Мой новый мир - Книга первая

– Так нельзя, милорд! – с возмущением сказал он. – Если не хотите брать гвардейцев, то возьмите с собой моих парней! Ехать совсем без охраны!
– Спасибо за заботу, – поблагодарил я, – но вы зря не доверяете моим дружинникам. До лагеря они меня прекрасно прикроют, а в самом лагере бояться некого.
– Тогда хоть не покидайте дворца, пока они не подъедут к нашим воротам, – попросил он. – Зря вы, милорд, обижаете нас недоверием! Любой из нас готов...
  
– Когда я перестану вам доверять, сбегу отсюда в свой новый дворец под охрану дружины, – пошутил я. – Не беспокойтесь, капитан, я не стану рисковать попусту.
Ждать людей Ольта и дружинников не пришлось: когда я подъехал к воротам, они въезжали на площадь. Мой кучер пристроился за экипажем, который вёз в последний путь тела неудачливых японцев, а десяток дружинников и два агента барона Ольта окружили карету. Вид у дружинников был настолько необычным, что их провожали взглядами все саи, встреченные нами на пути к лагерю. Лагерь раскинулся сразу за городом. На большом лугу в беспорядке стояли палатки и шатры, между которыми бродили вооружённые саи. Слава богу, что здесь хоть не было лошадей, которых держали неподалёку. Я не сразу нашёл коменданта, которым оказался барон Ланш, знакомый мне по делегации дворян, приходившей к нам после неудачной попытки отравления. К моему удивлению, ему не потребовалось много времени для общего сбора. Как только все узнали, что с прибывшими хочет говорить принц Кирен, воины толпой повалили к небольшому дощатому помосту, на котором я ждал в окружении своей охраны. На глаз их собралось больше двух тысяч. Орать для всех я не мог, но этого и не требовалось, потому что сказанное можно было донести до каждого при помощи магии. Жаль, что этого не научились делать с изображением, потому что желающие всё увидеть устроили давку. Пришлось подождать, пока их командиры наведут относительный порядок.
– Сегодня сюда приезжал мой отец, – обратился я к собравшимся, намеренно не называя Ларга Повелителем. – По возвращении он сказал, что вы не хотите воевать. В большинстве случаев такое нежелание можно было бы только приветствовать, но не в этом. Попрошу не шуметь и выслушать всё, что я собираюсь сказать. Потом будете спорить, ругаться и решать, что делать дальше. Большинство из вас не знает об истинном положении дел. Кое-что говорилось выборным дворянам, но немногое и вразброс, а о том, что дошло до вас, остаётся только гадать. Я не гадалка, поэтому сейчас коротко изложу вам все события последнего времени в том порядке, в котором они следовали.
– Может, вам не стоит себя утруждать пересказом того, во что не поверит большинство разумных саев? – предложил протолкавшийся к помосту воин, в котором я узнал Рештока.
– Может, вы, граф, заткнётесь и не будете перебивать того, кто по положению гораздо выше вас? – сказал я ему, вызвав шум собравшихся. – Вы кое-что слышали, а большинство не знает ничего или знает только в вольном пересказе таких, как вы. Представляю, что вы могли им сказать!
Решток тоже применил магию, поэтому наш обмен любезностями слышали все.
– Вы меня оскорбили, принц! – покраснев от злости, выкрикнул он. – Я настаиваю на поединке!
– Сначала я уделю внимание тем, кого уважаю, – сказал я, показав рукой на толпу, – а потом убью вас. Мне прекрасно известно, к чему вы здесь всех подбивали. Наверное, всю жизнь мечтали занять место отца, да не было повода, а теперь вы этот повод нашли.
Я рассказал обо всех покушениях, включая нападение на пляже, о котором не знал никто из собравшихся. Потом последовал короткий пересказ того, о чём говорил граф Нил Ворох, и донесения барона Бреда.
– Вы вольны верить мне или нет, – сказал я в конце. – Только очень скоро на нас обрушатся воины герцога Салея, и ваше недоверие выльется и в вашу смерть, и в гибель ваших близких. Но война с Дарминами это ещё не всё! Темноглазым не нужны саи, им нужна наша земля, поэтому после войны они уничтожат победителей!
– Это только слова, – сказал один из стоявших возле помоста баронов. – Есть доказательства?
– Каких доказательств вы от меня хотите? – спросил я его. – Вот рядом со мной стоят мои дружинники, которые при помощи своего оружия могут убить сотни воинов. Это не доказательство? Если этого мало, могу показать вам тела чужаков. Это те, кого я убил при нападении на наследника.
По моему приказу агенты барона Ольта развернули ткань, в которую были завёрнуты тела японцев, и сбросили их с помоста. Это доказательство вызвало к моим словам больше доверия, но не переломило ситуацию. Почти никто из собравшихся не хотел воевать. Одно дело стычки с соседом, другое – война.
– Я вижу, что вам милей ваши традиции, чем здравый смысл, – сказал я, заканчивая выступление. – Салею удалось собрать армию, только пролив кровь несогласных, я этого не хочу. Поэтому все те, кто нам не верит, могут проваливать. Остальным я могу предложить следующее. Никто не поведёт вас завоёвывать соседей! Наша цель не в том, чтобы захватить чужое, а в том, чтобы защитить своё! Мы хотим, чтобы вы стали стеной на пути врага, перекрыв южный тракт. Если мы вас обманываем или обманываемся сами, то вы просто постоите дней десять, а потом разойдётесь по домам. А теперь я буду говорить с вами, граф! Какое оружие вы предпочитаете?
– Я вас вызвал, поэтому выбор оружия за вами, – ответил он. – Меня устроит любое из того, чем дрались наши предки! Железки своих дружинников можете не предлагать.
– Вы спокойны, – улыбнулся я. – Верите тем слухам, которые я сам о себе распускал? Я имею в виду то, что из-за лени на всё махнул рукой, в том числе и на фехтование. Увы, родственник! Если бы это было так, он меня не выбрал бы!
Обнажённый меч Брода подыграл, на мгновенье вспыхнув голубым светом.
– Откуда он у вас? – потрясённо спросил Решток. – Он же пропал!
– Особенность у меня такая, что ко мне липнут вещи Бога, – объяснил я. – Но я не буду использовать своего преимущества, поэтому меч мы пока отложим.
Я положил меч на оставшуюся на помосте ткань и сделал вид, что задумался.
– Копья это не оружие для благородного поединка, – сказал я минуту спустя. – И магический поединок я вам предложить не могу. Со стороны мага, имеющего накопитель, такое было бы нечестно. И что остаётся? Придумал, граф! Я убью вас голыми руками.
– Кто же так дерётся? – под гогот собравшихся спросил Решток. – Вы издеваетесь? Даже мужики в деревнях берут дубины!
– Предлагаете убить вас дубиной? – я опять изобразил раздумье. – Нет, граф, я с вами не согласен. Не будем уподобляться мужикам. И потом кто вам сказал, что драться без оружия неблагородно? Вот получится так, что у вас не будет его при себе, и что же, подставлять свою шею под чей-то нож? Вы помните наши священные книги?
– А какое они имеют отношение к нашему поединку? – удивился он.
– Ну как же? – сказал я, обращаясь больше не к нему, а к собравшимся. – Вся наша жизнь, все вековые традиции заложены священными текстами. Если вы не помните, что говорил Бог, то я напомню! Оружие – это не меч и не щит, это сам сай, его мужество, сила и готовность к служению! Там много чего написано, но нам хватит и этого. Конечно, если у вас руки растут из задницы, и вы только и умеете, что двинуть ими кого-нибудь в рыло, такая схватка никому не доставит радости. Надо учиться убивать красиво без всякого оружия. Как это делать, я сейчас всем покажу. Забирайтесь на помост, а то у меня много дел, а вы отнимаете время!
Решток уже жалел о своём вызове, но отступать было нельзя. Отдав кому-то меч, граф поднялся на помост. Физически он был сильнее меня, и, хотя удалось лишить противника уверенности в исходе поединка, я не увидел на его лице страха. Зрелищной наша схватка тоже не выглядела. Я в очередной раз отработал первую связку, только на этот раз с реальным противником и довёл до конца. Меня хорошо укатала жизнь в эльфийском теле, поэтому, когда свернул шею графу, не почувствовал ничего, кроме гадливости. Опустив тело бывшего родственника на помост, я приказал барону Ланшу доставить его в столицу и побеспокоиться, чтобы где-нибудь закопали тела чужаков.