Искра богов. Не потеряй меня

Я неохотно направилась за Аполлоном к его месту.
– В летнем лагере она переспала с парнем, которого едва знала, – раздался чей-то шепот.
– Вот сучка, и уже следующего обхаживает, – прозвучал другой голос. – Будь я на месте Робин, тоже перестала бы с ней общаться.
Я, поразившись, обернулась. Несколько девушек стояли рядом и злобно смотрели на меня. Одна покачала головой, а вторая лопнула пузырь из жвачки.
Видимо, послышалось. Как им пришло в голову говорить такое? Наверняка они имели в виду не меня.
Аполлон нежно взял меня за руку и потянул к парте, где занял место.
– Отпусти, – возмущенно зашипела я. – Что ты вообще здесь делаешь? Я думала, что избавилась от вас.
Аполлон улыбнулся.
– А я думал, ты скучала по мне. – Он пригнулся ближе. – Думал, мы друзья.
Я отпрянула, будто обжегшись.
– Ну уж нет! Друг бы предупредил насчет такого кузена, как Кейден, и попрощался бы со мной.
Он заставил меня сесть и кончиком пальца коснулся шеи, где еще до вчерашнего дня висела цепочка.
– Кулон был нашим прощальным подарком, – тихо сказал он. – Носи его. Гефест долго над ним трудился.
Я почувствовала, как к щекам приливает краска, и нагнулась к сумке, чтобы достать тетрадь и ручки.
– Э-э, да, спасибо, – пробормотала я. Та цепочка превосходила все, что я когда-либо получила от Кейдена, но все равно пусть остается в тайнике. Мне не нужна милостыня, служившая лишь утешением.
К счастью, в этот момент в кабинет вошел мистер Мэттьюз и начал занятие. Он коротко рассказал о предстоящем учебном годе и о том, какой материал планировал с нами пройти. На более сложной теме я просто не смогла бы сосредоточиться. Аполлон весь урок не спускал с меня глаз, пока я усердно записывала в тетрадь совершенно бесполезные вещи.
Как только урок закончился, я вскочила, чтобы как можно скорее покинуть и эту аудиторию тоже. Если так пойдет и дальше, то я превращусь в ракету. Но Аполлон оказался проворнее Кейдена и поймал меня за запястье.
– Я здесь новенький, подумал, может, ты устроишь мне небольшую экскурсию? – Он лукаво мне подмигнул. – И хватит обижаться. В конце концов, я тебе ничего не сделал. Мой кузен – придурок, но не надо стричь всех под одну гребенку.
– Ну раз надо, – буркнула я в ответ, поддавшись его обаянию. Пришлось бы очень постараться, чтобы долго на него злиться. И, разумеется, он был прав. В отличие от Кейдена Аполлон не сделал мне ничего плохого. Все-таки он не виноват в том, что родился богом.
– Как дела у Калхаса? – спросила я по пути в кафетерий, не придумав ничего другого, о чем можно поговорить.
– Он скучает по тебе и укусил Про… Кейдена. – Аполлон негромко усмехнулся.
– Надеюсь, ему было чертовски больно, – вырвалось у меня.
Аполлон наклонился.
– Ты ведь знаешь, как это бывает у нас, богов: вырви нам печень, и к концу дня вырастет новая.
– Вот почему вы и понятия не имеете, как ощущается разбитое сердце, – парировала я, густо покраснев. Черт. Я не собиралась заявлять об этом так откровенно.
– О, в сердцах мы кое-что смыслим, – заявил Аполлон и с сочувствием улыбнулся.
Я водила его по школе до тех пор, пока не прозвенел звонок и мне не нужно было идти на следующий урок.
– Увидимся. – Он быстро обнял меня.
– Если не получится этого избежать, – проворчала я.
– Я тоже по тебе скучал, – крикнул он вдогонку.
Неисправимый парень. Я усмехнулась. Вероятно, стоит направить весь свой гнев на Кейдена. Эта задача казалась более выполнимой.
Во время обеда я направилась в столовую, чтобы взять себе брауни и латте с огромным количеством сахара.
Не столкнувшись на физике ни с Аполлоном, ни с Кейденом, я впервые за день смогла расслабиться. Нужно срочно отказаться от курса по искусству: сразу после уроков пойти в секретариат и узнать, есть ли какие альтернативы. Большинство школьников в течение первой недели постоянно меняли предметы, потому что им не подходило время или на каникулах они выбрали другие предметы. Сочиню какую-нибудь правдоподобную отговорку, хотя я очень ждала изучение этого курса. Он был приятным разнообразием среди остальных учебных дисциплин. Даже это Кейден умудрился мне испортить. Хотя лучше подождать до конца недели. Тогда я буду точно знать, есть ли у нас другие совместные занятия, чтобы сразу поменять все свое расписание. Вероятно, придется записаться на кулинарный курс и лепку из глины, чтобы от него отделаться. Такие перспективы огорчали меня куда больше.
 
Робин сидела рядом с парочкой хихикающих девчонок через несколько столов от кассы. Взгляды, которые они бросали на меня, при всем желании нельзя было назвать добрыми. Этот день – сплошная катастрофа. Но ничего, я образумлю Робин. Хотя для этого мне нужно было поймать ее одну, иначе она еще ухитрится закатить сцену перед всеми собравшимися учениками. Когда Робин чувствовала себя загнанной в угол, то переставала себя контролировать.
Я выбрала стол у окна. Через несколько секунд соседний стул отодвинулся. Джош с беспокойством посмотрел на меня.
– Как ты?
Я пожала плечами, а потом ответила:
– Дерьмово.
Он сделал глоток из банки колы.
– Я видел Афину. – Друг со стуком поставил банку на столешницу.
– Аполлон ходит со мной на биологию, – смирившись, ответила я. Почему Афина и Аполлон приехали с Кейденом, если он здесь ради Робин?
– Что этой троице здесь нужно? Ты в курсе?
Я отщипнула пальцами брауни. Аппетит пропал.
– Без понятия, и не хочу знать.
– Это как-то странно, – вслух рассуждал Джош. – То, что они именно сейчас появились в Монтерее. В лагере они ни разу об этом не упоминали, да?
Я дернула плечом. Как же мне хотелось рассказать ему о том, что ситуация в действительности куда более странная, чем он предполагал. Зевс хоть и не запрещал мне кого-то в это посвящать, но Кейден вполне ясно выразился, что мне никто не поверит. И, к сожалению, он был прав. Я не готова потерять еще и Джоша.
– Мы созванивались с Леа, – сменила я тему. – На выходных она приедет в гости.
– Круто.
Я ожидала большего энтузиазма. Леа была влюблена в него. И я надеялась, что эти двое сойдутся. Видимо, фантазия вновь одержала верх над моим разумом.
– Ты знаешь, какие о тебе ходят слухи? – осторожно спросил Джош.
– Имеешь в виду то вранье, которое распространяет Робин?
Он кивнул. Мы сидели очень близко друг к другу. Для остальных это наверняка выглядело излишне интимно. Наверно, не очень разумно так делать.
– Просто не обращай внимания, – шепнул он. – Они скоро прекратят болтать.
Внезапно отодвинулся другой стул, и, подняв голову, я обнаружила широко улыбающуюся Афину.
– Привет. Я так рада тебя видеть. – На краткий миг мне показалось, что она говорит искренне, и я улыбнулась в ответ. А потом вновь возвела защитные барьеры. – Мы никогда не пересекались с одними и теми же людьми дважды, – затараторила она, но потом осеклась и смущенно моргнула.
– В каком смысле? – спросил Джош, и мне стало любопытно, как она выпутается из этой ситуации. На мою помощь в любом случае пусть не рассчитывает.
– Мы часто переезжаем, – объяснила богиня, одарив Джоша улыбкой, которая словно загипнотизировала его. Он кивнул, словно оглушенный, в то время как я сердито поджала губы. Афина с виноватым видом пожала плечами.
– Что у тебя дальше? – повернулся ко мне Джош.
Я порылась в сумке и достала свое помятое расписание.
– Физкультура. – Первая хорошая новость за день. Там я смогу выплеснуть энергию и, возможно, перестану чувствовать злость.
– И у меня, – отозвалась Афина. – Пойдем вместе?
Перед Джошем я вряд ли могла отказаться. Как и Аполлон, Афина объективно ни в чем не виновата.
«Будь у меня выбор, я предпочел бы Робин», – слова Кейдена эхом звучали у меня в голове. Так он сказал Афине вскоре после нападения Скиллы. Чудовище с туловищем женщины и брюхом, состоящим из шести слюнявых собачьих голов, устроило мне засаду в лагере и попыталось съесть, но Кейден меня спас. Я молча доела брауни и допила кофе, который к тому моменту совсем остыл. Затем встала на ноги.