Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)

Геренд впервые слышал, чтобы подобное жуткое существо обладало настолько банальным невыразительным голосом.
В отличии от маленькой зверокниги и ведьмы, Старшая Зверокнига говорит на современном имперском языке. Произношение чистое, без акцента, словно язык для неё родной.
Интересно, что изменилось, кроме размера? И образовавшейся хари, конечно. Судя по серьёзным лицам Парацельса и Беатрисы, что-то точно изменилось.
Эта версия Зверокниги наверняка намного опаснее предыдущей.
— А если мы попробуем так? — сказала тварь, продолжая улыбаться.
Ни с того ни с сего Геренда накрыло волной беспричинного жуткого страха. Он рухнул на колени, упёршись ладонями в холодные плиты пола. Прямо перед его глазами оказались зловещие символы, вызывающие безумные видения, но Геренд даже не заметил их — настолько сильный приступ страха скрутил его. Лицо бывшего вампира покрылось блестящими капельками пота.
Рядом пыхтел Кочерыжка — гнома скрутило страхом точно так же как и бывшего вампира.
— Так, ну хватит, хватит! — послышался голос Парацельса.
Кто-то громко щёлкнул пальцами — и страх в голове Геренда исчез. Убрался туда, откуда вылез.
Подняв голову, Геренд увидел, что Парацельс и Беатриса спокойно смотрят на Зверокнигу — похоже, приступ страха не задел их. Парацельс бодается взглядами с жуткой харей, Беатриса глядит чуть правее и выше монстра — неужели чего-то опасается? Использует боковое зрение на всякий случай?
— Берём живой? — спросил Парацельс.
— Разумеется, — ответила Беатриса.
Придя к соглашению, архимаг и леди двинулись на Зверокнигу, обходя её с двух сторон. Та хищно оскалилась и выпустила из под страниц ворох новых конечностей — щупальца с присосками, клешни, оскаленные клыкастые пасти на длинных шеях.
То, что произошло дальше, Геернд запомнил на всю жизнь. Хотя Парацельс и Беатриса решили брать Зверокнигу живой, битва на взгляд бывшего вампира, шла не на жизнь а на смерть. Ударные волны от сталкивающихся заклинаний опрокидывали один ряд стеллажей за другим. Воздух наполнился дымом, токсичными запахами и пищащими от страха младшими зверокнигами — магия нещадно швыряла тварюшек по всей библиотеке туда-сюда.
В ходе битвы проявилось несколько преимуществ Зверокниги. Уничтоженные конечности она заменяла новыми, отращивая их прямо на ходу. Заклинания тварь выдавала со скоростью дятла долбящего дерево. Она даже не произносила их — под стремительный шелест страниц Зверокнига просто приоткрывалась на нужном месте, и в Парацельса с Беатрисой летел очередной смертоносный импульс.
Геренд во второй раз подметил, что в Зверокниге не хватает кучи страниц. Больше половины. Она же не могла покинуть библиотеку и с кем-то подраться за её пределами. Получается, сама из себя их выдирала? Зачем?
Вопрос показался Геренду очень важным. Не исключено, что с ним связанна какая-то тайна.
— Гасите гниду! — орал Кочерыжка, тряся кулаками над головой. — С тыла заходи, с тыла! И в кочерыжку тварюку, в кочерыжку!
Вот как щёлкать сложные загадки, когда над ухом орёт буйный гном?
Постепенно Зверокнига начала проседать под напором Парацельса и Бетрисы. Пропустила несколько заклинаний, оставивших на её обложке обугленные дыры. Парацельс и Беатриса, почуяв слабину в противнике, удвоили натиск.
Странно, подумал Геренд, ведьма Гонтия расписала Зверокнигу, как «Нечеловеческий Ужас». Злорадствовала, что их творение перепугало до дрожи в коленках самого Просперо и всю его свиту. А что на деле? С монстром успешно справляются вдвоём Парацельс и Беатриса. Конечно, как говорил архимаг, магия ушла далеко вперёд за две тысячи лет… но не настолько же?
Что-то тут не так.
Пропустив очередной удар, Зверокнига зашипела от боли. Из носа жуткой хари хлынула густая кровь. Развернувшись спиной к обидчикам, тварь пустилась наутёк.
— Стоять! — взревел Парацельс, выпуская вслед Зверокниге сноп сверкающих искр. — Или будет больно!
— Больно будет в любом случае, — зловеще пообещала Беатриса, перезаряжая арбалет.
Зверокнига, Парацельс и Беатриса скрылись за дальними стеллажами, ещё не успевшими пострадать от буйства магии. Некоторое время до Геренда и Кочерыжки доносились звуки битвы, но постепенно они отдалились и затихли. Даже хвалёный острый эльфийский слух перестал что-либо различать.
 
Бывший вампир и гном остались вдвоём посреди разгрома. Если не считать повизгивающих от боли младших зверокниг, вяло скребущих когтями по полу.
Кочерыжка тут же принялся ездить Геренду по ушам, рассказывая, что он думает обо всём этом, через слово поминая кочерыжку. Бывший вампир слушал вполуха, отделываясь редкими «Да-да», «Ага», «Наверное».
— Чего-то долго их нет, — заметил Кочерыжка через некоторое время. — Как бы не случилось чего. Вдруг зверюга проклятая их в ловушку заманивает?
— Мы ничего не можем сделать, — пожал плечами Геренд. — Нам остаётся только ждать и верить в силу хреномага.
— Сила хреномага, это, конечно, хорошо, — вздохнул Кочерыжка. — Но как-то это не по-гномьи, на других надеться.
— Слушаю твои предложения, — ухмыльнувшись, сказал Геренд. — Тут кругом злая магия. Киркой её не заковыряешь, из лука не застрелишь.
Кочерыжка открыл рот, но, так ничего и не сказав, через пару секунд закрыл. Потом снова отрыл и снова закрыл. И так раз пять.
— Что-то пусто в котелке, — с грустным видом он постучал по каске. — А у тебя есть мысли, девчуля?
Геренд мысленно закатил глаза — как же ему надоели все эти женские ласковые обращения! «Девчуля», «Милая», «Мисс»!
Хорошо хоть замуж не зовут.
Геренд хотел ответить гному, как вдруг краем уха уловил звук за спиной! Так шуршит одежда на человеке, очень тихо двигающемся человеке!
Геренд резко обернулся и увидел фигуру в плаще с протянутой в их сторону рукой!
— ОКОВЫ! — громко выкрикнул незнакомец.
Геренд почувствовал как его тело сжали невидимые путы. Мышцы одеревенели, застыли, игнорируя вопли разума. Судя по сдавленной ругани рядом, с Кочерыжкой произошло тоже самое.
Проклятье! Как же этому трюкачу удалось незаметно к ним подобраться? Магия? Но даже с её помощью непросто обмануть острейший эльфийский слух. Как же так?
Маг приблизился, и Геренд в свете от камня-огневика Кочерыжки разглядел его лицо. Худое, вытянутое вниз, с кругами под глазами от недосыпа. Смутно знакомое лицо.
Да Геренд уже сталкивался с этим парнем вчера в таверне! В прямом смысле! Чуть не сбил его с ног в дверях, когда шёл со списком от Парацельса в колдовскую лавку!
Неужто он и есть тот самый тёмный маг, использовавший «Поцелуй Суккуба»?
Если маг и узнал Геренда, то ничем это не выдал. Он что-то прошептал, и перед ним на полу возникла светящаяся белым огнём дыра в пространстве, затянутая чем-то вроде мыльной плёнки. Из неё донеслись взрывы, грохот, вопль боли, принадлежащий Зверокниге, и торжествующий хохот Парацельса.
— Урсула! — крикнул в портал молодой маг. — Сюда!
Геренд озадаченно приподнял бровь. Урсулой вроде бы звали главную среди ведьм, создательницу Зверокниги.
Послышался дробный топот, и из портала выскочила дымящаяся Зверокнига. Она рухнула всей тяжестью на пол рядом с магом, заставив подпрыгнуть мелких зверокниг и обломки черняка.
— Ух, спасибо Бенедикт! Ох, и прижали они меня! Ещё бы чуть-чуть и на растопку пустили. — проскрипела Зверокнига. Несколько зубастых пастей на длинных шеях принялись зализывать её раны и ожоги. — Но мог бы и поторопиться!
Маг, названный Бенедиктом, щёлкнул пальцами, и портал исчез.
— Ты сама виновата, — сухо заметил он. — Зря ты вообще затеяла весь этот фарс с битвой. Или ты всерьёз рассчитывала справиться с архимагом?
 
— Ой, Беня, хватит быть занудой! — смущённо захихикала Зверокнига, словно дамочка на выданье. — Я себя иногда рядом с тобой такой дурой чувствую! А ведь я почтенная дама в возрасте!
Ничего себе заявления, подумал Геренд. Почтенная дама с кучей щупалец и лицом демона из преисподней. Проклятье, надо что-то делать, иначе эта жуть такое сотворит с ними…