Предпоследний романтик (СИ)

- На полу. – Быстро решает мама.
Брат пытается покачать права, но быстро утихает. Я же торжествую, припоминая его довольную улыбку в больнице. Еще веселей мне становится, когда ему приходится тащить меня до квартиры. Андрей тут же швыряет меня на диван в небольшом зале и скрывается с горизонта. Скатертью дорожка.
В одиночестве я уже не нахожусь. Рядом вертится Сашка – самый младший и еще не такой противный как остальные. И он, видимо, искренне рад мне. Я же рад игрушке в его руках. Радиоуправляемый вертолет. Давно я мечтал о таком, но в мои годы покупать такой как-то не солидно, но тут грех не воспользоваться возможностью.
В итоге, когда мама заходит в комнату, то Сашка с недовольством смотрит, как я держу в руках пульт и с радостной улыбкой гоняю по комнате летающий агрегат.
- Родь, ну сколько можно?
Вертолет врезается в стену.
- Можно, что?
Мама усаживается в кресло напротив, и Сашка тут же оказывается рядом с ней. Я пытаюсь дотянуться до упавшей игрушки и не потревожить ногу, но этого мне не удается.
- Где ты живешь? – Спрашивает мама.
- Ты же знаешь.
- Я вчера заходила к тебе, и хозяйка сказала, что ты съехал.
- Старая грымза.
- Родь! – Чуть ли не крик. – Язык попридержи.
- Ладно, она меня выгнала.
- И где ты живешь? - Повторяется вопрос.
Мама с таким подозрением на меня смотрит, что становится неуютно. Не думает же она, что шатаюсь по вокзалам. В конце концов, когда мне некуда будет пойти, то я сразу же приду домой.
- У друга.
- Это некультурно.
- Мам, это культурно, он мне много должен.
То, что я периодически подставляю для Борюсика жопу, маме лучше не знать. Просто скажу, что он мне обязан и все. И даже не совру. Мама задумывается. Становится тихо, только из глубины квартиры доносится громкий голос Витьки и спокойный Андрея. Хм, братики опять что-то делят. Верчу в руках пульт, соображаю, как достать вертолет и снова нажимаю на кнопочки. Игрушка взлетает и летит ко мне в руки. Сашка завистливо смотрит на меня и просит маму сказать мне, чтобы я отдал вертолет ему. Смешно. С игрушкой приходится расстаться.
- Родя, надо взрослеть. – Говорит мама.
Поднимаю на нее взгляд, вижу ее обеспокоенное лицо. Неправда. Я взрослый. Я сам забочусь о себе, сам все решаю и не лезу к родителям со своими проблемами, а то, что мне приглянулся Сашкин вертолет, так это не показатель. Я вообще подозреваю, что не я один мечтаю поиграться в такую игрушку.
- Мам, я взрослый, не надо мне лекций читать.
- Надо. У нас с отцом в твои годы уже было двое детей, а ты все еще с игрушками не наиграешься.
- Извини, но родить я не могу, не того полу.
- Не паясничай, ты все понял.
Вот как бы объяснить маме, что, скорее всего от меня внуков она не дождется. И меня бы еще мучила совесть, если бы я был у них с папой единственным ребенком, но с таким рассадником как у них, остаться на старости лет без внуков почти невозможно. И на этот счет мне несказанно повезло.
- Сильно болит? – спрашивает мама.
- Нет.
Сама тему сменила, видит, что здесь ничего не добьется. Встает со своего места, поправляет нехитрую прическу, смотрясь через всю комнату в зеркало.
- Имей в виду, что в ближайшие дни я тебя никуда не отпущу.
- Ну, мам.
- Я сказала, хватит тебе скакать.
- Мам, у меня встреча важная.
Точнее не встреча, а обещанный вечер в компании Алины и Никиты. Такое я пропускать не хочу. Что тогда Никита подумает обо мне? Что я безответственный. А может сломанная нога является оправданием? А что я скажу, что меня мама не пустила. В мои лета такая отмазка немного неестественна. Но мама действительно меня не отпускает, а просто так я не уйду. Да просто физически не смогу. Попал. А ведь еще с утра знал, что не нужно идти к этой старой ведьме и унижаться перед ней.
- Кстати, - обрывает мои мысли мама, - завтра с Сашкой посидишь.
- А без меня никак.
- Мы с отцом работаем, а остальные в школе, твоя сестра уехала на практику и неизвестно когда вернется, так что остаешься только ты.
- То есть это еще и хорошо, что я с лестницы навернулся?
  
- Ну что поделать, раз так случилось. - Она хитро улыбается.
- Вот когда мне было шесть лет, вы надо мной так не тряслись, хоть с голой задницей по улице бегай, не заметили бы.
- Еще как тряслись. – Врет мама. – Хватит тебе возмущаться, все равно ты теперь больной, так что лишнее не будет.
С этими словами она скрывается из поля моего зрения. Я перевожу дух, откидываюсь на спинку дивана и достаю телефон. Зарядка почти закончилась, и я быстро набираю сообщение и отправляю Никите. Теперь он не будет меня ждать.
С чувством выполненного долга прикрываю глаза и прислушиваюсь к тупой пульсации в ноге. Вскоре приходит сообщение. Радуюсь как маленький ребенок, когда вижу номер Никиты.
«Что случилось?»
С радостью и нетерпением настукиваю ответ:
«Упал с лестницы, кость в ноге треснула.»
С минуту гипнотизирую телефон, пока он снова не раздается ласкающим мои уши сигнальчиком.
«Молодец. Тогда лечись.»
Долго думаю, что же такого ему написать. Начинает глодать совесть за то, что я так обломал Никиту, но тут же приходит гениальная идея, от которой на сердце начинают петь птички. Скидываю ему адрес родителей и пишу, что если он хочет, то может привести Алину ко мне на весь день.
В ответ приходит: «Я подумаю.»
Ну подумай.
========== Глава 10 ==========
Утром я уже не столь категоричен. Определенно в этом что-то есть, когда с тобой рядом столько близких людей. Это мило. А когда ты весь из себя больной, то это еще милей. Один с кухни что-нибудь вкусненькое принесет, другой сбегает тебе в аптеку за лекарствами. Хорошо.
Утро, а я хочу спать. Ночевал в комнате Витьки и Андрея, сместив последнего с родной кровати на пол. Андрей еще долго возмущался, но постепенно успокоился. Зато любимые братики развели разговор на половину ночи и втянули в него меня.
Теперь все еще валяюсь под одеялом с закрытыми глазами. Заснул, если бы не боль в ноге. Больно все сильнее, так, что уже подумываю стиснуть одеяло зубами. Шевелиться вообще боюсь. В квартире только я и Сашек, остальные давно ушли. Я сквозь сон слышал, как мама сказала меня не будить. Еще бы одеяло мне подоткнула и в лоб бы поцеловала. Была бы вообще милота.
- Сань. - Ору я.
Ноль реакции.
- Сань! – Ору сильнее.
Слышу шорох в квартире, слышу тихий топот. Братишка с недовольным лицом появляется в дверях, смотрит на меня смурными глазами.
- Чего? – Вежливо интересуется.
- Сколько время?
Вместо ответа братик притаскивает небольшие круглые настольные часы, подходит ближе и залезает на кровать, немного задевает ногу. Шиплю на него, ругаюсь и чуть не матерюсь. Саша строит виноватую рожицу. Сует под нос часы.
- Смотри. – Говорит мне.
- А просто сказать мне нельзя было.
- Я не умею.
- Круто.
Смотрю на время. Почти десять.
- Никто не приходил?
- Нет. – Санек так уверенно мотает головой, что тотчас верю ему.
Отдаю часы обратно. Пялюсь в потолок. Все-таки болеть скучно. И если бы с простудой или гриппом можно было еще относительно нормально существовать, то теперь для меня огромная проблема даже встать с кровати. Санек же меня не поднимет. Нашли с кем оставить такого больного меня.
И Никита не приходил. Даже он меня кинул со своими обещаниями. А мог бы побеспокоиться немного. Я же ему помогаю, со всей душой к нему, а он… Он только смеется надо мной, считая за малолетнего ребенка. Даже Боря ко мне серьезней относится.
- Сань, а точно никого не было? – Спрашиваю у него. – А телефон мой не звонил?
- Не знаю.
- Принеси. – Прошу и строю щенячьи глазки.
С тяжелым вздохом и мученическим выражением лица лезет обратно через меня. Замираю как партизан и молюсь, чтобы этот малолетний изверг снова не задел мою ногу. Задевает и еще сильнее чем прежде. Сначала просто ору, а потом ору уже на Сашку: