Забаненный. Тетралогия (СИ)
— Не желает ли господин Палач снять комнату на ночь? Пять серебрушек за отдельную комнату.
Насколько я понимал, меня пытались нещадно обдурить — едва ли комнатка в столь непритязательной гостинице могла стоить так дорого. По-видимому сказывался отрицательный эффект моего игрового класса Палач. С другой стороны, хорошо хоть вообще пускали на ночлег, а деньги у меня имелись. Так что я согласился и сразу же расплатился за комнату.
Хорошо конечно было бы изучить город, разузнать о предлагаемых игрокам заданиях и продать накопившийся у меня лут, но у меня глаза уже слипались от усталости. Для одного игрового дня я и так сделал немало, а новый город всегда лучше изучать на свежую голову. Так что я отказался от ужина, получил ключ от своей комнаты на втором этаже, заперся изнутри и проверил надёжность запоров на двери и оконной раме. После чего лёг на скрипучую кровать и с большим удовольствием выбрал пункт меню «Выйти из игры».
Глава двенадцатая. Передышка перед новым броском
Половина десятого утра… Я отключил визор и положил его на столик, после чего, широко зевая, встал и поднял жалюзи на окне. Все соседние номера капсульного отеля стояли пустыми, не было слышно ни разговоров, ни других звуков, гостиница словно вымерла. Ничего удивительного, жил тут преимущественно простой трудовой люд, и поутру практически все ушли на работу. Я встал и потянулся, разминая затёкшие за время многочасовой игровой сессии плечи и шею. В моей крохотной комнатушке было душно и жарко, так что я снял насквозь промокшую от пота футболку, перекинул полотенце через плечо и направился в конец коридора, где находились душевая и туалет.
Возле самой душевой в проходе стояло инвалидное кресло, и сидящий на порожке ближайшей капсулы одноногий седой мужчина в семейных трусах и выцветшей тельняшке окликнул меня:
— Слышь, киргиз, купи кресло! Тебе же нужно, вон как сильно хромаешь. Отдам всего за семьдесят единиц. Дешевле нигде не найдёшь!
Я отказался и прошёл в душевую, сам же при этом заметно напрягшись. Слишком расслабился и допустил досадную ошибку, позволив постороннему человеку заметить мою хромоту, а между тем больная нога была особой приметой, по которой меня могли вычислить. Но ещё большую ошибку я допустил, когда вышел из комнаты, оставив в кармашке куртки блокиратор метки. У бывшего моряка не было ни визора, ни даже соответствующего разъёма на виске, тем не менее откуда-то про меня он знал. Видимо, информацию обо меня считал кто-то другой из постояльцев гостиницы, а сплетни в местах большой скученности распространяются быстро. Было бы совсем печально, если бы кто-то из обладателей визора увидел меня прямо сейчас и считал настоящую информацию.
Я чувствовал себя как на иголках и готов был бежать назад в свой номер, но это вызвало бы подозрение одноногого моряка и сидящих в соседней кухне постояльцев. Поэтому я прошёл в душевую, максимально быстро вымылся и поскорее вернулся в капсулу, где плотно закрыл жалюзи, прикрепил блокиратор метки на одежду и подновил свой «маскарад». Кстати, я очень удивился, что социальный статус у меня «настоящего» не снизился после вчерашних событий и до сих пор оставался «B3» — даже выше, чем у новой придуманной личности Григория Сотского с его статусом «С2». Это было весьма странным, и объяснение я видел только одно: мой прежний работодатель не стал пока что передавать в компетентные органы информацию о хищении мной запрещённого электронного устройства, иначе я бы уже числился разыскиваемым преступником с криминальным статусом «D».
Почему директора компании медлили? О таких случаях положено информировать власти незамедлительно, иначе владельцев фирмы и всех замешанных ждало очень суровое наказание. Разве что руководство компании надеялось в короткий срок самостоятельно решить проблему и по-тихому вернуть украденное устройство обратно на охраняемый склад. А раз так, директора и служба безопасности полагали, что способны достаточно быстро найти меня в огромном мегаполисе.
Как такое возможно? Чего я не учёл, когда заметал следы и уходил от камер наблюдения? Вроде бы оборвал все ведущие к себе ниточки: внешность сменил, от старой одежды избавился, телефон полностью отключил, старой почтой и мессенджерами не пользовался, метку заблокировал и легализовался под новым именем, растворившись в многомиллионной толпе простых работяг и приехавших в Москву мигрантов.
И тут в дверь моей капсулы требовательно постучали…
Меня так быстро нашли?! Сердце от испуга едва не выскочило из грудной клетки. Деваться в крохотной комнатушке было некуда, разве что попытаться спрятаться под кровать. Нет, глупо, всё равно найдут сразу же, как выбьют хрупкую пластиковую дверь. Требовательный стук повторился. Злить пришедших за мной неизвестных и получать пулю «при сопротивлении аресту» не хотелось. Лучше уж сразу отдать блокиратор метки и сдаться, демонстрируя покорность. Я открыл дверь, ожидая увидеть толпу грозных полицейских или сотрудников службы безопасности корпорации… но в коридоре стоял лишь невысокий кавказец средних лет. Один. Без оружия. В гражданской одежде. Лысоватый и с заметным брюшком, какой-то совершенно несерьёзный и абсолютно непохожий ни на наёмного убийцу, ни на сотрудника силового ведомства.
— Алыча, свежие сливы, абрикосы недорого, — предложил он.
— Ч-что? — к такому варианту развития ситуации я оказался совершенно не готов и откровенно растерялся.
Кавказец повторил своё предложение и даже стал называть цены на привезённые свежие фрукты. Совсем недорого. Но я отказался, и торговец направился дальше по коридору.
— Зря отказываешься, — соседка из капсулы напротив сидела на пороге своего жилища в драных джинсовых шортиках и накинутой на голое тело слишком большой футболке и курила электронную сигарету. — Я уже второй год покупаю у Ашота фрукты. Привозит сам из Краснодарского края. Настоящие фрукты, а не то генномодифицированное дерьмо, что продают в сетевых магазинах. Они даже свежими фруктами пахнут, а не пластмассой! Вот, ящик алычи взяла всего за десять единиц, — коротко стриженая брюнетка указала на пластиковый поддон с фруктами у себя в номере.
Я с трудом успокоил бешено колотящееся сердце и взглянул вслед уходящему торговцу. Действительно что ли купить фруктов? Хотя нет, денег было жалко, даже такой мелочи.
— Гриша, а не найдётся ли у тебя… — моя соседка не договорила, но показала выразительный жест, словно пальцами скручивает что-то, подносит ко рту и с наслаждением затягивается.
Понятно, и соседка по гостинице тоже уже была знакома с моей «биографией». Я отрицательно помотал головой, после чего добавил, недовольно скривившись.
— Нет. Мне и одного раза хватило на всю жизнь. Второй раз «условкой» уже не отделаюсь.
— Понятно. Встал на путь исправления… — соседка потеряла ко мне интерес, убрала электронную сигарету и ушла в свою крохотную капсулу, предварительно отлепив пластырь от настенного датчика дыма.
Впрочем через полминуты она вышла, вынеся полную тарелку жёлтой алычи.
— На, студент, угощаю. Меня, кстати, Альбиной зовут. Обращайся, если что будет нужно.
Я поблагодарил молодую женщину за угощение и направился на кухню, прихватив заодно и пакет сухой вермишели. И фрукты помыть, и заодно позавтракать. Или скорее уж пообедать.
***
Провести весь день в четырёх стенах не хотелось, да и такое затворничество могло вызвать вопросы у моих соседей. Поэтому я решил прогуляться, а заодно заняться насущными делами. Прежде всего в обязательном порядке нужно было «проапгрейдить» мой ноутбук, поскольку его мощности откровенно не хватало для полноценной игры в «Небесные Клинки». Играя на жёстком режиме «хардкор», крайне обидно было бы погибнуть из-за лагов в игре, а потому эта проблема требовала незамедлительного решения. На хорошую видеокарту, а тем более на новый игровой компьютер, мне имеющихся финансов не хватало, но вот процессор получше в свой ноут я позволить себе мог, как и добавить оперативной памяти в свободный слот. В идеале нужен был ещё визор получше, но если бы я на него раскошелился, то все следующие дни пришлось бы питаться исключительно лапшой быстрого приготовления, а то и даже съехать из капсульного отеля в бесплатный «бомжатник».