Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)

        – А что будет, если я откажусь? – спросил Геренд со скучающим видом. Из‑под его пухлых губок выглянули кончики клыков. Ого! Неужели его вампирская суть пробилась сквозь мою магию?       
        – В таком случае, – волхв похлопал себя по губам, – ты отправишься к в Мир Мёртвых в упакованном виде.       
        – Ты лучше скажи, почему Врааль просто не приказал убить меня? За предательство, – Геренд ткнул пальцев в сторону Секия. – Или он хочет принести меня в жертву?       
        – Верховный жрец не посвящает меня в свои планы, – сухо ответил Секий.       
        – Забавно, – Геренд ухмыльнулся. – Ты стал таким сильным… Овладел магией снов… Парц до сих пор, кажется, не понял, что мы во сне… В общем, ты до сих пор на побегушках? Как это жалко…       
        – Не знаю, зачем ты тянешь время, – в голосе Секия промелькнуло раздражение. Он шагнул вперёд и схватил Геренда за руку. – Но это уже не имеет значения! Готовься к смерти!       
        – А ну стоять! – я резко выскочил вперёд и оттолкнул старикана. – Ты думаешь, архимаг так просто расстанется с таким источником дохо… с таким замечательным вампироэльфом?       
        – Мне случалось расправляться с противниками, куда более сильными, чем какой‑то там архимаг, – скучающе произнёс Секий. – Уйди в сторону, если жизнь дорога.       
        – Может быть, архимаг далеко не в лучшей форме, – я вытащил из воздуха несколько пузырьков с зельями. – Но ему хватит сил, чтобы преподать урок тебе и твоим хозяевам, которые сами не знают, чего хотят! Враалю в том числе!       
        В ответ Секий широко разинул пасть. Так… главное, ничего не перепутать!       
        Я поочерёдно плеснул в него из каждого пузырька. Субстанции ударились о лицо волхва и растеклись по нему разноцветными дурнопахнущими пятнами. Секий от неожиданности захлопнул рот и отшатнулся.       
        Я торжествующе ухмыльнулся. Первое зелье разъест магическое сопротивление этого «слуги истины», а второе изгонит из занятого тела! Посмотрим, что он тогда запоёт!       
        Секий провёл по лицу рукой. Посмотрел сначала на испачканную ладонь, потом исподлобья – на меня. Нехорошо так посмотрел.       
        – Не понял, – удивился я. – А чего это ты не катаешься в корчах по земле, как и подобает людям, из которых изгоняют демонов?       
        Не отводя от меня взгляда, Секий утёрся рукавом и распахнул рот шире прежнего. Послышался свист затягиваемого воздуха.       
        – Это всё сон… – произнёс он. – Сон сильнее магии… А я повелитель грёз! Я пожру ваши грёзы вместе с вашими душами!       
        Торжествующая улыбка сползла с моего лица. Я где‑то ошибся? Да ладно, не может быть!       
        Под воздушным потоком моя борода, усы и волосы затрепетали, словно флаги на ветру. Я отклонился назад и упёрся ногами в землю, но ветер был слишком силён – чертя моими пятками две борозды на земле, он потащил меня к Секию.       
        Надо было сопротивляться, использовать другие зелья и заклинания, но у меня, обескураженного неудачей, силы остались только на то, чтобы делать записи в дневнике.       
        Неужели вот он – конец Великому Архимагу… какая нелепая смерть! Погиб, неправильно оценив противника. Да быть того не может!       
        Уменьшившись в размерах, я оторвался от земли и влетел в рот волхва. Перед глазами мелькнули его гнилые зубы, по лицу стукнул свисающий с нёба язычок. Мерзость…       
        В полной темноте я некоторое время летел куда‑то вниз, пока в какой‑то момент падение не начало замедляться. Вскоре я неподвижно завис на одном месте.       
        Интересно, сколько времени Великому Волшебнику суждено провести здесь, размышляя о тленности всего сущего? Час? Год? Вечность?       
        Не успел я в подробностях обдумать своё незавидное положение, как непонятным образом меня потащило обратно вверх. Всё быстрее и быстрее.       
 
        Тьма сменилась розовой плотью гортани. По лицу снова стукнуло что‑то липкое и мягкое (опять язычок, небось), и меня вышвырнуло наружу. Несколько раз перевернувшись в воздухе, я врезался в нечто мягкое и упругое. Очень приятное на ощупь. Оно матюкнулось голосом Геренда, но всё же вместе со мной рухнуло на землю.       
        Игнорируя синяки и копошащееся подо мной нечто, я сразу же бросил взгляд на Секия. Тот стоял на коленях с выпученными покрасневшими глазами и судорожно дышал, при каждом вдохе втягивая в себя целые облака пыли. Что это с ним случилось? Неужели мои зелья всё‑таки его достали? Или же я просто такой весь из себя невкусный?       
        – Хочешь сожрать архимага? – я прищурился. – Обзаведись для начала архиглоткой, слабак. И архижелудком. И архикишками. И архизад…       
        Секий аж позеленел – похоже, я и впрямь зашёл ему не в то горло. Правая рука волхва мелко задрожала и внезапно без видимой причины оказалась у своего хозяина по локоть во рту. За ней отправилась вторая, а следом за ней и ноги, изогнувшиеся под невероятным углом.       
        Нет, крови и хруста костей не было – магия Секия деловито растягивала и уменьшала поглощаемый материал, перетягивая его в утробу хозяина в самом удобоваримом виде. Сантиметр за сантиметром плоть Секия утекала в его рот, и он ничего не мог с этим поделать. Кажется, я сбил ему всю тонкую настройку астрального тела, и магия пожирала своего собственного хозяина.       
        Геренд переводил ошарашенный взгляд то на меня, то на Секия. В глазах вампироэльфа ясно читался вопрос «Какого тут происходит?»       
        – Архимаг спланировал это с самого начала, – снисходительно пояснил я ему. – Тонкий расчет, мой друг, никакого везения.       
        Секий продолжал пожирать сам себя. Руки, ноги, туловище… за ними последовала шея, макушка, глаза, нос и даже губы с зубами. Всё утекало в невидимую нам бездну внутри тела волхва.       
        Мне очень кстати вспомнилась притча о великом змее, пожирающем свой хвост. Ситуация на удивление похожа.       
        Очень скоро от Секия осталось только маленькое розовое пятнышко на дороге. Вскоре исчезло и оно.       
        – И что теперь? – спросил Геренд. Он уже практически пришёл в себя. Вампирские зубы, прорезавшиеся, видимо, из‑за стресса, убрались обратно под губы, и Геренд снова стал самим собой. То есть симпатичной миловидной эльфийкой.       
        – Ну, – я задумался. – Возможны два варианта.       
        – Так‑так?       
        – Первый: из‑за чрезмерно сжавшейся материи рванёт так, что вся наша вселенная расщепится на первочастицы…       
        Геренд заметно побледнел.       
        – Второй: всё, что этот проглот сожрал, вернётся обратно.       
        Раздался оглушительный хлопок, и на землю в месте исчезновения Секия рухнула гора из земли, листьев, веток и камней. Увенчала её карета, к которой испуганно жались лошади, разбойники, джин и тот самый напудренный вельможа.       
        – Итак, господа, – я изящно помахал вокруг себя рукой, разгоняя поднявшуюся пыль. – Клоун ушёл, но архимаг остался. На чём мы там остановились?       
  
Глава 14
  
– Хороший человек этот… сеньор Геренд, – развалившись на мягких подушках, Парацельс с интересом разглядывал дорогую обивку кареты. – Твоё второе сонное "я"… Так любезно согласился нас подвезти. При том, что ему вообще в другую сторону!
– Ага, – согласился Геренд, деловито пересчитывая монеты из шкатулки своей копии из сна. – Пятьдесят семь, пятьдесят восемь… И щедрый. Правда, отдавать за спасение жизни столько денег явно перебор. С другой стороны они не настоящие…