Я принесу вам... (СИ)

— Ткань хороша, — одобрительный кивок и оценивающий взгляд, — но сами одежды… — чуть сморщенный носик как бы говорил: «ужас, я бы такое ни за что не надела».
— Ну так, — улыбаюсь, пожимая плечами, — это всё же… униформа Круга Магов, утверждённая в Вал Руайо. Простые маги обязаны её носить. Вот стану Старшим чародеем, тогда обязательно посоветуюсь с тобой, сестра, касательно будущего внешнего вида моих одежд.
— Это было бы замечательно, — благосклонно кивнула мне девочка, а в её глазах зажёгся огонь предвкушения. — А когда вы станете Старшим чародеем?
— Скоро, — скромно улыбаюсь. — Я уже шесть лет, как получил ранг полноценного чародея, пробыв простым магом всего два года. Не хвастаюсь, но я сильный целитель и хороший боевик. У меня положительная репутация с эквитарианцами — братством умеренных, и лоялистами, поэтому, в ближайшие год-два, скорее всего, буду выдвинут кем-нибудь из членов совета Круга на ранг Старшего чародея. С рыцарями Храма у меня тоже нормальные отношения, так что не думаю, что Рыцарь-командор Грегор наложит вето на мою кандидатуру.
— Это замечательно, — осторожно восхитился отец. Банн северных земель, что на границе Морозных Гор, не так чтобы хорошо разбирался во внутренней кухне Круга. По взгляду было видно, что он не всё понял и ему было любопытно. — Но я слышал, что у Храмовников и магов не самые тёплые… взаимоотношения.
— А тёплые и не нужны, — пожимаю плечами. — Даже вредны. Дружба мага и рыцаря Храма — это как дружба волка и пастушьей собаки, она нежелательна и опасна, — на тему того, что другу-Храмовнику будет сложно перерезать горло друга-чародея я решил не распространяться, чтобы не беспокоить маму и сестрёнку. Вообще, историй о том, что подобное плохо кончалось ходит множество. Как среди магов, так и среди рыцарей Храма. Особенно популярны истории запретной любви. Юные волшебницы, перешептываясь, когда никто не слышит, жалеют влюблённых, а меня всегда печалила участь плодов такой запретной страсти. Мелкие тугосери не виноваты, что у родителей нет мозгов, но трудностей хапают не меньше, чем взрослые. — Достаточно нормальных, рабочих отношений. Не все понимают, но Храмовнику тоже не доставляет особого удовольствия присматривать за ребятами с посохами. Так что секрет прост — не доставлять проблем и исполнять свой долг.
— Брат, вы рассказываете о Круге, как отец про войну с Орлеем, — вздохнула сестра. — Исполнять долг…
— Моя кровь, — гордо подкрутил ус отец. — Мужчины нашего рода хорошо знают, что долг превыше всего. Долг перед Ферелденом и нашей семьёй. Его Величество, король Мэрик, да благословит Создатель душу его в посмертии, часто говорил, что…
— Дорогой муж, — вздохнула матушка. — Давай не сегодня. Твои истории о том, как вы с Его Величеством гнали орлесианцев пинками из Ферелдена мы всей семьёй знаем наизусть. Даже Джефри уже скучает, а не восторженно внимает твоим речам.
Мой младший брат под удивлённым взглядом отца только развёл руками, скромно улыбнувшись.
— Но Крэйг-то не слышал… — с хитринкой улыбнулся глава семейства, но был прерван стуком в дверь, которая тут же распахнулась. В гостиную вошёл Рыцарь-лейтенант Эдмонд.
— Прошу прощения, что прерываю ваш разговор, — вежливо склонил голову рыцарь. Лицо его несло хмурое выражение, а взгляд был мрачен. — Прибыл гонец из Денерима, он ждёт Банна Эйрэла внизу. Серые Стражи объявили начало Пятого Мора. Чародей Крэйг, нам срочно нужно вернуть вас в Башню Круга.
— Проклятье… — прошептал отец, а мать с сестрой побледнели.
— Конечно, Рыцарь-лейтенант Эдмонд. Я пойду собирать вещи, — ободряюще сжав на прощание ладонь матери, отпускаю её руку и поднимаюсь с дивана. Как следует попрощаемся перед отбытием.
— Мы будем готовы через полчаса, — кивает Храмовник, покидая помещение.
— Проклятье! — повторяет отец. — Прости, сын, мне нужно встретить гонца.
— Конечно, мне тоже нужно собираться, — пропускаю первым отца, оглядываюсь на оставшихся в гостиной родных. Мама и сестра бледные, потрясённые и испуганные. Младший брат в смятении. — Всё будет хорошо, — улыбаюсь матери, подмигиваю сестре.
  
Я не умею успокаивать… Мотивировать — да, но сомневаюсь, что кому-то сейчас нужна мотивация, которой я научился наблюдая за комиссарами на службе, или будучи аколитом Инквизиции. Хотя… наверное скоро это всё пригодится.
— Война… ты меня нашла, — почти беззвучно шепчу себе под нос, дотрагиваясь до правого плеча, где была выбита татуировка со знаком полка, в котором я служил ещё будучи псайкером Астро Милитарум. — Ну кто бы сомневался…
Идущий навстречу по коридору слуга шарахнулся от меня в сторону, а я с удивлением понял, что на лицо выползла непрошенная широкая и злая улыбка. Всё же не зря у нас в 27-м Бримлокском говорили, что война всегда найдёт гвардейца. Ну, или любимая поговорка нашего комиссара: «был бы ствол, а куда из него стрелять я покажу».
  
Глава 4
 
— А я говорил! Создаст нам Ульдред геморрой!
— Крэйг, — нахмурилась Старшая чародейка Винн. Осуждала она, когда я был груб и прям.
— А что сразу Крэйг? — криво улыбаюсь, наблюдая, как Ульдред, держа грудь колесом, что-то вещает двум чародеям из своего Братства. — Не я довёл Преподобную Мать до белого каления. На вид тётушка — божий одуванчик, а как нашего лысого-то в грязь втоптала?
— Ты и сам не можешь похвастать густой шевелюрой, — укоряюще покачала головой целительница, но уголки губ чародейки предательски дрогнули.
— Я решил блистать по собственному выбору — я бритый, а вот Ульдред бликует от неизбежности.
Женщина, не удержавшись, хмыкнула, но вновь зацепившись взглядом за обсуждаемого нами субъекта, тяжело вздохнула и печально покачала головой.
— Надо было мне идти к Преподобной, — озвучила она свои мысли. — Или тебя отправить.
— Не, мне такого счастья не надо, — сразу открестился я. — А вот вам, да. Надо было. Первый чародей Ирвинг поставил вас во главе нашего отряда.
— Разумеется, просто Ульдред такой…
— Наглый, спесивый и тупой, — подсказал я, когда пожилая чародейка замялась. — Тем важнее было не пускать лысого говорить с Преподобной Матерью.
— Крэйг, где твой, известная на всю Башню, формализм в обращении? — очередной осуждающий взгляд, но так, без огонька. Старшая чародейка и так знала, что допустила промах. — Ты же всех по рангу-имени зовёшь.
— Не всех, — выпускаю на лицо кривую улыбку и вижу ещё больше осуждения во взгляде женщины.
Да, люблю я вот так, неявно, бесить эльфов — просто опуская в обращении или имя, или ранг. Хоть и решил их считать родственниками человеку, но острые уши и манера поведения некоторых представителей этой расы бесили невероятно. Сразу заносчивых эльдар и их подружек из Каморры вспоминаю. Долбанные ксеносы, чтоб они все сгорели в праведном пламени пылающего прометия. Я и подвиды человека терпеть не мог, кроме огринов прикрытия и парочки знакомых ратлингов, а уж эльфы, так похожие на паскудных эльдар и подавно вымораживают.
— Но в отношении данного Старшего чародея я банально потерял к нему всякое уважение, Старшая чародейка Винн, — всё же ответил я на вопрос целительницы. — Этот чародей, орущий на каждом углу о том, чтобы магам дали больше свободы, но ничего для этого не делающий, подложил нам огромную свинью. Я больше, чем уверен, что любые наши просьбы и решения теперь будут вовсю саботироваться Церковью. А где Церковь — там и Храмовники. Зачем было хамить Преподобной Матери?
— Ульдред излишне резкий, да, но он хочет магам добра.
— Баллов он заработать хотел в глазах своих Либертарианцев. Обратите внимание, как счастливы те два чародея из его Братства. Сейчас мантии намочат от восхищения храбростью своего кумира. Как будто он нам не проблем с Храмовниками и Церковниками создал, которые теперь будут к любой мелочи придираться, а всех магов Тедаса из-под Ига Рабства освободил.
Целительница в очередной раз вздохнула и промолчала. Пацифистка. Будь на её месте я — Ульдред бы уже зубы выплёвывал, которые не успел проглотить. Так подставить своих «братьев и сестёр», как он называет магов на своих «митингах». Тупорылый, просто сил нет, но язык подвешен. Когда пасть открывает — все его подвывалы внимают чуть ли не с восторгом.