(Не) настоящая жена (СИ)

– Д-да… Простите меня. Это меня Макар подбил. Приревновал Верку после парка аттракционов и попросил испортить молодым… жизнь, – на последней фразе голос девчонки жалко надламывается.
– Эх вы! – с укором протягивает папа. – Макар, оформляй документы. Едешь в Америку вместо Артема.
Глава 25.
Вера.
Жанка сравнивает разлуку с гремучей змеей или жабой. Я грустно молчу, слушая ее реплики, прочитанные в «Одноклассниках», и согласно киваю.
«Разлука для любви, что ветер для огня. Слабую она гасит, а большую раздувает».
Любимый свекор считает так же… Молчит, многозначительно улыбаясь, и повторяет мне на репите:
«Все будет хорошо, Вера. Просто доверься мне». А почему все должно быть хорошо, если Олеся беременна? А если не беременна, почему Вячеслав Олегович молчит? Наверное, хочет меня помучить? Все эти дни я чувствую себя, как сорванный с грядки цветок, лишенный воды… Я задыхаюсь, маюсь, с ума схожу от безмерной тоски по мажору. Кто бы мог подумать, что мне будет так плохо! Вдруг он не вернется? Соблазнится красивой заграничной жизнью и останется там? И, почему я только сейчас поняла, как мне нужен Артем?
Черт, я никогда больше не буду критиковать Вячеслава Олеговича! Честное пионерское! Потому что он мастерски все предусмотрел, угадал будущее, в котором есть мы с Артемом – счастливая семья, а не чужие, обиженные друг на друга люди. Мне остается довериться умудренному опытом человеку и молча ждать…
Я вожу Настюшу в садик, езжу на работу в маркет, улыбаюсь Аде Васильевне и Розе Петровне, делаю все, что привыкла делать в обычной жизни. Мир не обрушился на мои плечи, да и земля не разверзлась… Все по-прежнему. Обычная жизнь простой девчонки Веры, за короткое время ставшей другой – влюбленной, окрыленной, счастливой и одновременно несчастной. Интересно, что со мной станет, когда я его увижу? Грохнусь в обморок или зальюсь румянцем? Сегодня и поглядим…
Вячеслав Олегович звонит мне на работу, сообщая новость о заседании «тайного общества». Я отпрашиваюсь у Ады Васильевны, спешно принимаю душ, смывая с себя пыль от картошки, и прыгаю в «ласточку». И на мне любимое платье с подсолнухами… Нет, вы не подумайте, что я его специально выбрала. Мне пришлось переодеться в это платье: клиент уронил банку с вареньем, умудрившись испачкать при этом меня. Ну и пусть… Не хочу ни перед кем красоваться! На площадке перед офисом замечаю модную машинку Олеси, а увидев ее, сникаю окончательно, закрываясь в комплексы, как в раковину. Фигуру девушки облепляет короткое платье из шифона, ноги украшают босоножки на шпильке, а завершают образ макияж и безупречная укладка. Неудивительно, что она смотрит на меня, как на придорожную грязь…
– Еще немного подождем, Артем подъезжает, – расслабленно произносит Вячеслав Олегович.
А я не могу больше ждать… Я превращаюсь в оголенный нерв, остро реагируя на любое явление окружающей среды: шорох, звук, взгляд, скрип стула…
– Вячеслав Олегович, может, все-таки… Я подпишу…
– Можно? Добрый день всем, – в кабинет входит мажор.
Не думала, что можно задохнуться от чувств. Если бы мне сказали об этом полгода назад, я фыркнула в ответ и посчитала автора сомнительного замечания глупцом. А сейчас я смотрю в его синие, направленные на меня глаза и… почти не дышу. Олеся блеет про беременность, свекор ее останавливает, я отказываюсь от всего, намереваясь сбежать отсюда поскорее, а мажор признается мне в любви… Что?! Мажор признается мне в любви. Вы тоже это слышали? Потому что мне хочется по-стариковски наклониться и попросить повторить.
– Верочка, я люблю тебя, моя Карамелька, – его крепкие ладони мягко сжимают плечи. – Тебя и Настеньку.
Только Артем мог выбрать такой неудачный момент, чтобы признаться в любви! Вячеслав Олегович стыдливо отводит взгляд, Антон Михайлович – юрист фирмы нервно вытирает лоб платком, Олеся закатывает глаза, Макар продолжает с кем-то переписываться… Неужели, Артём серьезно? И ему плевать на всех этих людей, ставших невольными свидетелями нашего объяснения. Я чувствую, как громко и облегченно бьется в груди сердце, вижу сквозь пелену непрошенных слез только его… Только он, его, с ним… Неужели, навсегда? Мы впиваемся друг в друга взглядами, касаемся горячими ладонями, стремясь улизнуть из кабинета поскорее. Любимый свекор разоблачает коварный план Олеси, выжимая из нее признание во лжи, а я… Мне уже плевать на все – что она скажет в оправдание, попросит прощение или нет? Я на них даже не смотрю… Рассказываю Артему правду о рождении Насти, чувствуя, как с сердца падает камень вины и недосказанности.
 
– Верочка, поезжайте домой. Настю мы с Татьяной Сергеевной заберем из садика. И… Вернем вам внучку завтра. А лучше в воскресенье. Ты не против? – взывает к моему благоразумию свекор.
– Не против, – хрипло произношу я. Мне так хочется его обнять и поблагодарить за все. – Спасибо вам…
– Забирай жену, сынок. Езжайте домой, наслаждайтесь друг другом.
Господи, кажется, облако романтического пафоса навсегда накрывает нас. Только бы папе не стало плохо… Он ведь из больницы слинял, чтобы нас помирить.
– Спасибо, – сдержанно произносит Артем, крепко сжимая мою кисть.
Мы прощаемся со всеми и, крепко держась за руки, выходим на улицу. Сажусь за руль и запускаю двигатель моей машинки. Мажор довольно плюхается на переднее сиденье и тотчас лезет целоваться.
– Верочка моя, родная моя, любимая.
– Артем, давай сначала доедем до дома, – шепчу, поглаживая его щеку дрожащими пальцами.
– А если в пробку встанем? Вер, давай вернемся в мой кабинет, там есть диван и…
– Едем домой.
В квартире мажора нет моих вещей. И крошка Сильвия на время отъезда хозяина поселилась в доме Вячеслава Олеговича. Нас встречает уютная тишина и знакомый запах, тонкие лучи солнца, бегающие по полу гостиной, морской воздух, рвущийся в приоткрытое окно – любимая, привычная атмосфера… Мой дом.
– Скучала, Каланча? Ой, Карамелька, – Артем хватает края платья и бесстыдно стягивает его, открывая взору мои прелести, прикрытые черным бельем.
– Снова Каланча? Так твоя речь в кабинете была ложью? Притворством и…
– Верка, я боялся тебя потерять, – Артём мгновенно суровеет. – Я тебя очень люблю. Правда…
– Я уже привыкла, честно. Но Карамелька мне нравится больше.
Его горячие губы касаются моей кожи. Он и не целует меня – втягивает запах, пробуждая тысячи спящих мурашек, гладит, обнимает, как будто отпечатывает в памяти момент долгожданной близости.
– Артем… – вздрагиваю я, вскидывая ресницы.
– Да, милая.
– Я тоже тебя люблю.
– Вер, выходи за меня замуж.
– Мы уже женаты, глупый.
Он подхватывает меня на руки и несет в спальню. Аккуратно кладет на прохладное покрывало, накрывает большим горячим телом и произносит, заглядывая в глаза:
– По-настоящему выходи. С гостями, платьем и банкетом. Верочка, я никогда в жизни ничего так не хотел.
– Хорошо, мажор.
– А теперь помолчи, Каланча. Я собираюсь не выпускать тебя из постели до воскресенья! А родители присмотрят за нашей дочерью. Кстати, я давно подозревал, что она моя.
– Правда? А если бы…
– Я все равно ее люблю. И тебя… Моя классная, красивая, нереальная Верка Понедельник.
Остается ему поверить… Завтра сбегаю на море и поделюсь с ним своим счастьем. Буду говорить и плакать, добавляя в него новую порцию соли…
Это конец) Еще будет эпилог от обаятельного и полюбившегося всем Вячеслава Олеговича. Девочки, в ноябре у меня будет еще одна молодежная новинка с морским колоритом. Про других героев, но я уверена, что они тоже вам полюбятся. Подпишитесь на страничку автора, чтобы не пропустить старт истории) 
АННОТАЦИЯ к роману "Не влюбляйся":
– Не обольщайся, мальчик. Твоя задача просто мне подыграть, – она презрительно поджала пухлые манящие губы. – Мы… Разные. Другие планеты, Вселенные, море и воздух, лед и пламя. Я выйду замуж за парня из своего круга. А ты… Просто инструмент для достижения цели. Отец будет в ярости, узнав, что мой парень нищеброд.