Мой новый мир - Книга первая

– А как их перезаряжать? – растерянно спросила Лара. – Они же совсем другие. Магазина в ручке нет...
– Я чему вас учил? – сказал я, отбирая у неё оружие. – Когда рядом люди, держите его стволом вверх. А обращаться с ним нужно так.
Я показал, как нужно заряжать револьвер, и как из него стрелять.
– Для вашей руки он гораздо удобней того оружия, которое я показывал. А взрослого мужчину и из него нетрудно убить одним выстрелом.
  
– А почему тогда сразу не дал эти? – спросила Лара. – Зажал?
– Потому что у меня их не было, – объяснил я. – Это трофей. Я успел вытащить это оружие у мёртвых убийц, перед тем как сюда явился Гордой со своими жрецами. К этим револьверам можно сшить кожаные кобуры, чтобы крепить ремешком к поясу или к ноге. Задрала подол, выхватила револьвер, трах-бах – и пять трупов! Сумочек вы не носите, да и долго из них доставать оружие. А кобуру я могу нарисовать.
– Нарисуешь, – сказала Лара. – А я закажу эти... чехлы себе и Адели. Это все патроны?
– Половина, – ответил я. – Всё сразу не дам, а то попусту расстреляете.
– Я же говорила, что ты жадина, – заявила Лара. – Ну дай ещё одну такую коробочку!
В результате её домогательств девушки получили дополнительно по пачке патронов.
– Наверное, не стоит нести это открытым, – сказал Герт. – Адель, дай ей что-нибудь завернуть. С вашим оружием всё? Тогда поговорим о твоих планах. Девушки могут пойти в спальню. Только осторожней обращайтесь с этими подарками. Если Лара случайно застрелится, отец убьёт Кирена, и его не спасёт никакая полезность. А если несчастье случится с Адель, то его и убивать не нужно: сам умрёт.
– Что мы дуры? – сказала Лара. – Конечно, будем осторожными. Но я никуда отсюда не уйду! Мне тоже интересно, чем будет заниматься брат.
– Судьба мне мотаться из мира в мир, – сказал я всей компании. – Сначала одному, а потом с охраной. Может быть, возьму кого-нибудь из магов или жреца. Гордой мне его предлагал. Но сначала нужно многому научиться здесь. Вот завтра этим и займусь. А с дворянством буду знакомиться, когда появится время и отдохнёт Зантор.
– А зачем мотаться? – спросил Герт. – Чего ты хочешь этим добиться?
– Салей нашёл помощь где-то в Японии, – начал объяснять я. – Это другая страна, расположенная очень далеко от того места, где я жил. Я не знаю японского языка, да и о самой Японии очень поверхностные знания.
– Ты хочешь сказать, что в этой... Японии говорят на каком-то другом языке? – удивился Герт.
– Это у вас один язык, а в моём мире их не одна сотня. И мало попасть в Японию, надо найти в ней тех, с кем ведут дела Дармины, и так их напугать, чтобы зареклись лазить в чужие миры. Значит, нужно выучить японский язык и многое узнать об этой стране. Для этого потребуется найти того, кто всё это знает, и с помощью магии позаимствовать нужные знания.
– Это один из самых сложных разделов магии, – озабоченно сказал Герт. – Для него не нужно большой силы, а вот без опыта не обойтись. А то ты такое запишешь в свою голову, что даже не сможешь вернуться.
– Вот это я и буду завтра выяснять с магами. Если скажут, что не смогут быстро меня научить, значит, буду готовить одного из них.
– А что ещё в твоих планах? – спросил Герт.
– Мало прекратить поступление людей и оружия, нужно уничтожить тех, которые уже здесь. И сделать это надо как можно быстрее, потому что Дарминам не потребуется много времени на поиски других союзников. Достаточно знания языка, магии и золота, чтобы они получили всё необходимое. А если действовать подло, обойдутся и без золота. С вашим оружием можно победить, только устроив войну из засад, потому что в открытом сражении нас мигом разобьют, сколько бы мы ни набрали воинов. А пока мы будем так воевать, Дармины натянут столько всего, что от нас полетят пух и перья!
– А равное оружие можно найти только у вас, – сделал вывод Герт. – Ты этим думаешь заниматься?
– Конечно, – подтвердил я. – Только это проще сделать не в моей стране. У меня есть и другие планы, но это основное. Жрецы не дадут развернуться и, когда покончим с чужаками, всё утянут в подвалы храмов.
– А как же север? – спросила Адель. – Неужели твоё оружие будет ржаветь в храмовых подвалах, а не обернётся против тварей? Пройдёт лет двадцать, и на севере никто не сможет жить. А потом твари придут сюда, и тогда нам не поможет никакое оружие!
– Посмотрим, – сказал я. – Не спеши, дойдёт очередь и до тварей. Нам сейчас нужно отбиться от чужаков и уцелеть при разборках с жрецами. Когда все будут знать, в чём выход, а твари начнут выдавливать саев с севера, нужно быть полным идиотом, чтобы не воспользоваться этим выходом. Я уже достаточно общался с Гордоем, чтобы понять, что он самолюбивый тип и упёртый консерватор, но не дурак.
– Дядя очень умён, – подтвердил Герт, – но из-за упрямства с ним трудно иметь дело. Я не думал, что ты так быстро его уломаешь.
– Мы пойдём, – сказала Лара. – Сейчас слуги должны разносить ужин. Я-то наелась, а ты, братец, уже глотаешь слюну. Адель, дай мне любую ткань, я потом верну.
Я действительно хотел есть и не знал времени, потому что единственные часы висели в спальне. Но Ларе можно было верить: она умела угадывать время с феноменальной точностью. Гости ушли, а я подумал, что впервые общался с Гертом, как с братом. До сегодняшнего вечера он демонстрировал мне только равнодушие и высокомерие.
Мы с удовольствием поужинали, и я опять забрал на утро несколько булочек и плоды, вкусом напоминавшие персики. На моём столе они появились в первый раз. Вскоре стемнело, и мы легли в кровать. Спать было рано, поэтому я принялся обхаживать свою грустную невесту и не потратил на это много времени. Угомонились в этот вечер нескоро.
– Я никогда не видел в тебе столько страсти, – сказал я любимой, когда приняли ванну и собирались заснуть. – Интересно, с чем это связано.
– Кирен, ты ведь можешь не вернуться? – спросила она. – Я имею в виду из своего мира. Ведь всякое может случиться?
– Всякое может случиться и здесь, – ответил я. – И к чему эти грустные мысли? Я завтра поговорю с Ларгом, чтобы мы поженились до моего ухода.
– Мне этого мало! – сказала она. – Я хочу от тебя ребёнка. Стоит и тебе его захотеть, чтобы во мне зародилась новая жизнь. Тогда при любом исходе вашей борьбы у меня будет из-за кого держаться за жизнь. И этот ребёнок позволит войти в семью. Мне это безразлично, но он будет Ольмингом даже для Гордоя. Ты сам для него не родич, а вот твои сын или дочь будут родными. Ко мне тогда тоже будут относиться иначе.
– Спи! – поцеловал я её в щёку. – Обещаю, что мы решим все вопросы до моего ухода.
Утром я проснулся, когда на часах не было пяти, поэтому вчерашние запасы пришлись кстати. Я осторожно встал с кровати, прихватил со столика вазу с булочками и фруктами и вышел в гостиную. Потолки как-то запасали солнечный свет, но в гостиной было мало окон для такого большого помещения, поэтому потолок едва светился. Я съел свою заначку и обдумал, о чём буду говорить с магами, а потом знакомился с тем, что мне вчера записали в память. Адель, как и вчера, проснулась за полчаса до завтрака.
– Может, тебе хватит наращивать мышцы? – спросила любимая. – Пока летняя жара ты ходишь в туниках, а осенью мужчины носят штаны и тёплые рубашки. Тебе нужно заранее примерить свою одежду, а то не в чём будет выйти из дворца.
– Мы уже не работаем с железом, – сказал я, – только с деревянными мечами, а от них мышцы не нарастут. Да и не получится у меня проводить тренировки с Сигаром.
– Иди скорей к Зантору, – поторопила она. – Я сама отберу пирожки, а фрукты будут только вечером. То летишь к нему, сломя голову и забыв о еде, то еле шевелишься.
  
– Уже бегу, – сказал я. – Солнышко, мне скоро должен принести бумаги барон Ольт, а после него появится граф из молодых. Скажи ему, чтобы сидел в гостиной и ждал меня. Пошли на кухню слуг, пусть принесут ему попить, только не вина, а то он будет для меня бесполезен.