжка. — С ней всё плохо… Часовой… Зверокнига… маг… кочерыжка…
Речь Кочерыжки стала навнятной. Призрак на глазах начал тускнеть, мир мёртвых затягивал его.
Склонившись над телом гнома, Парацельс произнёс заклинание, щёлкнул пальцами. Жуткая рана на груди на глазах затянулась, а дух гнома втянуло обратно в тело.
Гном распахнул глаза, рывком сел и оглушительно раскашлялся.
— Я жив! Едрить его в кочерыжку! — выругался он и принялся ощупывать себя. — Вот это магия! Да вы, мессир, просто что что-то с чем-то…
— Где Геренд? — сурово спросил Парацельс, не дав гному даже секунды на передышку. — Где? Если с его лысой головы хотя бы волосок упадёт! Ух, я им устрою!
— Нету больше с нами Геренд, — Кочерыжка покачал головой. — Её забрал Часовой. Такая молодая девчуля была. Зачем вы её только с собой потащили?
Горю архимага не было предела. Глаза его в ужасе расширились, руки задрожали! Премия Мерлина, помахав волшебнику ручкой на прощание, уплыла в закат.
— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — завопил Парацельс, отчаянно дёргая себя за бороду. — Мой вампироэльф! Моя премия!
Беатриса непонимающе уставилась на волшебника — какой ещё вампироэльф? Какая ещё лысая голова? У кого?
Пока Парацельс переживал, леди расспросила Кочерыжку подробнее обо всём произошедшем.
— А когда их затянуло в эту жуткую трещину, маг, который Бенедикт, поднялся и рванул куда-то в темноту, за стеллажи, — Кочерыжка неопределённо махнул рукой. — Ищи его свищи.
— Да я его на клочки порву! — взревел раненым зверем Парацельс. — Я его в такое превращу, что мать родная от него откажется!
— Будьте благоразумнее, мессир, — остудила его Беатриса. — Надо решить, что делать дальше. Противник переиграл нас, но сила по прежнему на нашей стороне.
— Вы правы! — Парацельс насупил брови и глубоко вдохнул через нос, его ноздри заполоскало воздушными потоками словно флаги. — Чувствую следы трёх типов магии! Один — Зверокнига, однозначно. Её сила так же смердит как и она сама. Второй — неизвестный мне волшебник. Думаю, это самый Бенедикт. Бьюсь об заклад, «Поцелуй Суккуба» его рук дело. Третий… третий… да, это Часовой. Кого-кого, а этого мутного пришельца ни с кем не спутать!
— Интересно, Зверокнига случайно вызвала его? — Беатриса задумчиво поскребла подбородок. — Ни с того ни с сего ляпнула запретное слово?
— Именно так и было, — подтвердил Кочерыжка. — Геренд её заговорила, да так ловко, что я сразу даже и не понял.
— Эти вампироэльфы кого угодно заболтают, — Парацельс начал скручивать бороду в колечки. — Жаль, умение чесать языком иногда выходит им боком.
— Я бы всё же не стала совсем исключать вариант, что Часовой действует заодно со Зверокнигой и её подручным, — сказала Беатриса — Мы как-то можем увидеть, что здесь произошло?
 
Парацельс глубоко задумался. Ни идей, ни подходящих заклинаний у него как назло не было.
— Нет, исключено, — покачал он головой. — Но у меня есть идея лучше! Помните, леди, я в самом начале говорил, что почувствовал источник силы в этой библиотеке? Я и сейчас его ощущаю прекрасно. Метрах в пятистах от нас. Думаю, есть смысл посмотреть, что там да как.
— Хорошо, только не теряйте бдительности, — сказала леди. — Вы уж очень склонны поддаваться эмоциям, мессир.
— И ничего я не склонен, — пробурчал Парацельс. — Это эмоции склонны мною поддаваться, а не я ими.
Источник магии располагался в части библиотеки, не задетой битвой. Ничем не примечательное место — всё те же стеллажи, шебуршащие на стеллажах зверокниги. Если источник магии и существует, то он явно скрыт от посторонних глаз.
Парацельс словно охотничий пес обнюхал все ближайшие стеллажи и даже пол. Не найдя искомого, он начал взбираться вверх по одному из стеллажей словно по лестнице. Зверокнини возмущённо порыкивали, когда волшебник случайно задевал их сапогами.
— Мессир, вы бы поаккуратнее, — заметил Кочерыжка. — А то не дай бог навернётесь. А если мы не поймаем?
Парацельс добрался до потолка и, выбрав на нём точку, ткнул в неё пальцем. Па потолке открылся портал, точь-в-точь как те, что использовал Бенедикта — сверкающая белым огнём окружность, затянутая «мыльной» плёнкой. Сквозь портал виднелась небольшая комната, заставленная горящими свечами.
— Ага! — торжествующе воскликнул Парацельс. — Замаскированный портал!
— Довольно сложное заклинание, — заметила Беатриса. — Этот Бенедикт очень умелый маг. Если не ошибаюсь, так зовут одного из учеников городского мага.
Парацельс прочитал заклинание левитации и сквозь портал влетел в комнату.
При появлении архимага пламя свечей едва заметно колыхнулось. Парацельс с задумчивым видом уставился на руны, начерченные на полу белым мелом. Часть из них предназначалась для стабилизации работы портала, чтобы его можно было открыть и закрыть в любой момент. Но большая часть рун была не знакома волшебнику.
Эта комната предназначена ещё для чего-то, подумал Парацельс, помимо отправной точки портала.
Он аккуратно повёл в воздухе руками, раздвигая свечи в стороны, освобождая проход от портала до двери, закрытой.
За архимагом в комнату поднялась Беатриса. При помощи заклинания телекинеза в помещение они начали поднимать Кочерыжку. Пузо гнома оказалось ну очень уж объёмным, и он застрял, просунувшись в портал лишь наполовину.
— Едрить меня в кочерыжку…
— Кажется, кто-то слишком много ест, — заметил архимаг.
— Тише вы оба! — прошипела Беатриса. — Враги кругом!
Гнома кое-как пропихнули. Пока он лежал, отдуваясь, Беатирса вновь достала свою лупу и принялась глядеть по сторонам.
— Ну что, леди? — спросил Парацельс. Он незаметно скосил глаза в лупу, но не увидел ничего кроме увеличенного изображения. Инквизиторские фокусы? — Видите что хорошее?
— Мы снова в Чертянске, — сказала Беатриса. — Знаете, что это значит?
— Что мы сэкономили кучу времени на возвращении? — обрадовался Парацельс.
— Это значит, что Бенедикт невероятно хорош в магии порталов, если может открывать их на такое большое расстояние и поддерживать в рабочем состоянии, — уточнила леди. — Я лично знаю всего одного такого человека. Он работал в инквизиции, но умер более ста лет назад.
 
— Хотите сказать, это он и есть? — удивился Парацельс. Он обратил внимание на оговорку Беатрисы, что она лично знала человека, жившего сто лет назад. Лично. Знала.
Или же это не оговорка?
— Я не исключаю никаких вариантов, — Беатриса убрала лупу в подсумку. — Бенедикт сидит у себя на втором этаже в кабинете. Берём его живым. Кочерыжка, — она перевела взгляд на гнома. — Тебе лучше подождать нас здесь.