Принимающий удар (ЛП)

Татуировки, обвивающие его руки и грудь, могут быть веревками, связывающими его.
Я не готова отпустить это, но и отступить от него тоже не могу. Все труднее сохранять бдительность, даже если мое сердце будет разбито.
— Я не хотела держаться от тебя подальше, — шепчу я у его обнаженной груди. Мои пальцы впиваются в гладкую кожу его спины.
Клэй сглатывает так сильно, что я это чувствую.
— Я тоже.
Это не твоя вина, — хочу сказать я ему.
Но вместо этого я показываю ему.
20
КЛЭЙ
Я просыпаюсь от того, что солнце проникает в щель между шторами.
Темной волной все возвращается назад.
Авария с тренером.
Многочасовое хождение по больнице.
Он подключен к аппаратам, безмолвный и безжизненный.
Прорезая темноту, Нова везет меня домой.
Она рядом со мной, ее кожа теплая и мягкая.
Она — моя сила.
Когда я тонул, надо мной появилось ее лицо.
Она позволяла мне держать ее на руках долгие часы, спала рядом со мной, пока я ворочался.
Я люблю ее.
Всецело и, блядь, полностью.
Осознание этого — не молния, а устойчивая истина, которая гудела в моих жилах дольше, чем я мог предположить.
На прикроватной тумбочке зазвенел телефон. Я выдыхаю, когда вижу определитель номера. Я встаю с кровати и натягиваю серые треники, унося телефон в другую комнату, чтобы не разбудить Нову.
— Да, — отвечаю я, закрывая за собой дверь.
На линии раздается голос Харлана.
— Уэйд. Я поговорил с Джеймсом, и мы хотим, чтобы ты выступил перед командой.
— Почему не Джейден?
— Мы хотим, чтобы в это время у тренера была приватность. Хлоя опубликовала заявление, в котором говорится, что он отсутствует по личным причинам, — продолжает он, как будто я не спрашивал. — Но сначала тебе нужно поговорить с ними.
— И что сказать? Они же были там.
— Что наш ведущий помощник тренера будет исполнять обязанности главного тренера. На неопределенный срок.
Я напрягся.
— Почему не действующий? — он не отвечает. — Чья это была гребаная идея? Твоя или Джеймса?
— Это наше общее решение.
— Чушь собачья, — я слышу правду в его голосе. Паркеру нравится переставлять фигуры, выглядеть большим мальчиком. Это он и делает. — Тренер вернется. Возможно, уже сегодня.
— Мне нужно, чтобы ты прямо сейчас поставил команду на первое место.
Нова выходит из спальни, моя футболка облегает ее изгибы и заканчивается на коленях.
Она наклоняет голову.
— Харлан, — говорю я.
Ее губы сжимаются.
Да, ситуация не разрешилась, но мне нужно ее разрешить.
Она направляется в туалет, дверь за ней щелкает.
— Это Нова? — спрашивает Харлан. Удачная догадка.
— Да, это она, — я крепче сжимаю телефонную трубку. — Не ошибись, я хочу, чтобы она была в моей жизни, и я сделаю все ради этого. Если у тебя есть проблемы с ней, со мной или с нами, можешь сказать мне об этом прямо сейчас. Потому что этот бой ты проиграешь.
Харлан выдохнул.
— Не сегодня.
Я пересекаю гостиную и закрываю жалюзи. Утреннее солнце проникает в комнату по дюйму.
— Нам нужно поговорить о Лос-Анджелесе, — говорит он.
Свет в конце туннеля.
Причина каждого моего решения в прошлом году.
— Не сегодня, — я повторяю его слова, а затем отключаюсь.
Появляется Нова, ее лицо сияет, как будто она только что умылась, а волосы собраны в розовый узел на голове. Голубые глаза ищут мои, когда она пересекает ковер и идет ко мне.
— Есть новости? — она спрашивает.
Я подхожу к ней и обхватываю ее рукой за талию, чтобы притянуть к себе.
— Просто ассистент тренера берет все на себя.
— В этом есть смысл, — она запрокидывает лицо, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Только если тренер не вернется после этого. — в груди снова стало тесно.
Но Нова качает головой.
— Харлан считает, что эта команда — нечто большее, чем один человек. Тренер тоже это знает. Все стараются сделать все, что в их силах.
Я хмурюсь, прислоняясь лбом к ее лбу.
— Ты всегда думаешь о других людях.
— Это не так уж и сложно, — пробормотала она, изогнув губы.
 
— Иногда да. Когда всю жизнь думаешь, что ты против всего мира.
Ее глаза смягчаются, когда она смотрит на меня.
— Я слышала, что ты сказал Харлану о нас, — говорит она.
У меня перехватывает дыхание.
— И?
— Мне понравилось.
Узел в моей груди немного ослабевает.
— Я серьезно. Знаю, что я чертовски хорош в баскетболе, но когда дело доходит до того, чтобы быть хорошим парнем… Думаю, я учусь с нуля.
— Возможно, меньше, чем с нуля, после того, что вы с Харланом сделали, — замечает она, но ее губы дергаются.
— Тот факт, что ты все еще здесь, означает, что ты простила меня? — предлагаю я.
Она недоверчиво отступает на дюйм.
— Я этого не говорила.
Я поднимаю ее с пола и перекидываю через плечо.
Она вскрикивает, хватаясь за мои плечи для равновесия.
— Мне нужно идти на работу!
— Знаешь что, Нова? Сегодня суббота, и это была тяжелая неделя. Моя девушка только что сказала мне, что мне нужно стараться, чтобы заполучить ее прощение. Что я и собираюсь делать.
— Подожди!
— Это не просьбой.
Я обхватываю рукой ее бедра сзади и направляюсь в свою спальню. Она извивается, но сдается в тот момент, когда я задираю футболку и зарываюсь лицом между ее бедер.
На несколько часов я забываю обо всем плохом.
21
КЛЭЙ
Уже неделю тренер находился в коме, и я делал то, что просил Харлан.
Я разговариваю с командой.
Я хорошо себя веду.
Я прихожу в зал даже раньше, чем обычно, и слежу за тренировками, чтобы помощники тренера не напортачили.
Сегодня, когда я пытаюсь поддержать дух на тренировке, я вижу того, кого не ожидал увидеть на краю туннеля.
Джеймс Паркер стоит прямой как стержень, руки в карманах, пока мы выполняем упражнения.
Как только меня сменяют, я хватаю «Гаторейд» и направляюсь к нему. (Гаторейд — американский бренд спортивных напитков и питания).
— Клэй. Очень приятно.
По его голосу понятно, что мое присутствие не может не радовать.
— Ты мог бы подождать больше дня, прежде чем заменить тренера, — говорю я, останавливаясь перед ним.
— Команде нужен главный тренер. Причем сознательный. Лига так требовательна, — говорит он. — У меня связаны руки.
— Твои руки постоянно что-то проворачивают.
— В тебе шесть футов пять дюймов, но ты думаешь, что у тебя там, наверху, перспектива лучше, чем у меня? — он кивает на свой офис на стропилах здания.
Я открываю крышку своего напитка.
— Я думаю, ты так далек от спорта, что не можешь отличить баскетбольный мяч от корзинки для хлеба, — выпиваю залпом половину бутылки, наслаждаясь тем, как искажается его лицо. — Если хочешь выиграть чемпионат в этом городе, держись подальше от дерьма, в котором не разбираешься. Это включает в себя Нову.
— Нова? — он поднимает голову, искренне удивленный.
Она рассказала мне о его угрозах.
— Она не публиковала никаких фотографий стены, так что перестань пытаться воспользоваться ею.
Он улыбается, на его лице появляется неподдельный восторг.
— Когда мы перевели тебя сюда, ты был готов на все. Ты теряешь самообладание.
— Сыграй со мной и мы это выясним.
Выкрик со стороны поля заставляет меня поднять глаза.
— Черт!
— Да, блядь!
Парни собрались вокруг телефона.
Я подбегаю к ним.
— Тренировка окончена? — говорю я.
— Клэй! Ты попал в команду всех звезд, — говорит Джей.
Я выпрямляюсь, сжимая мяч в одной руке. За последнюю неделю я почти забыл о сроках, когда нужно называют участников игры.
Ребята обступают меня, обнимают и бьют полотенцами.
— Я сделал это, — гордость поднимается в моей груди.