Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)
— Впервые в жизни я потерпел поражение, — сообщил он. — И от кого? От жалкого насекомого!
— Ты что, раньше их не давил?
— Как правило, они дохнут ещё на подлёте к моей башне. Не выдерживают запахов.
— А в детстве?
— Чёрт его знает, я забыл уже.
Впереди показалось большое четырёхэтажное здание. «У Толстого Потапа» — гласит вывеска, светящаяся магическими огнями. В окнах первого этажа горит свет, виднеются человеческие фигуры.
Принюхавшись, Парацельс уловил запахи хмеля и жареного мяса. Настроение архимага резко пошло в гору. Наконец-то еда и постель!
Внутри таверны царит атмосфера праздника. Горит камин, с грохотом сталкиваются кружки, весёлый люд орёт песни — как ни крути, а чертянцы самые обычные люди и ничто человеческое им не чуждо. В шумной кампании, в весёлом разговоре и на дне кружки они ищут спасение от окружающего мрака.
Толстый Потап с удовольствием предоставляет и то, и другое, и третье. За разумную цену.
— Ух я этой Софье! — ворчит он. Хозяин таверны стоит за стойкой бара и протирает краем фартука пивную кружку. Чище та не становится, скорее наоборот. — Просто взяла и кинула меня, девчонка! Я столько для неё сделал! Дал работу, дал зарплату! Отца, считай, заменил! А она взяла, обидела гостя и сбежала!
Парацельс и Геренд, переговорив с одним из троллей-вышибал, направились к Потапу. Некоторые посетители чуть не сломали шеи, когда вампироэльф прошёл мимо их столиков.
Эльфы в Чертянске редкость, да еще и с такими большими… глазами.
— Добрейший вечерок, — сказал волшебник, остановившись у стойки напротив Потапа. — Есть ли свободные комнаты?
— Добрейший, — улыбнулся Потап, чуя запах прибыли. Он сразу распознал в Парацельсе мага, а у таких денежки, как правило, водятся. — Конечно, есть! Одну секунду!
Он нацепил на нос очки-половинки и, достав из-под стойки увесистую книгу, с грохотом опустил её на столешницу. Толстые пальцы так и замелькали, с шелестом перелистывая страницы.
— Тэк-с! — сказал Потап, остановившись на нужном месте. — Вам и вашей спутнице одну комнату? Или две?
Он бросил на клиентов взгляд поверх очков-половинок.
— Одну! — радостно сказал Парацельс.
— Две, — поправил его Геренд.
— Две так две, — опечалился волшебник.
— Вам повезло, — сказал Потап. — Есть две комнаты на третьем этаже рядом друг с другом. Со всеми удобствами! Даже ночные горшки есть! А уж какой вид на город открывается! Каждая всего за империал в день! Как у вас с деньгами?
— Денег у нас нет! — Парацельс развёл руками. — Но есть кое-что лучше! Магия!
Он щёлкнул пальцами и деревянная кружка в руках Потапа превратилась в серебряную.
Глаза у Потапа масляно заблестели.
— Опа! С вас штраф за порчу имущества заведения! — радостно сообщил он, баюкая кружку словно ребёнка.
— Серьёзно? — приподнял брови Парацельс.
— Шутка! Конечно же шутка! — быстро сказал Потап. — Только один вопрос! Золото создавать умеете?
— Золото запрещено изготавливать магическим путём, — строго сказал Парацельс. — Даже на серебро есть определённые лимиты. Я по молодости на этом чуть не попалс… не важно.
— Ох, да ладно вам! Мы в Чертянске! У нас всё можно! Если никто не видит!
Парацельс покачал головой.
— Очень жаль, — вздохнул Потап. — Я прикажу служанкам подготовить комнаты. Не хотите ли пока перекусить? Наш повар Оскар печёт лучшие мясные пироги во всём Чертянске! У него особый секретный рецепт ещё от покойной бабушки!
— А есть ли у вас… м-м-м… расширенное меню?
Подумав, хозяин ткнул пальцем в свой фартук.
— Вот! Лучше любого меню, — с гордостью сообщил он. — Максимальная наглядность! Можно понюхать и даже на вкус попробовать. Хотя последнее не советую.
— Продвинутый сервис, — оценил Парацельс, скользя взглядом по когда-то белой материи. — Тогда мне десяток бифштексов вот с э-э-э… с этим пятном. И сверху можно приправить вот этим э-э-э… пятном. И кружечку вот этого аппетитно пахнущего подтёка.
— Мне тоже самое, — добавил Геренд.
— Отличный выбор, — сказал хозяин. — Сию минуту! Снежана-а-а-а!
Пока он подзывал служанку, Парацельс и Геренд уселись за свободный столик.
— Ну так что, ваше могущество? — спросил вампироэльф, сцепив пальцы в замок. — Какие у нас планы?
— Планы наши просты, — Парацельс развёл руками. — Завтра я приготовлю и приму пару восстанавливающих зелий. Немного попрактикуюсь в колдовстве. Если всё пройдёт гладко, начну готовиться к телепортации обратно в башню. В лаборатории, со всеми её возможностями я из тебя мигом мужика сделаю!
— Звучит отлично, — кивнул Геренд. — Надеюсь, тебя не отвлечёт какая-нибудь смазливая леди.
— Да хватит тебе! — поморщился Парацельс.
— И парцеяд свой не вздумай пить!
— Ты что? Работа и выпивка не совместимы! Мне вообще надо с Васькой ещё связаться, предупредить его, — сказал Парацельс. — А он сразу поймёт, пьяный я или нет.
— Да с Васькой шутки плохи, — Геренд так и не понял, кто такой Васька, но с Парацельсом всё равно согласился.
Минут через пятнадцать принесли заказ. Два кувшина с вином и огромная гора бифштексов на подносе. Желудки у Парацельса и Геренда взревели в унисон, и партнёры накинулись на угощение.
— Не хотите ли табачку? — предложил Потап, крутившийся возле гостей, словно бабушка вокруг любимых внучат. Ему явно хотелось, чтобы Парацельс превратил ещё несколько деревянных кружек в серебряные. — Есть драконий табак из южного континента!
— Благодарю, не курю, — отказался Парацельс. Геренд помотал головой. Эльфы никогда не любили табак.
— О! Вы первый маг, кто отказывается. Обычно ваша братия обожает выкурить трубочку другую.
— Никогда не разделял этого повального увлечения табаком. Дым не даёт ничего, кроме наркотического опьянения, а листья табака как по мне и вовсе омерзительны на вкус. Так что я за здоровый образ жизни!
Он залпом осушил кружку вина и, громко крякнув, откусил от слегка подгоревшего бифштекса здоровенный кусок.
Работа всегда успокаивала Бенедикта. Помогала собрать мысли в кулак. Выстроить план действий. Когда руки заняты делом, когда шестерёнки в мозгу крутятся, то невзгоды сразу отступают на второй план, а спустя время появляется решение.
Выкинув из головы мысли о Софье, Бенедикт поднялся на второй этаж, в свой кабинет. Эта комната во многом напоминает гостиную. Ковры на полу и стенах, пылает камин. Аж три шкафа, все заставлены книгами, выстроенными в алфавитном порядке. Механические часы в деревянном корпусе, массивные, высотой с человека, маятник за стеклянной дверцей носится туда-сюда. Письменный стол, на нём в ряд лежат несколько гусиных перьев, чернильница, сургучная печать, несколько незапечатанных конвертов, стоит небольшой мраморный бюст лысого человека с окладистой бородой.
Сходство с гостиной кабинету придаёт портрет Магды над камином, точная копия картины, что висит на первом этаже. Полноватая женщина с розой в руках мило улыбается и смотрит на письменный стол. Вернее, на работающего Бенедикта.
Маг, облачившись в тёмный махровый халат, читает огромную книгу, написанную на древнем мёртвом языке. Изредка пером делает пометки на полях и прихлёбывает горячий чай из кружки.
Слова на пожелтевших страницах изредка пытаются выскочить на волю и разбежаться, но Бенедикт пресекает эти попытки, строгим взглядом возвращая буквы на положенное место.
За плотно закрытыми деревянным ставнями окна что-то заскреблось и тут же смолкло. Бенедикт обернулся, некоторое время смотрел на ставни. Но источник звуков притих, и маг, пожав плечами, выкинул его из головы.
Отодвинув кресло, Бенедикт встал и распрямил затёкшую спину. Едва заметно улыбнулся, слушая как приятно похрустывают позвонки.
Взгляд Бенедикта, поблуждав по комнате, замер на портрете над камином. На женщине по имени Магда.
Что-то промелькнуло в холодных глазах мага. На одно единственное мгновение равнодушный взгляд стал… чуть менее равнодушным.