От любви до карьеры (СИ)

Постепенно у меня начало появляться странное, можно сказать, что какое-то двойственное отношение, или даже лучше сказать состояние. С одной стороны я была занята работой, мне стало катастрофически не хватать времени. Но мне это нравилось. А с другой стороны, на душе была какая-то печаль, тоска, что Кирилла рядом нет, что казалось, душа вот-вот разлетится на кусочки. И от этого было очень больно.
В офисе я каждый день наблюдала, как они гуляли вместе с Ирой. Часто она сидела у него на краю стола, и они над чем-то смеялись. Потом он уходил к ней, и им также было интересно и весело вдвоем. А в обед они вместе куда-то уходили. Когда я впервые это увидела, чуть все чашки не уронила. Сердце как будто кинжалом пронзили. Так пролетал день за днем. На работе я тосковала и рвалась домой, чтобы продолжить свое творение. А вечером я хотела скорее оказаться на работе, чтобы увидеть его.
Каждый раз мне хотелось сбежать от всех, от себя, от Кирилла. Но с работы не уйдешь. Точнее уйдешь, но это надо отпрашиваться, разговаривать со многими людьми, а мне сейчас разговаривать совсем не хотелось. Особенно видеть кого-то. Я уходила в женскую комнату и там сидела, плакала, и думала, что делать дальше. Но в голову ничего не приходило. Тоска и боль перебивали все чувства и мысли. После почти часового терзания своей души, я начинала немного успокаиваться. Но слезы все текли, сами по себе. Я умывалась, собиралась и шла на свое рабочее место. Выпивала валерианки. И начинала работать. Работа всегда отвлекает от подобных тяжелых мыслей.
  
Командировка
 
С нашего разговора с Кириллом прошло уже пять недель. Постепенно я начала привыкать к мысли, что мы с ним только друзья и все даже начало налаживаться. Я уже почти перестала плакать. Но еще думала о нем. И часто видела его во сне. И только там мы были счастливы вместе. Но не всегда. Иногда снились они вдвоем, и я вскакивала, как от жуткого кошмара. Жаль, что мои хорошие сны были не наяву. Но изменить ничего нельзя, поэтому приходиться мириться. А может быть он вообще не мой герой. А может наоборот, нам надо пройти испытания, чтобы быть вместе. Кто знает?! Только время может об этом рассказать.
В один из последних августовских дней меня и Кирилла вызвал к себе начальник и сообщил:
— Примерно через месяц, с 25 сентября по 1 октября, ты и Кирилл едете в командировку, в Новосибирск, — сказал нам начальник.
— Хорошо, — сказала я. Я даже не знала: радоваться мне или нет. Я хотела, но, зная, что у нас ничего не получится, становилось больно.
— Надо, так съездим, — ответил Кирилл. — А что за командировка?
— Повышение квалификации по тем программам, которые вы вдвоем пока осваиваете. Так что начинайте собираться. А после командировки, начнете обучение нашего коллектива.
— Здорово! — Воскликнул Кирилл.
От этой мысли, что мы будем там с ним вдвоем, у меня было как-то неспокойно на душе. Я не знала, как себя вести и что вообще делать. Я здесь-то не могу ни слова произнести, когда он рядом. А там мы будем почти двадцать четыре часа общаться. И отказаться я не могу. Я так ждала этой командировки.
Вечером я с еще большей активностью принялась шить свои платья. Так что к концу сентября у меня уже было готово одиннадцать моделей.
Почти целый месяц я записывала, чтобы не забыть, что мне нужно взять с собой в дорогу. В субботу, двадцать четвертого сентября, я начала собирать чемодан по этому списку. Вещей взяла немного. На всякий случай положила недавно сшитое платье. Вдруг соберусь в люди выйти. А в ресторан я точно собираюсь, — радостно сказала я себе. — Возможно и без Кирилла, — сменилась радость грустью.
Еще я специально, для вдруг возникших в поездке идей моей новой второй коллекции, купила альбом. Здесь я и на листочках могла рисовать, а там, чтобы все было вместе и всегда с собой пришлось купить.
С Кириллом мы договорились встретиться в аэропорту за два часа до вылета. Рейс у нас был в восемь часов утра. Я очень сильно волновалась и почти не спала всю ночь. Примерно в пять тридцать меня разбудила мама, и мы все вместе отправились в аэропорт. Чем ближе была встреча с Кириллом, тем сильнее я начинала волноваться.
 
Мы прошли через металлоискатель и вошли в зал. Я огляделась вокруг в поисках Кирилла, он мне помахал рукой, и мы направились к нему. Моему волнению не было предела. С этого самого момента мы будем с ним постоянно вдвоем. Кирилл сидел слева от входа на скамейке.
— Привет! — Сказала я.
— Привет! — Ответил он мне. — Здравствуйте! — Поздоровался Кирилл с моими родителями.
— Здравствуйте! — Поздоровались мама и папа.
— Ну что, пошли садиться?! — Сказал Кирилл.
— Пошли, — ответила я ему. — Ладно, пока. — Сказала я родителям и крепко обняла каждого.
Мы попрощались и пошли на посадку. Прошли через все досмотровые посты, сдали багаж, нашли свободный столик в зале ожидания и остались ждать вылета.
— Волнуешься? — Спросил у меня Кирилл, заметив некоторое переживание на моем лице, а особенно в моих глазах. Я как могла, избегала встречи с ним глазами.
— Есть немного, — немного нервно ответила я, глядя в сторону.
— Воды? — Предложил он заботливо.
— Да. Спасибо. — Я залпом выпила почти половину полулитровой бутылки. — Спасибо. — Поблагодарила я, немного, отдышавшись.
— Лучше?
— Да. — Я вдруг пристально на него посмотрела. Даже сама не ожидала. Наверное, так на меня действует волнение. А может я просто уже устала бояться.
— Что? — Спросил он, не выдержав моего пристального взгляда.
— На самом деле я не из-за полета так переживаю. — Начала я свое признание. — Я давно хотела, чтобы у нас все было, так как происходит сейчас. Но когда наступил этот момент, я совсем растерялась. И даже немного испугалась.
— Ты боишься оставаться со мной? — С некоторой обидой спросил Кирилл.
— Ты знаешь, что ты мне очень нравишься. — Его смутили мои слова, и глаза его вдруг начали метаться по всему залу. Он никак не мог найти себе места. — И со мной такое впервые. Я не знаю, о чем с тобой разговаривать, как себя вести….
— Не переживай. — Не дал мне договорить он. — Я же ведь не страшный? — Я отрицательно покачала головой. — Значит тебе нечего бояться. А темы для разговора найдем. — От его слов мне стало легче. Мои руки, наконец, перестали дрожать, и сердце понемногу стало успокаиваться.
— Спасибо за помощь.
— Всегда, пожалуйста. — Объявили посадку, и мы пошли садиться.
До Новосибирска лететь около четырех часов. До самолета нас доставили на автобусе. Мы зашли по трапу в салон, сели на свои места и полетели повышать свою квалификацию. Когда самолет начал разгоняться, я рукой крепко обхватила ручку кресла. Кирилл взял меня за руку и мои мысли стали не о том, как взлетает самолет, а о Кирилле. Конечно, этот поступок не стоило рассматривать, как какие-то его чувства по отношению ко мне. Но мне все равно было приятно. Хоть это и длилось несколько минут, пока самолет взлетал. Во время полета, скорее всего из-за нервного потрясения и переживаний, я так крепко уснула, что проспала почти до самого Новосибирска. Лишь объявление пилотов о предстоящей посадке разбудило меня.
— Привет! — Сказал Кирилл. Я лишь улыбнулась ему в ответ. Наверное, еще не совсем проснулась. И мозг мой туго соображал. — Как спалось?
— Замечательно. Я долго спала? — Спросила я и попыталась застегнуть ремень. Но у меня почему-то ничего не получалось.
— Весь полет. — Я ужаснулась этому сообщению. Кирилл с милой улыбкой смотрел, как я пытаюсь застегнуть этот ремень. — Зато теперь бодро и с улыбкой можешь приступать к работе. Давай помогу! — Предложил он. Кирилл с легкостью застегнул ремень.
 
— Спасибо. — Самолет начал снижение. Я положила руку на подлокотник, чтобы снова крепко его сжать. Но он был уже занят. Кирилл просто положил на него руку для удобства. Он развернул свою руку ладонью вверх, чтобы я положила в нее свою руку. Я посмотрела на него. Мне нравилась такая забота, но, когда мы вернемся обратно, это все закончится и мне снова будет больно. Но от этого жеста я отказываться не стала. Не та ситуация была, чтобы отказываться.