Бумажный домик с нарисованным котом (СИ)

Через пару минут он произнес.
— Вообще-то, шарики давно можно было выключить, детка.
— Ой!
====== Эпилог ======
Щи-цу отряхнул снег с ушей и укоризненно посмотрел на братьев с их дружками:
— Вы зачем на главной дорожке безобразничаете?
— Это была ловушка для змей! — пискнул Мал-дхи.
— Прости, Щи-цу, мы не подумали, — воскликнул Ан-дзи, живо подбираясь и принимаясь очищать его шубку. При этом он заботливо приговаривал: — Бедный, устал после работы?
Щи-цу тихонько засмеялся: малыш был такой забавный, пытаясь взять под свое покровительство всех, до кого дотянется. Все явственней и явственней в нем проглядывал альфа. Особенно после удачной операции. Вокруг суетились другие котята, в жажде помочь.
— Мне еще и за шиворот набилось, — пожаловался Щи-цу, и все сразу накинулись, забираясь под шубу и прыгая на плечи.
В результате они всей кучей свалились в сугроб.
— Отстаньте, злодеи-помощники, — смеялся Щи-цу, смываясь от них в дом.
Но братишки увязались за ним и туда, притащили ему сменную одежду, горячий чай с корицей, сахаром и еще чем-то подозрительным. И только убедившись, что он тихо сидит в кресле и пьет, побежали на улицу — снова играть с друзьями.
Щи-цу с кружкой в руках пошел искать Чеззе, тот был дома, его кар стоял в гараже, когда он ставил туда свой — новенький, спортивный, цвета лазурный металлик. Он улыбнулся, вспомнив, как старший дразнился: “нанесем сюда прайдик облачков, малыш?”
Чеззе обнаружился у себя в кабинете, он задумчиво перебирал какие-то бумаги.
— Привет, — улыбнулся Щи-цу, ластясь. — Как дела в суде?
— С меня сняли последние обвинения, — откликнулся Чеззе, затаскивая его себе на колени, — скоро восстановят в звании.
— А... Гра-хи?
— С ним еще процесс долгий будет, — равнодушно отозвался Чеззе. — Представляешь, мои отец с матерью приходили... поздравить с восстановлением чести.
— Звали тебя обратно в клан? — Щи-цу с тревогой заглянул ему в глаза.
— Нет, конечно, — ухмыльнулся Чеззе. — Они же тоже понимают, что это невозможно... Но эти деньги, отступные от клана, это, оказывается, их личные. Мать продала драгоценности, а отец акции... и не сказали, даже не связались ни разу за три года. Я совершенно случайно узнал.
Щи-цу зарылся мордочкой ему куда-то в шею и принялся сопеть.
— Ладно, малыш, как дела в лаборатории? — фыркнул Чеззе.
— Ты же знаешь... газовое оборудование задержали, сейчас простой, будем полировать данные...
— Ну, — лукаво улыбнулся Чеззе, — этим же и без тебя могут заняться.
— Ага, а что? У тебя есть предложение, старший?
— Да, у меня есть четыре свободных дня и гениальная идея — свалить всем кланом на Змеиные острова. Ты, вроде, мечтал об этом, а?
— Да! — обрадовался Щи-цу, — Здорово! Там же тепло сейчас... море, рыбки...
— Оооо, рыбки, — Чеззе развратно пошевелил ушами и погладил его по лобку, заставив жарко покраснеть. А потом поддержал мечтания: — И парк приключений, там не только мелочи интересно, но и взрослым.
— И Ла-миту с Ле-таном возьмем, да? — зашептал Щи-цу в лохматое рыжее ухо. То чувствительно дернулось.
— Ага, позвони им.
Щи-цу нерешительно взялся за комм, как всегда, набираясь смелости перед личным разговором, а потом встряхнулся, сделал непринужденное лицо и набрал Ла-миту. Чеззе уткнулся в планшетку, планируя путешествие.
Позже Щи-цу все вертелся и елозил около старшего, смущаясь озвучить свое предложение: “а можно сегодня я сверху?” Надо бы подобраться к этому вопросу окольными путями... Не то, чтобы Чеззе был против разнообразия, но Щи-цу до сих пор было стыдно говорить о таком.
— А что это у тебя? — спросил он вместо этого, найдя на столе листик со странными рисунками: кусочки котов, отдельно лапки, фрагменты мордочек, хвосты.
— Это бумажный домик, смотри, — отозвался Чеззе и быстро сложил из листочка домик, все коты собрались из частей, — меня их в тюрьме научили делать.
— О, — хихикнул Щи-цу, — он же на наш похож.
— Да, я о таком всегда и мечтал, — подтвердил Чеззе и ткнул в светло-рыжего котенка в самом большом окне: — А это ты.
  
Змеиные острова словно парили среди облаков и туманов, в белое от пены море низвергались величественные водопады, белые пляжи сверкали песками во внутренних бухтах...
— Никогда не думал, что увижу это наяву, — сказал Щи-цу. — Какая красота.
Тройняшки прилипли к иллюминаторам, возбужденно обмениваясь мнениями насчет грядущего рафтинга по этим крутым рекам.
— О, в нашей жизни будет все, все мечты станут явью, — отозвалась Ла-мита, гладя сиреневую гривку спящего у нее на коленях Ле-тана. — А какие не станут — те и не нужны значит были.
— Да, у нас все получится, — ответил Чеззе и слегка пнул Ле-тана: — Просыпайся, лежебока, а то не увидишь Гадючий кратер сверху, будешь потом жаловаться — что, мол, за в говнищи тебя загнали, только технику гробить... А это не говнищи, а красота.
Щи-цу ущипнул своего альфу за задницу, пока они с Ле-таном возились.
И у них и правда все получилось.
КОНЕЦ