Я принесу вам... (СИ)

Я с удовольствием сосал сиську кормилицы, гадил под себя, пока не научился пользоваться горшком. Я учился языку, радовал своих родителей ранними первыми словами и спокойным нравом… Когда научился ходить — целыми днями валялся на траве внутреннего двора нашего замка, любуясь облаками, плывущими по голубому небу.
Безделье… как же давно у меня не было его так много. Сейчас за спиной не стояли ни инквизиторы, ни арбитры, ни комиссары. Только учителя, нанятые родителями, учили меня местному письму и счёту, слуги время от времени носили поесть, да матушка с отцом пытались расшевелить излишне спокойного, для ребёнка пяти лет, наследника.
Немного раздражало, на тот момент, только то, что в этом мире существовали ублюдки-ксеносы, но и тут возникли вопросы. В частности… местные эльфы, которых я сначала принял за какой-то подвид эльдар, оказались вполне себе родственными человеку. Настолько, что отдельные ксенофилы делали с ними детишек. С тех пор даже не знаю, как к ним относиться. С одной стороны, по поведению отдельных особей — паскудные ксеносы, судьба которых сгореть в пламени праведного ксеноцида, презрительно зовущие людей «шемленами», а с другой — их организм настолько близок к человеческому, что можно заводить от них потомство. Те же фелиниды, ратлинги или огрины, несмотря на отвратительную внешность, весьма любимы в полках Милитарум Ауксилия, но о том, что они могут иметь потомство от чистокровных людей я даже не слышал.
И на эльфах всё не заканчивалось! В мире существовали ещё гномы, по описанию похожие на скватов, и кунари или косситы (в чём различие мне никто толком объяснить не смог), о которых я знаю только то, что они рогатые и не любят Империю Тевинтер, где, как я узнал позже, правят маги.
К сожалению, беззаботные деньки закончились вместе с жизнью одной придурошной кобылы. Уж не знаю, что там случилось — отец в гневе зарубил конюха, который и упустил эту скотину, но животное взбесилось и чуть меня не затоптало.
Я действовал на рефлексах — было просто некогда думать. Животное, вытаращив безумные глаза, неслось на меня, поэтому я неосознанно, от всей души, зачерпнул энергию из варпа, сформировав мощный электрический разряд с помощью фульминации, который и бросил в лошадь.
«Сраный варп», — это была первая мысль, пришедшая в мою голову, когда, через пару секунд, я рассматривал дымящийся труп этой бешеной скотины. С тех пор эта мысль часто возникала в моей голове.
Дело в том, что в этом мире, как, впрочем, и везде, псайкеров не любили. Ну… сложно хорошо относиться к человеку, который может тебя убить щелчком пальцев, а если ослабит контроль над собственным разумом — превратится в одержимого и устроит прорыв варпа, или Тени, как здесь зовут Имматериум.
Как оказалось — я всё же оказался псайкером, или магом, как нас зовут здесь. А участь мага Ферелдена — жизнь в Башне. Место, где, подобно Схоластике Псайкана, проклятых обучают как самому искусству колдовства, так и всевозможным дисциплинам разума. Контролирует всё это Орден Храмовников — аналог Инквизиции с силами чем-то похожими на силы парий. О, как я ненавижу парий… Чёртовы везунчики, которые не слышат сраный шепот варпа. В Схоластике Псайкана мрачно шутили, что всеобщая нелюбовь к париям, которая даже сильнее нелюбви к самим псайкерам — это вселенское воздаяние, хотя сами бездушные ублюдки были с этим не просто не согласны, но ещё и бесились от подобных шуток.
В общем, после того случая с лошадью, о перспективе спокойной и сытой жизни аристократом можно было забыть. Хоть мои родители и не были ярыми последователи церкви Андрасте, но опасность от необученного мага была слишком велика, а мой «фокус» видели слишком много людей, чтобы втихую попытаться найти отступника неподконтрольного Башне и Храму для обучения.
Так что, уже через неделю, заплаканная матушка и хмурый отец передали меня на руки небольшому отряду храмовников, которые и повезли меня в Башню Магов Ферелдена.
Воистину, приятной неожиданностью стало то, что воины в латах не излучали ауру подавления психочувствительности. Я не чувствовал рядом с ними дискомфорта, не бился в припадках с пеной у рта, как было при знакомстве с «антипсайкерами» прошлой жизни. Да и людьми они оказались, в большинстве, довольно приятными. Ко мне нормально относились, не били, не издевались, даже пытались подбодрить и успокоить. Один из храмовников, правда, постоянно звал меня тварью и отродьем, но… пффф… В прошлой жизни я и не такое слышал.
  
Путь до Башни был, хоть и не наполнен приятными впечатлениями, но вполне терпим — отец выдал рыцарям Храма тугой мешочек с деньгами, попросив обеспечить мне комфортное путешествие, поэтому останавливались мы на постоялых дворах, ели вкусно и обильно, а самым неприятным был сам процесс пути от одного места ночёвки до другого. Короче, даже близко не «удовольствие» от путешествия на Чёрном Корабле.
Башня Магов меня тоже приятно удивила. Маги приняли пятилетнего новичка очень тепло, жалея ребёнка, которого забрали от родителей. Храмовники, присматривающие за «проклятыми» не лютовали. Контролировали, обеспечивали дисциплину, но ни беспредела, ни откровенных издевательств не было. Присутствовали, конечно, личности, которые магов откровенно не любили, но почти всегда их «не любовь» выражалась в банальных оскорблениях и грубости, а меня тупыми ругалками да поджопниками не испугаешь. Так что я смирился с изменениями в перспективах, приободрился, сравнив Схоластику Псайкана и Башню, и стал жить дальше, познавая новый мир.
И чем больше я узнавал, тем больше позволял себе осторожную радость. Тень, источник сил магов, казалась намного, намного, НАМНОГО менее опасной, чем Имматериум, который я знал по прошлой жизни. Магов учили дисциплине разума, но все методики и рядом не стояли с тем кошмаром, через который я проходил во время обучения в Империуме. Сила, которую меня «научили» черпать из Тени оказалась невероятно чистой, практически без примесей Губительных Сил. Сколько бы я не практиковался, не ощущалось давления с «той стороны». Никто не ломился в дверку, не шептал в щели, не скрёбся, прося и требуя впустить, не искушал могуществом и исполнением всех мечт. Все дисциплины, которые я знал ещё будучи свитским Лорда Инквизитора мало того, что работали, так ещё и применять их было намного проще. Только демонстрировать я их не торопился, на людях показывая только успехи в местном псайкерстве.
На фоне того, что было в прошлой жизни, я с весёлым удивлением поглядывал на своих ноющих товарищей по «заключению». Да быть магом Башни — это натуральная синекура. Кормёжка, конечно, не сравнится с той, которая была в родительском замке, но и близко не паскудные трупные батончики времён моей службы в Астра Милитарум. Спать можно — сколько влезет, только ложись пораньше. С Храмовниками я нашел общий язык уже через пару месяцев с момента «заключения»: просто не создавай проблем, не гляди на них зверем, будь вежлив, говори с уважением — всё! Даже те, кто плюют при виде тебя через губу практически перестают обращать внимание на спокойного и непроблемного ребёнка.
Даже «заключение» — не абсолютно. Маги уезжают в командировки. Кто-то реже, кто-то чаще. Та же Винн, чародейка-целительница, преподающая мне и ещё одному парню искусство магии исцеления, мотается туда-сюда по Ферелдену, предоставляя свои услуги аристократам. При моём мастерстве в биомантии стать целителем — не проблема. Для отвода глаз изучить местные методики и вперёд. Подслушав разговоры особо говорливых магов, я знаю, что некоторые сопровождающие храмовники совсем не против, если чародей возьмёт халтурку на стороне и «угостит» доблестного рыцаря Храма походом в хороший бордель. С тем же целителем под рукой можно никаких болячек не бояться.
Единственное, что меня по-настоящему раздражало в новой жизни — Андрастианство. До вступления в Инквизицию я искренне верил в Императора Человечества, после, когда мне открыли истину, верить в него, как в Бога, я перестал, но уважать и восхищаться им продолжил. Человек должен верить только в одного Бога — в Человечество! Любой Лжебог для меня — враг и мерзость. Что Четвёрка, что отвратительные порождения ксеносов — Тау-Ва и эльдарские ублюдки.