Горький вкус предательства (СИ)

– Ну не знаю, – мнётся один.
– У меня есть пригласительный в закрытый клуб, – играю бровями. – Для любителей горяченького. Бухло включено, а дальше… смотреть можно бесплатно, трогать за бабки…
Вижу, глаза у пацана загораются.
– Ну! – подталкиваю его, достаю из кармана золотистую карточку входного билета.
– Я не уверен, но знаю, он с братаном моим хотел встретиться. Ща его наберу. Может он знает.
Отходит, звонит, тихо общается.
Возвращается.
– Короче, звонил он вот с этого номера. Больше ничем помочь не могу, – разводит руками.
– Ну что ж, проверим. Лови! – отдаю билет, сам иду к машине, по пути набирая полученные номер.
Трубку долго никто не берёт. Набираю ещё раз. Бесполезно.
Ладно, друг. Попробуем по-другому. Отправляю сообщение с просьбой встретиться, объясняю, что это очень важно.
Через минуту Игнат перезванивает сам.
– Привет, – отвечаю.
– Ну привет, братишка, – чувствую в его тоне неприкрытый сарказм. – Неужели ты выплыл из похмелья и решил вспомнить про друга?
– Который в прошлый раз разбил мне фейс.
– Ты опять про своё милое личико? – психует он. – Тогда до свидания, потому что я при встрече тебе разобью его опять.
– Стой! Не отключайся. Мне нужно поговорить. Лично. И если тебе так хочется, треснешь мне, я потерплю.
– Замётано. Где? Мне светиться-то нельзя, ты же в курсе.
– Твои предложения?
– Сегодня в “Нечисти” вечеринка. Будет маскарад “Кровавая ночь”.
– Не вопрос. Как я тебя узнаю?
– А не надо меня узнавать. Я тебя сам найду.
– Окей. Я буду вампиром. Хочу попить кровушки.
– О да, кровь невинных с некоторых пор, видимо, тебе в кайф, – недобро усмехается Игнат, отключается.
Ой, не нравится мне всё это. Но я очень жду нашей встречи, дорогой друг. А там посмотрим, кто чьей кровушки попьёт, но чувствую, добром этот вечер не кончится…
Глава 9.
Зная, что в соседней комнате спит Игнат, это была первая ночь за много дней, когда я спала почти спокойно.
Марк Адамович меня перестал пугать как раньше. Мы с ним поговорили по душам, он рассказал их с женой историю.
Это была очень красивая история любви, но на счастье им было отведено совсем мало времени. Трагическая случайность оборвала жизнь молодой женщины. Элизабет попала в аварию. Марк Адамович до сих пор винит себя в случившемся, хоть за рулём его не было. Он в тот день сам должен был везти жену в больницу, но задержался, и Лиза поехала на такси.
Сейчас я совсем другими глазами смотрю на этого человека. Он на самом деле оказался очень интересным собеседником, грамотным, интеллигентным и … грустным. Сейчас я не чувствую от него опасности, наоборот, мне хочется поддержать этого немолодого мужчину, отблагодарить его за спасение.
– И что, вы столько лет после смерти жены живете здесь затворником? – поражаюсь я.
– Не совсем. Несколько лет после случившегося я наоборот не мог зайти в этот дом. Здесь тогда жила женщина, которая ухаживала за всем. Я платил ей, чтобы она содержала дом в порядке и сохранила всё так, как было в последний день жизни моей Лизы. Я приезжал раз в год, на годовщину её гибели. Сам пытался жить дальше, ушёл полностью в бизнес, пытался даже найти себе другую женщину, но я не смог. Мне казалось, я предам Элизабет, если забуду. Потом я смирился, вернулся сюда насовсем, и вот уже лет десять живу так, как живу. Денег я заработал столько, что на две жизни вперёд хватит, только на кой они мне нужны? Счастья они не приносят.
– Тут я с вами согласна. Моя мать ради наследства убила отчима. А он был очень хорошим человеком.
– Да, я знал Григория. Хороший был мужик, жаль его. А ты совсем не похожа на мать, – смотрит на меня задумчиво.
– Я пошла в отца, после того как родители развелись, я осталась с ним и бабушкой. Мне тогда было всего пять лет. Отец умер, когда мне было пятнадцать, а через год и бабушки не стало, поэтому мне пришлось переехать к матери, – вспоминаю с грустью. Это было тяжёлое время, и мать была совсем не рада, что я свалилась ей на голову.
– Это многое объясняет. Ты не похожа на молодёжь, выросшую в роскоши.
 
– Мать меня всегда упрекала этим, – усмехаюсь невесело.
В комнату заходит Игнат.
– Алиса, можно тебя на минутку? – зовёт меня.
– Что такое? – выхожу к нему.
– Мне Никита звонил, – при упоминании этого имени внутри тревожно вздрагивает.
– И что? – холодеет мой голос.
– Он хочет поговорить. Но у меня есть идея, как это сделать так, чтобы ты тоже была рядом, только чтобы он не знал об этом.
– И зачем мне это? – вздёргиваю подбородок. – Он всё сказал, я ему не нужна, пусть развлекается со своими девками.
– Алиса, я Ника не оправдываю, но вся эта ситуация, она очень странная. Неужели тебе неинтересно, что же случилось?
– Какая теперь разница.
– Короче, дело твоё. Но если ты всё же решишься, то у нас совсем немного времени, чтобы выбрать для тебя подходящий наряд.
До вечера я ходила, сомневалась, нужно мне это или нет. Долго с тоской смотрела на наш двор в окно. Конечно, я тосковала. Несмотря ни на что, мне до ломоты хотелось забыть обо всём и броситься Нику в объятия. Мне так не хватает его.
Вспоминаю ту ночь, которая изменила нас.
Это было летом, у родителей Лики был дом в лесу в горах, её отец был рьяным охотником. И вот она собрала компанию парней и девчонок, и мы отправились туда на выходные.
С Никитой нас тогда уже штормило, неумолимо тянуло друг к другу, но мы упорно отрицали очевидное и делали назло.
Я согласилась поехать только после того, как Лика поклялась, что Никиты там не будет.
Его и не было сначала. Он появился на следующий день вместе с Игнатом. Я злилась, Лика же была счастлива и всеми силами старалась обратить на себя внимание моего сводного брата.
– Алиса, уговори их пойти на речку. Я хочу продемонстрировать мальчикам свой новый купальник.
– Лика, это далеко и дорога там плохая, да и речка холодная.
– И что теперь? Зато весело.
– Так утром надо было идти, а так мы не успеем вернуться до ночи.
Лика уговорила всех сама. Здесь были довольно опасные горные тропы, а не так давно прошёл дождь, но мы всё же пошли, надеялись успеть вернуться до темноты.
До горного озера мы добрались успешно. Было и правда весело, Никита с Игнатом шли позади всех. На месте мы искупались в кристально чистой ледяной воде и уже собирались идти назад, когда Лике приспичило залезть на высокий опасный выступ, чтобы сделать фото.
– Лика, ты с ума сошла, зачем ты туда полезла?
– Я хочу крутую фотку. Алиса, иди сюда, щёлкни меня на телефон.
– Лика, да я не доберусь до тебя.
– Может, тогда мальчики помогут? – стреляет она глазами в Никиту.
Но мой братец даже бровью не ведёт, Игнат всё ещё плещется в воде, приходится мне идти на помощь подруге. Дорожка здесь мокрая, ноги скользят, но я добираюсь до нужного места, делаю несколько фоток, возвращаю Лике телефон.
– Пойдём, спускаться сложнее, чем подниматься.
И это чистая правда. На скользкой дорожке ноги разъезжаются, а слева обрыв и бурная река. Лика поскальзывается, я её ловлю.
– Так, недоразумения женского пола, – идёт в нашу сторону Никита. – Не двигайтесь с места! Ещё не хватало, чтобы вы улетели.
Поднимается, подаёт руку Лике. Она только этого и ждёт, тут же виснет на его шее, меня это злит, хоть я и стараюсь не подавать вида. Никита подаёт руку и мне, но я гордо вздёргиваю подбородок.
– Я сама!
– Ну давай, самостоятельная какая, – психует он, разворачивается ко мне спиной, а уже в следующую секунду я поскальзываюсь, нога моя слетает вниз, а следом лечу и я, хватаюсь за ветку дерева, но она оказывается совсем не крепкой.
– Алиса, держись, – тут же спешит ко мне назад Никита с перепуганными глазами, тянет руку, я в ужасе визжу, понимая, что я не могу удержаться, тяну руку к Никите, но не могу достать, ветка обрывается совсем, и я лечу в ледяную бурную воду.