Чертовка (СИ)

Все это и немного больше мне помог Тео допереть до комнаты в общем корпусе.
Комнатушка была маленькой и по-спартански уютненькой.
Две кровати, два стола, два шкафа и две банки трехлитровки на столе. Вобщем-то все на этом.
Здесь ни вещей ничего не было, поэтому я заняла койку у окна, просто швырнув на нее академские пожитки.
— В этом корпусе ты надолго не задержишься, только на первый год, потом вас расфасуют по другим корпусам, а иногда и заведениям. Сейчас одаренных немного рождается, так что возможно будешь жить вообще одна, хотя бывали времена, когда в таких «хоромах» жило и по шестеро. Ты девчонка, а таких вообще по пальцам сосчитать сколько поступают ежегодно, поэтому вероятность единоличного…
Его монолог прервала странная «буря» ворвавшаяся в комнату. Это была рыжая девушка лет семнадцати, может чуть больше на вид с копной не собранных кудрей. Мы с Тео прибывали в оцепенение.
— О, здравствуйте! Не ожидала, что буду с кем-то делить комнату, обычно девушек мало поступает, а сейчас так вообще, по пальцам посчитать.
— Ага, а палец видимо один… — пробурчала я, ведь уже размечталась, что я одна здесь живу.
— Меня зовут Олория Сарн.
— Сарн? — теперь девушка меня сильно заинтересовала.
— Олория? — кажется, что Теодор тоже впечатлен.
М-да, приплыли. Сарн — это моя фамилия и мой род!
— Аврора, можно тебя на минуточку?
Тео уже волок меня на выход пока девушка-буря начала раскладывать свои вещи.
— Помнишь, говорил про Рорию Соломон?
— Ага, помню.
— Кажется это ее дочь!
— Чья?
— Ее!
— Ого.
— Рория сбежала с Сарном, потому что забеременела и впоследствии родила от него девочку Олорию, а Сарн — его фамильный род. Такого совпадения просто не может быть!
Писец, просто белый и пушистый.
— Тео, давай расхлёбывать.
— Я пойду в проректорат и все разузнаю поподробнее, вобщем, придумаю что-нибудь.
И он просто убежал, а я осталась, пришлось вернуться к ней… к дочери моей или какой то другой родственнице.
— Так ты Аврора?
— Да.
— Приятно познакомиться. Давно ты здесь?
— Да, только заселилась. Подскажи, а разве нарвы не скрываются или не рабы?
— Оооо, это длинная история, боюсь, что так сразу и не рассказать. Если кратко, то здесь, в Академии мы есть и не скрываемся, здесь мы не рабы, а если получим диплом, то уважаемые личности, маги. Но есть условие — отсутствие клейма. Мои родители из знатных родов.
— Понятно, а я Васильева Аврора.
— Да ладно, ты из Василисков? Я о них только слышала, но никогда не видела.
— О, нет, нет, я это просто я.
Барышня вроде нормальная, от чего стало не так обидно, что заселена не в единоличные владения, но оно и понятно, теперь в понятия этого мира меня будет посвящать не только Рих, но и Олория, надеюсь, что подружимся. Она создавала впечатление такой бури позитивчика.
Так и стали обживаться в комнатухе.
Застелили постели. Хлопковое бельё приятное и прохладное на ощупь.
Разложили одежду в шкафу. Как стало понятно, нам полагалось только серое. Два комплекта униформы, состоящей из теплых брюк, юбки, рубашек, платье, шерстяной свитер, шерстяные колготки, свободные шаровары, туфли а-ля привет из шестидесятых, что-то вроде берцев и пара полотенец.
Ни расчески, ни зубнушки — мрак, да и только.
  
Глава 18
 
Оставалось много вопросов, как к администрации сего заведения, так и к Олории, но всему свое время, а в животе неприятно заурчало.
Пришел Теодор.
— Милые дамы, скоро ужин, прошу за мной.
Мы подхватили его за локотки и отправились на встречу к новым приключениям.
Огонек все рассматривала, постоянно «охая» и «ахая», а мы шли и тихо переговаривались.
— Друг мой, подскажи мне, как тут учебный процесс построен?
— Не стоит беспокоиться, все будет хорошо, завтра после побудки будет построение на улице, там вам раздадут расписание и карту. А как и куда идти, если не поймешь, то можешь уточнить у любого «форменного» и цветного.
— Допустим, а как же завтрак?
— Завтрак будет через полчаса после побудки.
 
— Хорошо, а как же привести себя в порядок?
— Душевая соседняя от вашей комнаты дверь — напротив, там две душевые и две уборные. На этаже около пятидесяти поступивших, поэтому я рекомендую проснуться пораньше. Ах, да, девушек поступило только двое, надеюсь, что не трудно догадаться кто.
— М-да, догадываюсь. А остальные парни?
— А что, есть иные варианты?
Да, умеет подколоть. Сразу приняла решение, искупаться с вечера, так надежнее.
— Рих, а не мог бы ты одолжить мне шампунь и мыло?
— Что одолжить?
— Чем тут моются?
— Мылом.
— Мылом?! А голову, тоже мылом?
— А какие есть иные варианты?
Остроумец, бляха муха.
— Шампунь, гель для душа, я уже не говорю, о скрабе, пилинге, маске, креме для ног…
— Женщина, остановись, о чем ты? Хотя девушки вроде эликсиры делают, ну там, для густоты волос, например, но с этим тебе скорее к Олории.
На этом мы вошли в столовую, на секунду подумалось, что столы стоят, прям как в Хогвартсе, только свечи разве что не летают над головами, хотя может оно и к лучшему — воск на голову не будет капать.
В зале повисла гробовая тишина мгновенно, мы произвели эффект разорвавшегося снаряда. Теодор провел нас к раздаточной, где мы набрали пирожков, компота и яблок, а потом к столу около окна. За ним сидели парни в голубой форме.
— Эй, Рих, у нас итак с девушками острый дефицит, а ты сразу двух отхватил, не честно как-то.
Недовольствовал громко один из парней, второй, третий и прочие подхватили:
— Ты как с ними, одновременно или по очереди?
— А рыжая или … рыжая лучше?
— Делись, друг.
Это я — то рыжая?! Сами напросились.
Олория потупила взгляд, опустив его в тарелку, Тео улыбался, а я опять решила импровизировать и села рядом с тем хмырём, что обозвал меня.
— Очаровашка, ты знаешь, а я уже влюблен.
— Рада за тебя, а в кого? Наверное в того милашку, что сидит слева от тебя?
«Милашка» и «задира» засопели.
— А твой язычок всегда такой острый или бывает понежнее?
— Бывает, когда сплю зубами к стенке.
— Так давай приходи ко мне ночью, проверим так ли это?
— Обязательно приду и сегодня и завтра, но в кошмарах.
Наша перепалка не осталась без внимания общественности и многие тихо посмеивались. Мило, очень мило, опускаю, возможно, местного авторитета, ведь больше никто не вмешивался, но тут его пронырливая рука легла мне на коленку, такой наглости я стерпеть не могла и вылила компот ему на голову.
И тишина, просто мертвая.
— ВАСИЛЬЕВА, ко мне в кабинет!
Прозвучал громовой голос на всю столовую.
— Это ректор, веди себя смирно.
Смирно? Смирно мы умеем, я была на взводе и цель оправдывает средства.
Кабинет располагался неподалеку, куда сам ректор меня и проводил, на двери я прочла табличку «Ректор Межрассовой Магической Академии: Валериан Свэл».
— Господин Свэл, он меня довел просто.
Я решила идти в наступление сразу.
Мужчина окинул меня придирчивым взглядом.
— Студентка, Вы только что поступили и суток не прошло, а у Вас уже пометка в личном деле, вы наказаны и сегодня остаетесь помогать с уборкой в столовой.
— Как же так? То есть у Вас допустимы непотребные действия и оскорбления в сторону девушек? И не мудрено, что с каждым годом нас все меньше интересует данное учебное заведение, где «цветёт» сексизм.
— Вас с каждым годом все меньше, потому что Вы рождаетесь всё чаще без дара.
— То есть бездарности? Вы это хотели сказать? Да я жаловаться буду!
— Кому? Императорскому племяннику?
— Кому? — настала моя очередь оторопеть.
— Риху! Вы не можете жаловаться, вы здесь тайно, инкогнито, если Вы пропадете, то и искать никто не будет. Здесь мое владение и мои правила.