Стая (СИ)

Но я ведь тоже кое-что по нему вижу.
– Ты ведь уже сталкивался с подобным, ведь так? Моё отрицание собственной природы тебя страшит, Эрик. Это что-то личное.
  Эрик с минуту играет желваками, опустив глаза. Но когда он заговаривает снова, я не понимаю что со мной твориться. С первых его слов я почувствовала, как мне на глаза навернулись слёзы.
- Моя родная сестра убила себя из-за этого, - выдавил Эрик и его поднятые глаза темнеют от боли. – Вырвала себе сердце. … До такой степени ей досаждало быть оборотнем. Подобное отношение  я считаю психическим отклонением, глубоким стрессом от которого нужно освободиться. Тебе стоит полюбить себя такой, и я заставлю тебя поменять свои взгляды. Сестре я помочь не успел, тогда  не счёл её дурости важными. Харпер была обычным вульфеном, членом моей стаи. … Так что не такой уж я классный вожак.
- То есть будешь убеждать меня, что мы прекрасны сотворённые такими?
- Ещё раз так скривишься…
- И что ты мне сделаешь? – я взвинчиваюсь, от его многозначительной приподнятой брови, и что самое глупое именно сейчас ловлю себя на мысли, что Эрик весьма привлекательный. Ограниченное пространство острова действует на меня как-то не так. Но как девушка я его вовсе не волную, я бы учуяла. И слава богу!
Задумавшись, Эрик смотрит на проклятый океан, щурится, шевелит бровями. Проследив за его взглядом, пытаюсь разглядеть на горизонте хоть что-то,  но кроме тонн солёной воды, да редких чаек ничего не вижу. Какое-то время мы просто молча вдыхаем воздух с пузырьками, примеряясь к постоянному и близкому присутствию друг друга.
- Потерпи ещё немного, мы здесь надолго не задержимся, - спокойно произносит Эрик. Но по моему лицу заметно большое сомнение.
  
Глава 10
 
- Проснись! – его резко раздавшийся голос на рассвете, заставляет меня вскочить на ноги. Мысли ото сна смешались в невообразимый клубок, но мои инстинкты не предвещают никакой посторонней опасности. Кроме присутствия другого альфы конечно. – Отвратительно, - с одолженной снисходительностью качает головой Эрик. – Не такой должна быть твоя реакция, ты вообще не должна допускать, чтобы к тебе могли подкрасться.
- Пф, я прекрасно знаю, что кроме тебя и меня здесь больше никого нет, а ты у нас типа главный, - скривившись, пожала я плечами, вызвав у Эрика неопределённую ухмылку.
- Пришло время учиться постоять за себя. Буду тебя тренировать.
-  Что ж ты не отбился, когда на тебя напали и приволокли ко мне на случку? – съязвила я, не сдержавшись. Думала вспылит. Или хотя бы заиграет желваками. Но нет, этот тип лишь тяжело вздохнул с преспокойным  раздражающим меня видом.
-  Я получил свой урок. Опыт бесценная штука. Оказывается, я мало знал о предательствах. … Нам не мало ещё предстоит…, - и в следующую секунду он бросился в мою сторону.
Эрик не щадил себя, но и меня он жалеть не собирался. Вот где можно было выпустить пар! Ушибы и сломанные кости лишь подзадоривают того зверя, что вмещается в твоей душе. С каждым захватом и каждым выпадом он успевает изложить мне краткую теорию боевого приёма. Он учит меня драться не просто с вульфенами – он готовит меня к серьёзной схватке с альфами. И это были не просто технические нюансы. Своим отношением, этой выдержкой своей нечеловеческой – Эрик  продолжает меня поражать.
А ещё своим умением так ловко ловить рыбу.
- Ты же понимаешь, что командой нам не стать, - уныло заметила я, доедая свою порцию. – Верить никому нельзя … к моему огромному сожалению. Раз уж тебя предают самые близкие.
Слушая меня, Эрик несогласно качает головой:
- Команда это не про нас. У нас с тобой теперь более фатальная связь, у нас на двоих теперь одна судьба можно сказать. Не стану тебя убеждать, ты сама всё прочувствуешь, когда тебя натолкут мордой в неизбежное. Я хочу выжить Ники, да и ты как мне кажется тоже. Поэтому я и принял такое решение. У меня осталось ещё полно неоконченных дел. И мне плевать, что ты против – теперь ты прописана в моей жизни навсегда! – чего у него не отнять, так это умение  эффектно ставить точку. Поднялся и потопал куда-то в чащу острова. … Хм, тоже мне «прописана навсегда!»   
 
Возможно, моя «ненормальная» привязанность к человеческому и станет той единственной причиной, рубежом, который удержит меня от неизбежного рока альф, и мне не придётся страдать от этого неконтролируемого инстинкта, и я научусь спокойно воспринимать другого альфу рядом с собой. Может, мы даже подружимся? Раз уж для некоторых я фантастическая тварь, то почему бы не сбыться моим фантастическим желаниям?
Сидя на песке спиной к пальмовой роще – я чувствую его возвращение.
В нашей ситуации это такое любопытное состояние. Похоже на прибывающую волну, и чем ближе, тем насыщенней восприятие и резче свет, ты просто начинаешь поджариваться от потока, несущейся на тебя энергии. Я даже могу сосчитать количество песчинок, слетающих с его пальцев и количество ударов его сердца в минуту. Закрываю глаза и начинаю глубоко дышать, выравнивая дыхание. Мысленно повторяю себе: «он не угроза». Начинаю заставлять себя в это верить.
Всё-таки этот парень любит острые ощущения, иначе он бы не уселся прямо рядом со мной.
- Скажи, ты раньше слышал об этом альянсе, об этой войне, в которую якобы втянуты многие стаи? – я на удивление спокойна.
- Слышал,  но не хотел в это влезать. Моя стая жила обособленно. Надеялся, что нас не втянут в эту революцию клыков и пушек.
Какое-то время просто молчим, в компании друг друга это уже достижение.
- Эрик … что для тебя самое ценное в жизни? – при этом я повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза, и моя ярость на этот раз захлебнулась и опала, даже не поднявшись из глубины волчьей души.
Он всматривался в меня долго и внимательно, так что я успела рассмотреть все эти милые редкие веснушки на его лице и сеточку мелких морщин вокруг сощуренных глаз. Глядя в это приятное мужественное лицо – я совсем не ощущаю его агрессии в мой адрес, и наверное поэтому мне захотелось улыбнуться, радуясь своим и его победами над собой.
- Самое ценное? – задумчиво переспрашивает он. - … Свобода делать выбор. Даже не жизнь. А у тебя? Небось, любовь-морковь? – снисходительная улыбочка, которая меня даже не задела.
- Мне даже интересно, почему ты так умаляешь достоинство этого чувства?
- О, боже, - Эрик вздохнул, отворачиваясь. – Да потому что существует куча других не менее важных мелочей, обязательств, вещей и ситуаций, которые своей первостепенностью переплюнут даже самую безбашенную любовь. Любовь это ещё не всё. Жизнь гораздо сложнее. Любовь лишь часть, составляющая. Поэтому я и не придаю ей такого вселенского масштаба. И мне нравится твоё сегодняшнее настроение, Ники, - и это одобрение прозвучало достаточно искренне.
- У тебя было много женщин? – снова усмехнулась я.- Конечно же много, ты ведь у нас такой хорошенький, - при этом я легонько толкнула его в плечо.
- Ха! Я кажусь тебе таким испорченным? Нет не много. Совсем не много. Я вредный и переборчивый.
- Не вынуждай меня уважать тебя так стремительно, - поразительно, что мы даже пытаемся шутить. – Тогда может нам не стоит никуда бежать? Состаримся на каком-нибудь из этих островов, спасая тем самым близких и человечество.
- Они найдут нас, Николь, ты же знаешь, - моментально становится  серьёзным. – Они будут упрямо преследовать тебя. Так что отныне мы с тобой кочевники.
 
- Ты ведь можешь бросить меня и сбежать! – в моём голосе пробивается обличающая претензия. - Одному легче спрятаться, ты ведь так мечтаешь о свободе. Тем более что для них незаменима я, а не ты, они вряд ли станут гнаться за тобой ради мести. Так почему Эрик Вуд собрался остаться со мной до конца? Что за собака здесь зарыта? – похоже, я метко попала в сам корень этой загадочной причины. Его голова дёрнулась, на меня метнулся его короткий серый опаляющий взгляд.