На границе империй. Том 10. Часть 8 (СИ)

— Думаешь, они что-то знают о судьбе Даи и Нозы? — спросил Дарс, когда мы отошли от кузницы на безопасное расстояние.
— Думаю, они знают гораздо больше, чем мы можем даже предположить, — мой голос звучал холодно в ночной тишине. — Мне Галаз говорил то же самое, но я тогда подумал, что старик что-то перепутал или ослышался.
— Галаз? Ты его видел? Как он?
— Да, заходил к нему в лавку днём. Он сильно изменился, постарел. Напуганный он какой-то стал, дёргается при каждом звуке. Хотя его раньше даже то что творилось здесь при нападении дагарцев не могли шокировать.
  
— Знаешь, мне кажется, я начинаю что-то понимать в этой запутанной истории.
— О чём ты сейчас, Дарс?
— Думаю, ты сам невольно виноват в том, что произошло с Малахом и его семьёй.
— Я? — изумился в ответ. — Причем тут я?
— Да, именно ты. Ты ведь передал им через одного общего знакомого, что обязательно вернёшься в город, рано или поздно.
— Передал, это правда. Но я не понимаю, при чём здесь старый Малах? Он ведь с этим и нашими отношениями никак не связан.
— Ты плохо знаешь женщин, Рик. Совсем плохо.
— Знаешь, я сейчас понимаю, что не только их плохо понимаю, но и вообще мало что понимаю в этой жизни.
— Рик, да всё же просто как дважды два. Сам хорошенько подумай. Они родили детей не от тебя и прекрасно понимают, что рано или поздно ты вернёшься и всё выяснится.
— Всё равно не понимаю, при чём здесь несчастный Малах.
— Ты пойми — они из-за тебя были вынуждены продать все нажитое там, в Калтанге, и приехать обратно сюда, вернуться обратно практически ни с чем. А здесь их ожидал совсем небольшой сюрприз, который они даже представить не могли. Рина же сказала, что мальчишка удивительно похож на тебя. Каково им было видеть здесь маленького Рика? При этом постоянно ожидать появления Рика старшего?
— А если дети действительно не от меня? Как предполагала Рина — от ученика Малаха?
— А это уже ровным счётом ничего не меняет в ситуации. Кто на самом деле настоящий отец, знают только дочки Малаха, а с твоими бывшими жёнами они точно не поделятся этой тайной. Вот они и решили закрыть этот опасный вопрос раз и навсегда.
— Тогда кто этот загадочный родственник с юга?
— Да кто его знает. Может быть, наняли кого-то опытного для защиты и устрашения.
— Они… наняли наёмника?
— А что? Вполне разумно.
— Ты, по-моему, слишком долго в наёмниках пересидел и во всём видишь только деньги, — покачал я головой. — Ты сам хорошенько подумай — зачем им наёмник? Если он действительно так хорош, как говорят, то почему после всего происходящего он не боится выйти против нас двоих? Заметь — один против двух опытных и первоклассных воинов! Сразу против нас обоих!
— Может, просто приглянулись они ему?
— Вместе с маленькими детьми? Кстати, а кто у них родился — мальчики или девочки?
— Два парня, насколько я слышал.
— Знаешь, а действительно всё это очень странно. Либо этот гость с юга на нас лично сильно обижен за что-то.
— И кто же это может быть?
— Может быть, властитель Калтанга прислал своего человека?
— С какой целью? Что ему от нас нужно?
— Месть за старые обиды.
— Дарс уже, сколько времени прошло с тех пор. Там в Калтанге может уже не один властитель смениться, и все давным-давно забыли и о нас, и о том, что тогда произошло.
— Ну не знаю, может, это что-то личное, и он какой-нибудь дальний родственник их покойного мужа, которого мы тогда убили.
— Даже в это верится с большим трудом. Подумай сам — сколько уже времени прошло, а он всё ждёт и ждёт. Мы ведь с тобой могли никогда больше не встретиться, и значит, не прилететь сюда вместе. А один я точно не собирался сюда возвращаться, а ты не знал, как сюда добраться.
Мы медленно двигались по тёмным, извилистым улицам старого Таргорода, старательно избегая освещённых участков и редких ночных патрулей. Наш разговор с Дарсом не давал мне покоя, крутился в голове, как назойливая муха.
— Знаешь, слишком много странного и необъяснимого происходит здесь. Совсем не нравится мне всё это дело.
— Может быть, он из числа твоих старых врагов здесь, в городе? — предположил Дарс, внимательно осматривая тёмную улицу впереди нас.
— Я не знаю и никогда не знал никого здесь с именем Тагир. И потом это имя звучит явно как имя из южных земель, а не наше, северное.
Мы остановились на перекрёстке двух тёмных, безлюдных улиц. Отсюда уже был хорошо виден мой бывший дом — тот самый, где я когда-то жил в относительном счастье с Тони и Оли. Света в окнах уже не было — видимо, все спали.
— Как будем входить? — тихо спросил Дарс.
— Я пройду через задний двор, там есть небольшая дверь, которая ведёт прямо на кухню. Вряд ли они что-то кардинально изменили в планировке дома. А ты оставайся здесь, у главного входа, чтобы они не смогли сбежать, если что-то пойдёт не так.
Мы обогнули квартал и вышли к задворкам дома. Всё выглядело удивительно знакомо, словно время здесь остановилось. Каждый камень мостовой, каждая трещина в стене дома — всё напоминало о былых временах.
Легко перемахнул через невысокую деревянную ограду у соседей, почувствовав под ногами мягкую землю небольшого огорода, а потом перебрался через вторую ограду, разделяющую дома. Маленький внутренний двор выглядел удручающе запущенным, сорняки пробивались между камнями мощения, а когда-то аккуратные клумбы превратились в заросли дикой травы. Похоже, о нём давно никто не заботился.
— Странно, — прошептал я, оглядывая печальную картину запустения. — Раньше Тони и Оли всегда тщательно наводили здесь порядок. Оли особенно гордилась своими цветами.
Подойдя к задней двери, я осторожно попробовал её открыть, ожидая услышать скрип петель. К моему удивлению, она оказалась не заперта и открылась почти беззвучно. Я медленно прошёл внутрь, стараясь не производить лишнего шума.
В доме стояла гнетущая, мёртвая тишина. Ни привычных домашних шагов, ни голосов, ни даже звука дыхания живых людей. Воздух был спёртым и пыльным. Я достал из кармана маленький фонарь и посветил перед собой. Тусклый желтоватый свет выхватил из густой темноты знакомые очертания кухни. Она оказалась совершенно пуста. Не просто пуста — ей явно никто уже довольно долго не пользовался. Толстый слой пыли, словно серое покрывало, укутывал стол и полки, на плите виднелись следы паутины.
После осмотра кухни я подошёл к входной двери и открыл её, впуская Дарса внутрь.
— Что так тихо? — сразу спросил он, переступив порог и принюхиваясь к затхлому воздуху.
— Нет их здесь, — коротко ответил я, качая головой.
— Похоже, они давно съехали, — заметил Дарс, проводя пальцем по покрытой толстым слоем пыли поверхности обеденного стола в гостиной. Пыль поднялась облачком, заставив его поморщиться.
Мы методично и быстро обыскали остальные комнаты дома. Везде была одна и та же унылая картина — пустота и полное запустение. Ни одежды в шкафах, ни посуды в буфете, ни других личных вещей, которые делают дом живым. Только старая мебель, да и та покрытая плотным слоем многомесячной пыли.
— Не понимаю, — растерянно произнёс я, стоя посреди того, что когда-то было нашей с Тони и Олей уютной спальней. — Хофер совершенно определённо сказал, что они до сих пор живут здесь. Мы сами видели их сегодня у него.
— Может, он намеренно соврал? — осторожно предположил Дарс. — Или они недавно переехали в другое место, а он просто не знал об этом.
— Нет, они явно переехали очень давно, — возразил я, оглядывая комнату. — Здесь никто не жил месяцами, а может быть, даже больше полгода.
Я внимательно осмотрел спальню ещё раз, пытаясь найти хоть какие-то следы недавнего присутствия людей, и вдруг заметил нечто действительно странное. В дальнем углу комнаты, там, где раньше стоял мой деревянный сундук с личными вещами, на потемневшем от времени полу отчётливо виднелся необычный символ, старательно вырезанный прямо в половице острым инструментом.