От любви до карьеры (СИ)

Я сидела на заднем сидении и случайно увидела, как он смотрит на меня в зеркало заднего вида. Я посмотрела на него, как будто что-то хотела сказать, но опомнилась и отвернулась в сторону. Потом я часто чувствовала его взгляд, но боялась взглянуть. Почти час мне можно было рассматривать его в это зеркало, но я боялась. А чего, сама не знаю. Правильно говорят: что лучше жалеть о том, что сделала, а не о том, что не сделала. А я не сделала. Отсюда следует вывод, что я просто-напросто боюсь жить. Что собственно так и есть.
Домой мы приехали около семи часов вечера. Я и Кирилл вышли из машины. Мы вместе подошли к багажнику. Я боялась даже в глаза ему посмотреть. Он достал мои вещи, и, отдавая мне сумки, дотронулся своей рукой до моей. От удивления я посмотрела на него, он посмотрел на меня.
— Наконец-то, ты на меня посмотрела. — Я улыбнулась. Тут я увидела в его глазах облегчение. Чего нельзя было сказать по моим глазам. Но немного мне все-таки легче стало. — Пока! — Нежно и легко сказал он.
— Пока! — Ответила я. Он стоял и ждал пока я уйду домой.
Я зашла во двор, закрыла дверь. Машина тихо отъехала от ворот, я медленно сползла по калитке и заплакала. Хорошо, что в этот момент никого дома не было, и я спокойно и с чувством могла поплакать.
Отлично съездила. Думала, найду жениха, а получилось, что мало того, что не нашла, еще и в такую передрягу попала. Что хуже уже, наверно, и быть не может.
  
Новое занятие
 
Немного успокоившись и собравшись с мыслями, я пошла в дом. Открыла двери, прошла в свою комнату и начала раскладывать все вещи по своим местам. Случайно я нашла рисунки, которые рисовала, когда мечтала о том, как и где мы вместе танцуем. Какая музыка играет и что в самом конце этой песни он меня целует. Тут меня охватило жгучее желание рисовать. Еще, иногда, чтобы мне стало легче, я начинаю просто описывать то, что происходит в моей душе и на сердце. Когда я пишу или рисую, мне кажется, что вся моя боль остается на бумаге и мне становится легче.
Я с детства рисовала эскизы платьев и всегда мечтала, что увижу свою коллекцию в магазине. Ну и когда мне плохо, я просто беру бумагу, ручку и сажусь писать или рисовать. Может быть, когда я стану знаменитым дизайнером и модельером, я выпущу книгу-автобиографию из сегодняшних своих записей.
В этот раз я взяла не бумагу и ручку, а ноутбук, и как всегда начала описывать события, произошедшие за последние несколько дней. Особенно мое душевное состояние. И мне даже стало легче. Я описала все до нашего расставания у ворот и на этом решила, что уже хватит, было уже довольно поздно. Хотя завтра не на работу и можно посидеть еще. Но, накопившаяся за три дня усталость, вдруг навалилась всей своей мощью, и я просто валилась с ног. Выключила ноутбук и легла спать.
Вот уже два дня я как во сне, я полностью ушла в себя. Ничего не замечаю, практически не ем. Не общаюсь ни с кем. А еще вдобавок к этому появились проблемы со сном. Я пила успокоительное, но оно не помогало. Я думала, что мне уже ничего не поможет. При родителях и других членах нашей семьи, я пыталась улыбаться и вести себя как обычно. Как раньше. Но, наверное, у меня это очень плохо получалось. Потому что родители видели, как мне плохо, постоянно спрашивали, что случилось, но я молчала как партизан. Они ничего не могли сделать.
Чтобы хоть чем-то себя занять и отвлечься от грустных мыслей, я начала шить по своим детским эскизам. Нашла несколько кусочков старой ткани и решила сначала нарядить кукол. Работа мелкая и кропотливая. Но хоть какая-то. Сшив два наряда почти за неделю, мне надоело это занятие, и я его бросила. Нового ничего не придумала, и снова погрузилась в свои мысли и переживания.
Спустя несколько дней мама не выдержала и решила поговорить со мной. Но мне этого совсем не хотелось. Мне вообще говорить не хотелось. После нескольких бесполезных попыток поговорить, она предложила мне пойти погулять и позвать Сашу. Она моя подружка еще со времен учебы. Но даже с ней мне не хотелось общаться. Обычно мы всегда делились с ней своими проблемами, но в этот раз я думала, что лучше пережить это самой. Что если не рассказывать, то будет не так больно.
 
Я понимала, что так нельзя, но мне казалось, что смысл жизни потерян и для веселья причин нет. Или даже для того, чтобы просто общаться, гулять, улыбаться. Но погулять я все-таки решилась. Но для начала съездив в магазин тканей. Я нашла потрясающий эскиз, точнее наряд и решила, что не сшить его для себя я просто не имею права. Это должно быть сложнее, чем для кукол шить. Но попробовать мне тоже хотелось.
Положив перед собой эскиз, я начала делать выкройки. Затем настало время для соединения деталей. За один день я успела только сделать выкройки и приметать. Остальная работа осталась на завтра.
На следующее утро я встала довольно поздно по сравнению с предыдущими днями. Позавтракала. Немного поработала в огороде, пока было еще не сильно жарко. И снова принялась за шитье. Уже к вечеру у меня получилось шикарное платье.
Моя подружка Саша замужем и у нее двое детей: одному три года, второй семь месяцев, и она моя будущая крестница. Когда я вижу детей и общаюсь с ними, я как будто рождаюсь заново. Дети и в самом деле цветы жизни.
Я позвонила ей и предложила погулять. Она сказала, что сегодня не сможет, но завтра у нее получится. И мы договорились на завтра.
Лето в этом году выдалось жарким. Я практически целыми днями сидела в огороде на скамейке за домом. И просто смотрела сквозь пространство. Иногда помогала в огороде и по дому. Но только когда со мной рядом никого не было. Иначе мне не удалось бы нормально подумать, поплакать или просто выплеснуть эмоции. Иногда я разговаривала сама с собой. Это было даже для меня странно. Но только так мне становилось хоть немного, но легче.
На следующий день я позвонила Саше и подтвердила встречу. А-то бывает, что она в последний момент отказывается и не предупреждает. Ближе к вечеру примерно в шесть часов, мы встретились в парке.
— У меня проблемы. — Кардинально начала я разговор.
— Опять безответная любовь?
— Снова.
— Ну, рассказывай.
— В общем, на тур слете мы с ним поговорили по душам, и я ему все сказала. Что люблю его и все такое.
— А ты ему не нравишься. — Сделала вывод моя подружка.
— Да.
— Понятно.
— Я уже не знаю, чем себя занять. Уже начала шить по своим старым эскизам.
— Значит, он тебя не стоит и не надо слезы лить по нему.
— Да, вот это точно. — Согласилась я. Она правда была права. Но понимать это умом и сердцем совсем разные вещи. Если умом я поняла, что он не стоит моих переживаний, слез и мучений, то сердце никак не хотело отпускать его.
— Вот и прекращай свое существование в виде растения. Начинай жить.
— Спасибо. Знаешь, а я опять начала рисовать, — рассказывала я.
— Вот и молодец. Тебе обязательно сейчас надо чем-то заниматься. Даже все равно чем. Просто нужно себя занять.
— Я пытаюсь потихоньку. Но не всегда это удается. Лень и безысходность одолевают, и руки опускаются. — Я немного помолчала, а потом продолжила: — раньше я много рисовала нарядов. А еще, я мечтаю увидеть свои творения в магазине, а еще лучше в Милане на подиуме. — Помечтала я.
— Ну, губа не дура, — пошутила Саша. — И у тебя это отлично получается. — Похвалила она, рассматривая мой новый наряд.
— Спасибо! — Обрадовалась я.
— Да, пожалуйста! — Ответила Саша.
Мы еще погуляли около часа. На остановке мы встретили мужа Саши. Они посадили меня на маршрутку, и я поехала домой. В маршрутке ко мне пришла идея создать коллекцию и попробовать ее продать или хотя бы показать кому-нибудь. Я начала думать, что мне выбрать для этой коллекции и чему ее посвятить.
 
У меня, наконец, появилось занятие, во время которого я могла забыть о своих проблемах, а главное — не думать о Кирилле. И если я чего-то добьюсь в этом направлении, то у меня будет совсем другая жизнь. Новые задачи, новые люди, другие увлечения и возможно я даже найду человека, который будет любить меня, заботиться обо мне и я больше уже не буду одна. И все вокруг и я, в том числе, будем знать, что я чего-то смогла добиться в жизни.