Артефактор (СИ)
Способностей было две, и к сожалению пришлось выбирать - между обычным интуитивным созиданием и обычным же пониманием выбора материалов. Что именно предлагают — непонятно, скорее всего - ничего сверхъестественного, а просто то, что и содержится в их названии. Но мне сейчас все нужно, сейчас все выживание способно облегчить. Соответственно, предпочел первое, так как сделанное из фигни что-то сейчас важнее, чем ничего, но из качественного сырья. Единственное и неповторимое очко характеристик решил пока приберечь — все равно неясно, какая из них для моего класса приоритетная.
И да — Сэм. Вообще-то меня звать Артем. Чувствуете флер героизма, овевающий это имя? Видимо могущественное нечто, призвавшее меня, тоже не почувствовало и достало из глубин памяти старый ник — Дядя Сэм, прочно ассоциирующийся с кованым сапогом американской военщины, разрывающий задницы врагам демократии. Бред конечно, но даже настроение поднялось. Особенно от того, что другой мой ник, Старый скунс, в статусе не прописался. Вроде бы. Очень уж мало информации в нем было, возможно не все пока удалось увидеть.
Несколько раз присел и отжался, чтобы согреться. Попрыгал по поляне и даже подтянулся на подходящей ветке. Целых два раза, между прочим. Была надежда на прокачку физических характеристик, раз уж они настолько низкие — но облом. Из позитива — физические кондиции как минимум не уступали моим прежним. Не то что бы это было большим достижением — скорее, наоборот, но все же.
Мысленно прикинув имеющиеся и потенциально доступные материалы — раз уж прокачка пока не светит, так хоть определился со способом получения огня. То ли классовая способность уже работает, то ли врожденная гениальность, а может это действительно было просто — но, просто взяв в руки деталь будущего творения, я уже понимал как ее совместить с остальными для достижения результата, как будто прямо в мозг загрузили подробный гайд. И, что еще удивительнее, умел это делать руками.
Конструкция, собранная в лучах закатного солнца из палочки, шнурка от кроссовок, гибкой ветки и ветки изначально сухой выглядела убого, периодически разваливалась, зато вскоре порадовала дымком. От костра из валежника и трухи так же был в основном дым, но он хотя бы был теплым — а большего уже и не хотелось.
Вру. Конечно, хотелось — но больше ничего не было.
Судя по затекшему телу и погасшему ночью костру, я все же задремал, и даже, на удивление, выспался. Вот только есть уже не хотелось — хотелось жрать, а из еды был только завалявшийся в кармане пакетик дешманского кофе 3-в-1. Удивительно вкусная вещь, даже в сухом виде, но очень уж маленькая.
Небольшие желтые плоды, усыпавшие невысокие заросли кустарника и отдаленно напоминающие айву, я заметил еще вчера, но тогда еще не успел оголодать до экспериментов над своим родным организмом. А вот теперь пора. Сорвал, покрутил, разломил, обнюхал, лизнул — на этом известные методы определения ядовитых фруктов закончились. На всякий случай закинул их во вновь разведенный костер — вдруг термическая обработка будет не лишней. Одевшись в просохшую одежду, приступил к дегустации. Для подстраховки ел маленькими кусочками - когда-то давно читал, что так можно будет быстро распознать отравление заранее. А ничего так. Словно запеченное сладкое яблоко, с легким пряным привкусом. Через пару минут плюнул на осторожность, и сожрал все, что было — все равно что делать в моей ситуации при отравлении, представлялось крайне смутно, кроме варианта «не дергаться, и спокойно помереть от дизентерии».
Смысла сидеть на месте не было, и вернув шнурок в кроссовок, я отправился в случайно выбранную сторону. Лес..лес был чужим, и даже не видя разницы с родными липами и березами, теперь я это ощущал — общие очертания листьев и ветвей у деревьев, звуки и запахи, оттенок неба. Или это просто нервы — ведь сейчас, шагая по все еще влажному ковру из травы, листьев и мха я четко осознал, что я один в чужом мире, без оружия и транспорта, и вполне могу стать обедом местной фауны. Или флоры, мало ли какие тут мухоловки водятся. А еще засохших деревьев было в явном избытке, как будто вьетконговцев здесь недавно гоняли — и не сожрал ли я на завтрак пару ложек агента оранж? Ладно, раз не впал в истерику в первые минуты — то ли защитная реакция мозга, то ли я таки тормоз, все равно сейчас это делать было уже совсем глупо. Да и прогресс наметился — я вышел к ручейку. Из того немногого, что я помнил насчет ориентирования на местности - идти стоит вдоль течения реки, и рано или поздно выйдешь к более крупному водоему, а там где-то и люди найдутся. Разумеется в случае если ставится цель выйти к этим самым людям, а не наоборот. Глобального плана действий так в голову и не пришло, так что решил для начала обустроить нормальный лагерь.
Интуитивное созидание работало — мой второй в жизни шалаш заметно превосходил первый, сделанный когда-то в глубоком детстве. Перекусив росшей и здесь псевдоайвой — в этот раз сырой, я решил совместить полезное с полезным — покачаться и облегчить себе выживание. Будучи почетным обладателем лапок, я с некоторой завистью смотрел на счастливых обладателей рук, вот только лень и прокрастинация твердо и решительно пресекала все попытки что-либо изменить. Сегодня же, наломав лозы и собрав камней, за пару часов я стал счастливым обладателем корзинки, каменного ножа и пары рубил. Выглядело это, конечно, средне..ну ладно, хреново это выглядело. Очень хреново. Зато без пап, мам и кредитов. И, самое главное, в возможности чего я уже начал сомневаться -
Работа с камнем - 1
Работает! Маленький шаг для одного попаданца, и все в таком духе.
На пробу повторил нож — если голая способность интуитивного созидания давала общее понимание, как нужно взять камень и ударить камнем потверже — то теперь я на автомате отретушировал заготовку, да и сам камень после обработки получился более похожим на инструмент. А еще поймал себя на мысли, что работа руками мне начинает нравится, в отличии от чувства глухого раздражения от нее же в родном мире.
Множество камней, усыпавшие берега ручья, натолкнули на мысли разнообразить меню — в качестве импровизированной пращи сгодился ремень. Пока не прошел запал, привел в божеский вид остальные поделки и решил попробовать их в деле — фруктовая диета успела надоесть даже за два раза, а неподалеку я видел зверьков, похожих на зайцев.
Праща — хоть и примитивное, но грозное оружие в умелых руках. В умелых, не в моих. Гребаный камень летел в совершенно случайную сторону, ремень цеплялся за ветки и пару раз чувствительно приложил меня по плечам. Зайцы же, поначалу испугавшись и убежав, через некоторое время вернулись и, казалось, цинично ржали с моих попыток — на слух так и правда похоже.
Глупые животные не знали слова «статистика» - девятый по счету булыжник попал протестующе заверещавшему мохнатому в район позвоночника, позволив мне подбежать и добить камнем побольше. От хруста черепа и брызнувшего мозга меня замутило, но чувство голода было сильнее тонкого налета цивилизованности. Что сказать, класс мой однозначно хорош — условному воину любоваться кровью и кишками придется явно чаще. А мне нужно только прокачаться, выйти к людям, обосноваться в городе и мясо видеть исключительно в ресторанах. Должны же в этом мире быть рестораны или кафе. Ну, хотя бы, таверны и трактиры.
Разделка тушки каменным ножом — совершенно особенное удовольствие, но меня даже не стошнило. Навыка разделки или обработки добычи, впрочем, тоже не перепало, как и пращника — видимо, к классовым они не относились. На новый уровень эта великая победа так же не потянула Но как бы там ни было, запеченная в костре зайчатина всяко вкуснее фруктов. Даже без соли.
Следующий день я чередовал свою любимую прокрастинацию с отдыхом, доел грызуна и запорол его шкурку в попытке выскоблить. Если абстрагироваться от ситуации, можно было представить себе, что это экстремальный туризм в дебрях Забайкалья — именно так я его себе и представлял. Все же голод очень хороший мотиватор, а нежелание возвращаться к фруктовой диете помогло создать из ветки и лозы простенький плетеный сачок для рыбы, порадовавший мой внутренний взгляд сообщением «Работа с деревом -1». Да и эмоций рыбалка вызывала меньше — скользкое и холодное совсем не то, что теплое и пушистое, его не так жалко.