Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)

"Крепкая кружка, – довольно подумал Парацельс. – Полезная".
Архимаг заказал себе рассолу у комнаты Изобилия и начал неторопливо пить его, с удовольствием слушая заковыристые ругательства чужого языка. Дождавшись, когда жрец выговорится, Парацельс ехидно произнёс:
– Месть, даже малая, лучше любого рассола! У меня голова разом болеть перестала, представляешь?
– Не представляю, – буркнул жрец. – Довольно разговоров, мессир Парацельс. Будите Геренда и собирайтесь. Я хочу кое‑что вам показать.
Пока архимаг приводил в себя вампира, жрец исчез и вернулся уже вместе с Алёной. Девушка выглядела сонной, невыспавшейся и растрёпанной. Но несмотря на это она не замолкала ни на минуту, атакуя Врааля потоком вопросов:
– У вас нету при себе расчёски?
– А нас покормят?
– Сколько сейчас времени?
– Можно мне иголку и нитки, платье зашить?
– Почему у вас такое смешное имя?
– Скажите Парацельсу и Геренду, чтобы так много не пили и не пели песни, а то спать невозможно!
Стиснув зубы, Врааль пытался отвечать, но Алёну сегодня словно прорвало. Возможно, это было последствием вчерашних стрессов. Не успевал жрец отвечать на один вопрос, как девушка задавала новый.
– Всё‑всё‑всё! – вконец замученный жрец заткнул уши. – Я тебе не справочная! Все вопросы – после Ритуала!
– Какого ритуала? – сразу спросил Парацельс.
– Это секрет, – было видно, что после слова "Ритуал" у Врааля немного поднялось настроение. – Все готовы? Тогда отправляемся…
– Эй! – возмутилась Алёна. – А покушать? Я голодная…
– Ритуал надо проводить на пустой желудок, – с едва заметной ехидцей в голосе сообщил Врааль и щёлкнул пальцами.
Комната Изобилия растворилась в сером тумане.
Для жертвоприношения всё было уже готово. За чертой города демоны расчистили каменную площадку, посыпали её белым песком, а вокруг навалили огромных камней, игравших одновременно роль трибун и забора, чтобы пленники не вздумали бежать.
Впрочем, это оказалась не единственная преграда. Когда Парацельса выталкивали на белый песок, на один момент он почувствовал покалывание по всему телу. Антимагическая Цепь, что до сих пор сковывала его, отозвалась едва различимым вибрирующим звоном.
"Похоже, еретики оградили арену защитным полем, – подумал архимаг. – А ну ка…"
Волшебник постарался выйти за пределы белого круга, но наткнулся на невидимую преграду, отбросившую его, словно натянутая плёнка – летевший на полной скорости снаряд.
– Точно, поле. Пустить – пущу, но обратно не выпущу, – вслух произнёс волшебник.
– Ты сможешь его пробить? – спросил Геренд.
– Ещё спрашиваешь! – фыркнул Парацельс. – Дайте мне три килограмма драконьей петрушки, пятилепестковый клевер, смоченный слезами лунной феи, шип из хвоста розовой мантикоры и мою лабораторию! Я мигом этот недоколизей на уши поставлю…
Трибуны исступленно ревели – демоны жаждали крови и зрелищ.
На самом высоком валуне в мягких удобных креслах расположилась дюжина жрецов в фиолетовых плащах. Внешне они ничем не отличались от людей, но аура каждого из них была в разы ужаснее, чем у самого отвратительного демона.
Над куполом нарезала фигуры высшего пилотажа Аздрубаэлла, быстро махая отращенными перепончатыми крыльями. Её длинный змеиный хвост развивался словно флаг на сильном ветру.
На самом высоком кресле среди жрецов сидел Врааль, а рядом с ним, на двух креслах поменьше – Влада и Беатриса. Обе леди выглядели холодными и отстранёнными, словно происходящее на арене их нисколько не волновало. Чуть поодаль восседал мрачный демон с блестящей лысиной и ветвистыми рогами над головой. Рядом с Беатрисой стоял человек в плаще с высоким воротником. Его широкополая шляпа была надвинута на глаза, почти полностью скрывая его лицо.
Парц, увидев свою бывшую жену и инквизитора, от неожиданности выпучил глаза и чуть не уронил челюсть до земли. В его глазах появилось осознание.
– А я тебе говорил, – укоризненно произнёс Геренд. – А ты всё: "Вампироэльф то, вампироэльф сё, вампироэльф это, вампироэльф не шарит…"
 
Лицо Парацельса приняло совсем уж виноватое выражение.
– Мне страшно… – прошептала Алёна, прижавшись к Геренду. – Сколько чудищ кругом…
Вампир молчал, даже не делая попыток успокоить девушку. Однако и не отстранял её.
– Приветствую, мои миленькие тварюки, монстрюки и демонюки! – усиленный магией голос Аздрубаэллы подобно грому разносился по всему подземелью. – С вами снова я, ваша бесподобная Аздрубаэлла! Ух, сколь же вас здесь собралось, вкусненьких, сладеньких, сочненьких, м‑м‑м… ой, опять я отвлеклась… Значит так, для тех, кто ещё не понял – сегодня у нас будет жертвоприношение, какого ещё не знало наше скромное подземелье! Мы скормим Тёмному богу Пафоса троих его Избранников, а так же – вы не поверите! – всех вас, кто сегодня пришёл на зрелище! Никто не уйдёт недоеденным!
– Ура‑а‑а‑а! – восхищённо завопили трибуны. То ли они не расслышали последнюю фразу, то ли Врааль очень добротно промыл им мозги.
Послышалось оглушительное рычание, и на арену из‑за камней выскочил жуткий монстр – огромный ящер с острыми шипами на спине.
– Парц? – озадаченно прорычал он, увидев волшебника. – Что ты тут делаешь?
– Да вот, в жертву приношусь, – пожал плечами архимаг с таким будничным видом, словно каждый день этим занимался.
– Я тебя что, съесть должен? – пригорюнился Грызлик. – Даже неловко как‑то. Бухали вместе, как никак, с бабой моего сердца помог вопрос решить… и теперь вот такое…
– Ну почему же сразу съесть… – Парацельс весело подмигнул драконохавиусу. – Если я тебя одолею, то есть меня не придётся…
– А‑а‑а… – Грызлик широко улыбнулся. – Я понял…
В течении следующих десяти минут озадаченные демоны наблюдали за тем, как долговязый старик гоняет по всему полу здоровенную зверюгу. Парц бил себя руками в грудь, ревел как разбуженный в середине зимы медведь, и немилосердно пинал драконуса. Тот скулил и пригибал голову к земле.
В конце концов волшебник схватил монстра за хвост, раскрутил вокруг себя и что есть сил швырнул в сторону жрецов. Грызлик ударился о невидимую стену, рухнул на белый песок арены и сжался в комочек. Если бы не защитное поле – жрецов скорей бы всего размазало.
– Не понял, – недовольно произнёс Врааль. – Цепь‑Негатор же подавляет его магию! Почему он такой сильный?
– П‑парц! – еле выдавил из себя драконус, испуганно глядя на приближающегося волшебника. – Ну ты это… не переигрывай!
– Ой, извини… – остановился Парацельс. – Я это… увлёкся немного… в роль вошёл!
– Похоже пора добавить в основное блюдо ещё немного перчика! – завопила Аздрубаэлла, входя в крутое пике. Воспользовавшись тем, что архимаг отвлёкся, она решила заняться целью поинтереснее.
Налетев на Геренда, демоница сшибла его с ног. Вампир рухнул на песок, больно ударившись головой. Аздрубаэлла навалилась на него сверху, пытаясь обвить хвостом и сжать, словно в тисках.
– Гер‑р‑р‑ренд! – она провела раздвоенным языком по его лысине. – Я хочу от тебя маленьких вампирят! Сделаем это прямо здесь и сей…
Договорить Аздрубаэлла не успела. Гепренд от души ударил её прямо в челюсть. В этот же момент Алёна, подкравшаяся сзади, врезала Аздрубаэллэ скалкой по затылку. Демоница от сдвоенного удара закатила глаза и без чувств упала на песок. Одну атаку она бы выдержала, но только не две сразу.
– Бабушка! – Влада вскочила на ноги, испуганными глазами глядя на арену. Лицо Врааля стало ещё мрачнее. Лысый здоровый демон с ветвистыми рогами довольно захихикал, думая, что никто не видит.
 
– Никто не смеет обижать наших… вампироэльфов! – заявила Алёна, с видом милого берсерка размахивая скалкой вокруг себя.
– Спасибо за помощь, – Геренд с благодарностью посмотрел на чернябинку, спихивая с себя Аздрубаэллу. – Один бы я не справился с этой бешенной…
– Да что там… – засмущалась Алёна. Даже скалкой прекратила махать. – Как говорится, обращайся…