Забаненный. Тетралогия (СИ)

А потому сейчас мне было очень интересно узнать, что же такого произошло, раз отлаженный процесс покупки НПС‑спутниками снаряжения вдруг пошёл не по плану и закончился столь плачевно.
– Говорить будешь ты! – указал я на кицуне, и чёрно‑бурая лисичка Харуми боязливо поёжилась.
– Да что рассказывать… Мы с Реей шли по торговой улице. До этого купили лечебные зелья, – лисичка похлопала лапкой по плоской сумке у себя на поясе, – и потом искали лавку бронника или оружейника. Но проходили мимо большого магазина ювелирных украшений, и я предложила зайти. Просто посмотреть на красивые вещицы, ничего покупать мы не собирались.
  
– Вы не удержались и вместо оружия с доспехами купили себе дорогие побрякушки? – предположил я, хотя не видел у девушек ни блестящих колец, ни браслетов, ни серёжек.
– Нет, Пёс. Мы стояли у витрины и смотрели во все глаза. Вещицы там были конечно очень красивые, что ни говори. Но мы не за тем пришли, да и стоили некоторые предметы столько, что о таких деньжищах мы и мечтать не могли. И тут к нам подошёл один важный торговец‑хаджит по имени Саймон Вонк…
– Может, он и не торговец вовсе, – перебила рассказ подруги Рея Ури. – Просто был богато одет, находился внутри торговой лавки и говорил уж очень убедительно.
– Да, Саймон был одет в дорогущий зелёный костюм и носил на шее массивную золотую цепь. Он сказал, что нам повезло, и он знает способ, как таким как мы красавицам получить желаемые безделушки, даже самые дорогие. Мол, он инвестор и сейчас собирает средства для оптовой закупки дорогих изумрудов. Якобы только что галера пришла с пиратских южных островов, и драгоценные камни там можно купить чуть ли не по цене обычного гравия. На каждую монету уже через два часа он вернёт восемь…
Харуми Шируба замолчала, да и продолжать рассказ дальше смысла никакого не было, поскольку и так уже было понятно, что доверчивые девушки, только вчера покинувшие учебный центр, купились на возможность лёгкой наживы и добровольно отдали «инвестору» все выданные им золотые монеты. Несмотря на чувствительную потерю шестидесяти золотых, ситуация меня наоборот позабавила, и я даже рассмеялся.
– Две смертоносные девушки‑агента «Стальной Короны», прошедшие серьёзнейшую подготовку в учебном центре, обмануты мошенником как последние простушки. И вместо того, чтобы нещадно бороться с преступностью, они её наоборот финансируют! Сказать кому, не поверят!
– Пёс, я обязательно верну… – не поднимая головы, едва слышно прошептала красная от стыда Рея Ури. – Отработаю всё, что ты мне передавал…
Запорхавшая прямо перед глазами пикси Виги сообщила, что появилась возможность заключить длительный контракт с Реей Ури и даже продержать девушку у себя неограниченно долго, хотя лояльность НПС‑спутницы останется на крайне низком уровне, а квест «Сердце Волчицы» будет в итоге провален. Да я и сам понимал, что пользоваться досадной промашкой моих спутниц – это не выход, да и крайне некрасиво будет с моей стороны. Нет, тут нужно было действовать по‑другому и дать обеим НПС‑девушкам шанс избавиться от позорного пятна в их биографии.
Поэтому я встал из‑за стола и громким голосом привлёк внимание всех собравшихся в зале многочисленных хаджитов, обитателей посёлка Старый Брод, наверняка знающих тут всех мошенников и торговцев.
– Братва, есть возможность неплохо заработать! – я показал золотую монету в своих когтистых пальцах. – Сейчас моя подруга словесно опишет одного местного жителя. Кто первым из вас скажет, где такой проживает, получит этот приз!
Говорила лисичка Харуми, достаточно подробно расписывая немолодого тучного хаджита в дорогом на вид зелёном парчовом костюме. Среднего роста. Золотая цепь на шее. Седая прядь на башке. Правое ухо со старым шрамом…
– Я знаю!!! – даже не став слушать дальнейшее описание, вскричал один из вернувшихся в обеденный зал четырёх «биндюжников». – Это Саймон, правая рука местного богача Вильгельма Красивого! Господин Палач, могу указать, где он живёт. И с вас ещё четыре серебрушки. Прошлое задание мы выполнили очень качественно, очень нескоро обидевший вашу подругу будет ходить!
Значит, снова Вильгельм Красивый и тот особняк работорговцев на берегу реки, все нити сегодня ведут туда. Я честно расплатился с информатором, а заодно отдал ему и бутыль вина – не время сейчас было напиваться с двумя симпатичными НПС‑спутницами.
– Вот видите, Рея и Харуми, с хаджитами тоже можно иметь дело, нужно только правильный подход знать. А сейчас собирайтесь! Пора навестить вашего «инвестора» и вернуть деньги с процентами. А заодно и поговорить с его хозяином‑работорговцем!
  
Глава четвертая. Разобраться с работорговцами
 
Спешить в столь сложном и опасном деле точно не стоило. Особняк перекупщика работорговцев хорошо охранялся – только у центрального входа и сквозь решётки ограды во дворе я видел как минимум дюжину бойцов‑хаджитов с уровнями 80+, а сколько ещё противников находилось внутри здания и дальше в парке, даже представить было сложно. Дополнительной проблемой было то, что окнами основное трёхэтажное здание, практически дворец, выходило на оживлённую улицу, где вечером прогуливалось немало горожан – как НПС, так и живых игроков. Случись какая заваруха, и в стороне они не останутся. Как минимум, вызовут НПС‑стражу. А то и присоединяться к веселью, причём на стороне моих противников.
Да, на усатых мордах хаджитов‑охранников особняка вовсе не написано, что они служат работорговцам, а потому в глазах всех жителей именно я и две мои спутницы станем преступниками с получением соответствующих меток. Причём я даже не был уверен, что две девушки из «Стальной Короны» согласятся пойти вместе со мной на нарушение закона, а не присоединятся к моим врагам – всё‑таки программные алгоритмы у обеих были заложены именно бороться с преступниками, а не потакать им.
С Реей и Харуми я дважды неторопливо прошёлся по оживлённой торговой улице со стороны фасада здания, изображая праздных зевак. Причём лисичка‑кицуне даже позволила обнимать её за талию для большей достоверности – специальный пункт контракта с ней допускал такое достаточно фривольное моё поведение, тут даже Рея Ури не имела ничего против. Самой полуволчице я подобного не предлагал, поскольку прекрасно понимал, что гордая девушка решительно откажется и серьёзно обидится. Сворачивали мы и на соседние улочки к реке, откуда открывался вид на место предстоящей операции с обратной стороны, и я даже посылал Виги рассмотреть стоящую на погрузке возле нужного нам особняка мрачную галеру, прибывшую похоже с юга. Ещё две дюжины вооружённых хаджитов‑головорезов, внешне до степени смешения похожих на обычных пиратов. Наконец, увидев всё, что хотел, я развернулся и решительно зашагал прочь, уводя за собой своих спутниц.
– Пёс, ты куда? – удивились и хором одновременно поинтересовались обе мои НПС‑компаньонки.
– Просто ещё рано. Подождём, пока стемнеет, и на улицах станет поменьше лишних зевак. А ещё, – я указал на до сих пор подвешенный к поясу моего Пса холщовый мешок с головой Неупокоенного Ли, – нужно, в конце‑то концов, сдать предыдущую работу и заодно поискать на доске гильдии авантюристов задание на работорговцев и местных мошенников. Если имеется возможность получить за доброе дело ещё и оплату звонкими монетами, то почему бы этой возможностью не воспользоваться?
Возражений у хвостатых девушек не возникло. Вот так втроём мы и ввалились в двери местного отделения гильдии авантюристов, в столь поздний час фактически пустого – кроме молоденького служащего‑хаджита за стойкой в приёмном зале не оказалось вообще никого из посетителей.
  
– Мы закрываемся через четырнадцать минут, так что поторапливайтесь! – предупредил нас хвостатый менеджер, откровенно недовольный, что придётся ещё поработать перед закрытием.
Я молча подошёл, показал свой жетон авантюриста и положил на стойку старую пожелтевшую бумагу розыска, а заодно и мешок с отрубленной головой Неупокоенного Ли. Пока хаджит, надевший на морду очки, сверялся со старыми записями и проверял содержимое мешка, меня тихо дёрнула за рукав лисичка Харуми.