Я принесу вам... (СИ)
В Круге про него из-за этого говорили разное. Кто-то звал предателем, кто-то наоборот — одобрял. Наставница Винн, например, говорила, что только благодаря чародею Эйрелу простые отступники возвращаются в цитадель Кинлох, хоть иногда и избитыми, но одним куском. Потому что Крэйг их «обезвреживает» самолично, из-за чего рыцарям не было нужды обнажать мечи. Сами Храмовники, конечно, имеют приказ доставить беглеца обратно, по возможности, живым и здоровым, но обстоятельства могут сложиться по-разному. Да и среди рыцарей бывают те, кто только рад «немного перестараться» во время задержания сбежавшего мага.
Но вот с практикующими магию Крови… Был один случай, когда молодой маг сбежал из Башни Круга, продемонстрировав заклинание школы Крови, и за ним выехал отряд Храмовников, усиленный наставником, а через две недели они вернулись с трупом. Изжаренным молнией до состояния угля трупом, чей череп был похож на блин.
Именно поэтому Магия Крови — никогда. Слишком ярка была в воображении девушки картина стоящего перед ней чародея, без жалости и сомнений, с перекошенным ненавистью и отвращением лицом, замахивающегося на эльфийку своим посохом, чтобы размозжить череп бывшей ученицы, ныне ставшей поганым малефикаром.
Тем не менее… она никогда не признается, что несмотря на опаску и неприязнь к чародею Крэйгу, она жалела, что в ситуации с Йованом того не было в Башне. Тогда она и Солона не пошли бы к Первому Чародею, а обратились к наставнику Эйрелу. Эльфийка готова была поспорить, что чародей бы покивал, похвалил бы их за бдительность и благоразумие, и отправил заниматься своими делами. А вопрос с Йованом решился бы совершенно без их участия.
Потому что даже подозрения на школу Крови для Крэйга было бы достаточно, чтобы вцепиться в ситуацию подобно голодному мабари. Он бы не пытался вывести на чистую воду ту послушницу, как Первый Чародей, ему на это было бы плевать. И он бы никогда не отправил их с Солоной рисковать своими жизнями в компании ученика, которого подозревают в малефицизме…
Эльфийка тихо вздохнула. Если бы Крэйг, которого она не любила, но уважала, был в Башне, то их бы не поймал Командор Грегор, им бы не угрожало Усмирение из-за желания Ирвинга щёлкнуть по носу церковников. Они бы сейчас спокойно учились продвинутым чарам, жили бы в личных комнатах, а не таскались по диким землям, которые заполонили Порождения Тьмы, рискуя жизнями. Хотя, это всё же лучше усмирения, так Нерия и Солона считали. Слава Ему, как говорил наставник, что в Круге, в тот день, остановился Дункан и спас их, воспользовавшись Правом Призыва.
Эльфийка пока не могла сказать, к добру ли, к худу ли они покинули Круг. С одной стороны, она всё же вырвалась в большой мир, а с другой… В Башне было комфортно. Особенно в отдельной комнате, пусть и маленькой, но её личной! В которой она умудрилась прожить всего три дня, после которых пришло время Истязания Солоны… Вот уж кому не повезло: она и заселиться в личную комнату не успела — нарисовался ублюдок Йован.
Свобода… Свобода тоже была относительной. С одной стороны, Серого Стража не ограничивают запреты, которые не дают свободно дышать магам Круга, а с другой, вся её жизнь теперь такое же подчинение, как и раньше, только не Первому Чародею, а Командору ордена в Ферелдене. Она, как и до Права Призыва, не может отправиться куда глаза глядят, без оглядки на кого-нибудь другого, так ещё и обязана сражаться.
В Круге, по крайней мере, она была бы свободна в выборе пути. Теоретические изыскания, боевая магия, аграрное направление, целительство, погодные чары… Все нужные книги были под рукой — в библиотеке, ингредиентов для зелий — полная кладовая, магические приблуды — на складе, за зачарованием можно было обратиться к усмирённым. На всё это, конечно, нужно было получить разрешение, но если привести нормальное обоснование, то та же Винн легко подпишет любой запрос.
Очередной вздох и быстрый взгляд на новых товарищей. Хоть тут ей, вроде бы, повезло. Ну, почти, поправилась девушка, наткнувшись взглядом на непривычно серьёзного сейчас Алистера. Вот кого она бы с огромным удовольствием стукнула бы посохом по башке. Раз шестьдесят семь! И дело не в том, что он бывший Храмовник, а в том, что Алистер… кретин!!! Ох, как он достал их с Солоной в диких землях!
«А почему вы не бьёте тварей цепной молнией? А огненный шар вы тоже не умеете? А у Крэйга конус огня больше раза в три! Вы ползёте, как черепахи! А посохом вы драться тоже не умеете? Ой, ну мы так тут будем возиться, пока Архидемон не сдохнет от старости». Рррррр!!! Бесит! Крэйг то, Крэйг сё, Крэйг это! Избаловал этого меднолобого наставник! Они с Солоной совсем недавно только магами стали! Как можно сравнивать мага-новичка и одного из лучших боевых чародеев Ферелденского Круга? Крэйг Эйрел уже буквально в паре шагов от ранга Старшего Чародея, ожидая только выдвижения его кандидатуры и голосования на Совете.
Тупой, очень-очень тупой Алистер! Сам-то он тоже и в подмётки не годится тем же рыцарям-ветеранам, которые служат в цитадели Кинлох, а Рыцарь-командор Грегор им бы вообще землю вытирал, как половой тряпкой, о чём Алистеру прямо в глаза заявила Солона, когда этот баран их обеих почти довёл до трясучки своими придирками и сравнениями. Хоть после этих слов обиделся и на время отстал.
Девушка раздраженно фыркнула, уловив на себе удивлённый взгляд подруги, после чего ободряюще той улыбнулась. Это странно, но Амелл, дочь человеческих аристократов, стала для неё самым близким другом из всех. Солона была мягкой, доброй и до невозможности милой и нежной. Они прибыли в ферелденский Круг почти одновременно, поэтому, объединённые тем, что были разлучены с родителями, новой обстановкой внутри Башни, страхом перед будущим и целой толпой новых людей, стали довольно плотно общаться, вместе играть, подружились. За годы, проведённые вместе детская дружба окрепла настолько, что тот же Йован в шутку звал их сестрицами.
Йован… поганый малефикар. Эльфийка с трудом удержалась от того, чтобы не сплюнуть в раздражении. Он ей никогда особо не нравился, и терпела его Нерия только ради Солоны, которая ему симпатизировала, как девушка парню. Красавчик, да, тут эльфийка согласна. Но было в нём какое-то едва заметное лицемерие. Пронырливая хитрость щедро разбрасывающего вокруг излишне угодливые улыбки парня всегда её как-то отталкивала. А ещё его нытьё. Он был вечно всем недоволен и постоянно делился своим недовольством с окружающими. Прямо как либертарианцы, которыми Йован восхищался, которых слушал, раззявив рот, и за которыми бегал, едва увидит. Правильно их наставник Крэйг звал: «Братство Нытиков».
Как же Нерии повезло, что этот паскудный выродок закрутил интрижку с той послушницей. Если бы Йован подошел к Солоне, прося о помощи, не упоминая о том, что собрался сбежать с другой… Эльфийка не была уверена, что её подруга тогда подошла бы к ней. И нет, она не обижалась… почти. Чуть-чуть, конечно, было неприятно, но, в конце концов, это были всего лишь её подозрения. Подружка могла привлечь Нерию к побегу ВМЕСТЕ с Йованом — это да. Только вот фиалы с кровью Амелл и Сурана уже покинули цитадель Кинлох, отправившись в хранилище Храмовников.
Уфф… В любом случае, Нерии удалось убедить подругу обратиться к Первому Чародею. Эльфийка надавила на обиду Солоны, у которой глаза были на мокром месте от «предательства» Йована, поделилась опасением, что за беглецами отправят наставника Крэйга, когда тот вернётся, да и подозрения в малефицизме — это серьёзно. И нет, она не считала это подлостью! Подлость, по её мнению, — это просить о помощи в побеге добрую, влюблённую в тебя девушку, которая, в случае если её участие в этом всём всплывёт, рискует усмирением! Нерия, в отличие от подлеца Йована, была настоящей подругой, поэтому и приняла участие в плане, который навязал им Ирвинг, разделив опасность с Солоной. Тогда девушки его считали добрым стариком, который за своих магов и с Грегором может разругаться, поверили, что им ничего не грозит, а Йован, максимум, получит по заднице так, что пару недель будет спать на животе. Как же они ошибались…