Группа крови на рукаве. Том IV (СИ)
* * *Попрощавшись с тестем, я повесил трубку Алтая, повернул к дивизии. На подъезде к КПП увидел бегущих вдоль трассы громовцев. Третье и четвертое отделение. Вечерний кросс. Я посмотрел на часы — что-то поздновато. Во главе колонны бежал лейтенант Яков Барыш. Командир третьего отделения. Я тормознул, бибикнул.
— Тащ подполковник — Яков вытер пот со лба, скомандовал колонне продолжить бег
— Что так поздно? — поинтересовался я
— Залетчиков воспитываем.
— Опять?
— Так точно. Трунов и Османов курили в ленинской комнате — лейтенант наклонился ко мне, тихо произнес — Американские сигареты.
Я выругался.
— И кто этих долбодятлов поймал?
— Замполит — Яков тяжело вздохнул. До Козлова дело дошло.
И ведь сигареты поди кто-то из наших притаранил из Штатов. Моя борьба с курением в отряде выходила боком — бойцы начали прятаться. Вот бы еще мозгов хватало нормально зашкерится. Теперь иди к Козлову, простовляйся за залетчиков.
— Еще два круга вокруг дивизии
Яков только обреченно кивнул.
* * *Все верхушка отряда Гром собралась в оружейке. Там солировал Калашников. Проводил сборку-разборку нового немецкого пистолета-автомата Хеклер энд Кох МП5. Мои командиры столпились вокруг Михаила Тимофеевича, с удивлением смотрели, как ловко тот раскидывает магазин, ствольную коробку, открепляет приклад. Который, уже был телескопический. Опс… Не получилось двинуть прогресс.
—… только прислали в ТочМаш- рассказывал Калашников — Я попросил с оказией один автомат передать в Москву, но увы, без патронов.
— Отстрелять не получится⁇ — обиженно спросил Байкалов
— К сожалению, нет. Автомат только появился на вооружении у пограничной службы ФРГ, он еще совсем секретный. Даже удивительно, как нашим разведчикам удалось его достать. Я видел только мутную фотографию в прошлом году.
— А какой тут патрон? — поинтересовался Иво
— 9 на 19 миллиметров. Парабеллум.
— В тире СпецНИИ есть такие патроны, можно будет отстрелять — я протолкался к столу, пожал всем руки — Извиняюсь, что грязный, только с задания. Незлобин не появлялся?
— Моется — ответил старший Ильясов, разглядывая меня. Да и все пялились с удивлением. Пришлось взять автомат в руки, попытаться его собрать. С первого раза не получилось, хотя вроде конструкция простая, деталей немного.
Калашников перехватил у меня Хеклер, быстро все собрал. Отдал мне. Я примерился. Легкий, хотя потяжелее, чем Скорпион, ствол слишком короткий, но его нарастить — это плевое дело.
— Какая дальность? И скорострельность?
Я пощелкал предохранителем. Он же был и переводчиком огня. Оригинально.
— Восемьсот выстрелов в минуту — ответил Калашников
— У Скорпионов 900
— Зато прицельная дальность двести метров. Что в два раза больше, чем у ваших «насекомых»
Оружейник явно невзлюбил чешское оружие.
— Надо пробовать на стрельбище и в нашем штурмовом городке — решился я — Устроим собственные испытания.
— Может еще Стечкина с прикладом попробовать? — влез в разговор младший Ильясов
— А сколько у Хеклера патронов? — проигнорировал я лейтенанта
— Есть магазины на 30 и на 40 патронов — Калашников убрал автомат в специальный чехольчик, а тот в коробку.
А я задумался, чем вооружить Землян. Небось Кехлер раза в два подороже будет Скорпиона. Но американцы денег не считают — они их просто печатают. Раскошелятся на немецкие оружие. Тут никаких преград не будет.
Надо самому как следует освоить этот пистолет-пулемет. Потренироваться, побегать по штурмовой полосе. Он ухватистый, удобный. Ах, как хорош с ним был Брюс Уиллис в Крепком орешке. «Йо-хо-хо… теперь у меня есть автомат».
Иво увел Калашникова смотреть наши Скорпионы, а я вышел из оружейки, заглянул тайком к химикам. Проверился опять на дозиметре. Нет, все чисто — фон стандартный. Пока меня не на чем поймать. Единственный вариант — очная ставка с людьми, которые хорошо знали Орлова. Жена, родственники… А значит, я все правильно делаю, что натоптал тропинку в Штаты. Там расстояние будет еще больше, секретность еще выше. Лишь бы руководство не подкидывало новой резидентуре каких-то сложных задач, которые могли бы провалить идею международного антитеррористического отряда. Вышлют, как давешнего американского консула в Питере в 24 часа и всех накроется медным тазом. Значит, мне во-первых, надо тормозить резвых пгушников и грушников в Нью-Йорке. Но без ущерба дела. Во-вторых, сразу проявить себя еще раз, чтобы моя ценность для американцев была максимальной. Никаких терактов я в ближайшее время не помнил, но что-нибудь да подвернется.
Цинев наивно думает, что я стремлюсь в США за роскошной жизнью. Нет, жить в пентхаусе мне понравилось сильно больше, чем в офицерской общаге в Солнечногорске. Но уже дом Авиаторов — сгладил весь негатив. И в Союзе можно хорошо устроится, если быть полезным властям. На самом деле — там проще всего спрятаться.
На темном небе ярко светились звезды. С севера на юг летел какой-то неопознанный огонек. Интересно, а если инопланетяне существует, то могут они прилететь на Землю и прекратить эту всемирную вакханалию? Или нам ебаться со всем этим самостоятельно? Одна война, другая…
— Чего такой грязный?
Рядом на скамеечку приземлился Козлов. Закурил.
— ВГУшники валяли по земле. А потом еще Цинев мозг ебал. Ничего, что я так про него?
— Ничего, ничего. Мне тоже каждый день устраивают потрахушки. То Щелоков звонит, то Андропов. Хоть разорвись.
Да… Трудно Козлову. Формально он подчиняется МВД. А по факту дивизия работает на КГБ. Да еще и Гром тут базируется.
— Про залет своих слышал? — генерал затянулся сигаретой
— Да. Отрабатывают уже. Сдается мне Щелоков скоро переругается с Юрием Владимировичем. Как бы война между ведомствами не началась.
— Тоже думаю про это. Надо под Комитет совсем уходить.
— Не отпустят — я покачал головой — Брежневу выгодно, когда КГБ с МВД конкурируют. Система сдержек и противовесов, слышали?
— Слышал — буркнул Козлов, вздохнул.
Мы еще поболтали о том, о сем, генерал поблагодарил за визит Калашникова. Михаил Тимофеевич пообещал завтра с утра устроить молодым солдатам лекцию на тему, как он создавал АК. Патриотическое воспитание, все дела…
— Значит, уезжаешь от нас? С концами? — Козлов затушил сигарету, выкинул ее в урну. Аккуратист.
— Почему с концами? Буду наведываться, да и Гром не бросаю.
— Тоом справится?
— А куда ему деваться?
— Тоже верно. Мы поможем, тут не беспокойся. И мой тебе совет. Аккуратнее с бабами в Штатах. Подведут какую-нибудь, дамочку… А потом будут фотографиями шантажировать. Или вот еще — Козлов решил поделится со мной всеми своими знаниями разных ловушек ФБР — Подкинут что-нибудь в машину. Наркотик какой. А там…
К нашей «курилке» подошел Незлобин.
— Товарищ генерал, здравия желаю. Разрешите обратится к товарищу подполковнику
— Обращайтесь
— Товарищ подполковники, там вам звонят. По городскому.
Кто бы это мог быть? Я встал пожал руку генералу, пошел в канцелярию. Снятая трубка лежала на столе.
— Алло!
— Коля! Наконец дозвонилась!
В трубке послышался голос Маши.
— Ты почему перестал ходить на занятия?
— Занят был — буркнул я, поздоровавшись
— Жду тебя завтра с утра. В 8 часов. Не опаздывай.
Глава 8
— Открыто!
Я толкнул дверь, вошел в квартиру Тихомировой. Хм… а пахло то едой. Кто-то похоже пек блины. Или еще что-то сдобное.
Пройдя на кухню, я обнаружил стопку оладьев. Тоже пойдет. У меня потекли слюнки. Позавтракать с утра я не успел — разбирался со вчерашними залетчиками, бегал на зарядку с Громом. Рядом с оладьями стояла сметана в баночке и варенье в вазочке. На выбор так сказать.
— Где ты там? Я в гостинной
— Шел сначала на запах — отшутился я, уже было развернулся топать к Маше. А потом встал столбом. Накатило первое мое первое детское воспоминание. Я стою на кухне, как сейчас, мама у плиты, напевая что-то печет блины. Что же она пела? Чито-гврито, кажется. Грузинская песенка про птичку. Я с тех пор ее ненавижу. Грузин на камазе протаранил остановку, где ждали автобуса мой отец и мать. «Отказали тормоза» — так сказала, какая-то баба из соцработниц, что отправляла меня в детдом. Тормоза⁇ Не смешите мои тапочки. Чтобы носатые не отмазали своего? Мне потом старшаки все объяснили. Эти «чито-гврито» держатся друг за друга, дай боже. Живут кланами, милиция у них прикормленная. Что им какие-то раздавленные на остановке? Вино с ними не пили, сациви и лобио не кушали.