Левша (СИ)

— Именно, — кивнул Даниил Макарович. — Левша, мне не очень комфортно так сидеть. Если вы не против, давайте присядем. Может, чаю?
От чая я отказался, но все-таки сел. Не стоять же одному, как дурак. Но пистолет убирать не стал.
— Позвольте я начну с самого начала, — Даниил Макарович вопросительно взглянул на меня, дождался кивка и опустил руки, потирая запястье. Продолжил. — Вы довольно громко заявили о себе несколько дней назад, когда сначала захватили, а затем и сдали принадлежавший Черепанову склад властям. Должен признать, что после этой выходки мнения Совета разделились…
Совета? Что за Сов… Он ведь не может иметь в виду… Вот, черт… Конечно же. Конечно, он может иметь их в виду. Это же очевидно.
— Безусловно, многие оценили вашу выходку крайне отрицательно. Поймите, сейчас так дела не ведутся — времена не те. Подобные… мероприятия сильно вредят бизнесу. Но, как я уже говорил, нашлось немало и тех, кому ваш стиль пришелся по душе. Некоторые и так недолюбливали покойного, другие встали на вашу сторону, когда выяснилось, что именно Черепанов помогал перевозить. И кому он это продавал.
Он прервался и поднял чашку, сделал пару глотков.
— Кхм. Так вот, как я уже говорил, ваши действия вызвали некоторое оживление. В немалой степени потому что есть определенные правила. Не знаю, что именно вы двое не поделили, но разногласия обычно улаживают в частном порядке, а если необходимо — на заседаниях. Просто объясняю, — Даниил Макарович подлил себе еще чаю, поднес чашку к лицу и с удовольствием втянул аромат. — Отличный чай, кстати, рекомендую. Точно не хотите? Ладно-ладно. Насколько я понимаю дальнейшее развитие событий, Черепан — простите, так звали Черепанова его коллеги — был несколько обижен на вас. Он отправил своих ребят навести вам визит, но у них ничего не вышло. И вы в свою очередь решили разобраться с Черепаном лично.
Нда… Так за мной не просто владелец склада гонялся, а целый синдикат. По крайней мере, его местное отделение… Ну, это определенно объясняло, как они постоянно на меня выходили.
— Вы устроили засаду в селе Боярка, куда Черепан направился, чтобы отсидеться в своем загородном доме. Лично застрелили его в придорожном кафе. И ушли. Чистая работа, кстати. Многие под сильным впечатлением.
Ага, я такой… Да что вообще происходит?! Как это я его застрелил?! Черепан, тьфу, Черепанов и был тем громилой, в которого я стрелял? Обалдеть просто…
Я не стал комментировать. Даниил подождал немного и продолжил.
— Дальше группа лояльных Черепану бойцов под предводительство его зама напала на вас уже в городе, в кафе. Во время стычки погиб как сам зам, так и большая часть группы. И вот мы здесь, — он сделал паузу, допил чай и отставил чашку в сторону.
Я чуть прищурил глаза, все так же молча ожидая продолжения.
Теперь я уже точно был уверен, о каком Совете он говорил. Уличные Бароны. Крупнейшая преступная группировка Империи, по сути контролировавшая все, что, хоть и было запрещено законом, но неизменно пользовалось спросом и популярностью. От контрабанды и рэкета до наркотиков и заказных убийств.
И ребята в этом “совете” заседали умные, хитрые и осторожные. Со связями и пониманием того, что и как делать. Достаточно будет сказать, что и в мое время Совет Уличных Баронов никуда не денется. Конечно, были, если и будут группы и банды помельче, не без того. Но реальная подпольная сторона имперской экономики так и останется в цепких лапах Совета.
Да кто ж знал-то, что тот склад им принадлежал?! Я бы в жизнь на них не подумал! Это уж слишком не в стиле Совета переходить дорогу военным. Какие бы там ни были деньги, но это ведь натурально самоубийство! Тут никакие связи не спасут, если что.
— Левша, ситуация сложилась неоднозначная. Думаю, вы уже поняли?
— Предположим, — медленно кивнул я. — Так зачем отправили вас? Что Баронам нужно от меня?
— Бароны — весьма разумные люди, — вздохнул Даниил Макарович. — Меня просили передать, что Совет не заинтересован в полномасштабной войне. Сейчас крайне неудачное время, чтобы привлекать к себе повышенное внимание. К тому же, как я уже говорил, нашлось немало тех, кто оценил ваш подход… к решению проблем. Меня отправили предложить вам сделку. Совет предлагает вам занять должность Уличного Барона Новосибирска.
 
Занять должность кого?.. Чего?!
Это было уже слишком. Просто совсем. Перебор.
Вот я и рассмеялся. Искренне, от души. Просто хохотал, до слез. Наверное, я был не слишком далек от истерики.
Даниил Макарович никак на это не отреагировал. Терпеливо сидел и ждал, пока я не успокоюсь.
— П-простите, — вытирая выступившие слезы предплечьем правой, выдавил из себя я. — Честно, я… вы не поверите, насколько это смешно.
— Не стоит извинений, Левша. Согласен, эти условия не вполне подходят под ваши способности и амбиции, — постойте, он не может быть серьезен? Ведь так? — Скажу больше, Совет очень ценит порядок и верит, что вы способны его обеспечить. Бароны готовы пойти на дополнительные уступки. В основном экономического характера. Как по уже заключенным обязательствам вашего предшественника, так и по новым. При условии немедленного прекращения террора и вашем вступлении в Совет на общих условиях.
Пора было этот диалог сворачивать. Что за чушь? Какая еще должность? Какое вступление в Совет?! Нафиг мне сдались, что уступки, что обязательства? Совет там или что еще, у меня были совершенно иные цели и планы. И проблем с законом хватало и без того. Не-не, такое нам не нужно, спасибо.
— Я не заинтересован вести никакие дела с Советом, — твердо ответил я, отрицательно покачав головой.
— Левша, я понимаю вашу позицию. Правда, — мягко ответил мой собеседник, чуть склонившись вперед. — Вы молоды, полны сил. Полагаете, что сами добьетесь всего, что нужно. Но нельзя решать все грубой силой. Это путь в никуда. В конце концов найдется кто-то, кого вы не сможете подвинуть. Так всегда происходит. К тому же из-за поднимаемого шума доходы начинают проседать у всех. И я сейчас говорю не только о людях, непосредственного занимающихся теневой стороной дел. Я имею в виду и тех, кто причастен к делам косвенно. А это зачастую очень и очень влиятельные граждане. Члены правительства. Военные. Аристократы. Прошу, поймите. Из-за шумихи к нашим делам начинают проявлять интерес нежелательные люди и силы. И появляется информационный фон, выставляющий нас — всех нас — в нелестном свете. Как будто мы угроза, которую нужно срочно устранить. Никто в этом не заинтересован. Поверьте, многие вопросы можно решить тише и спокойнее. В том числе при помощи таких людей, как я, если это будет нужно…
У меня начала болеть голова. Я поморщился. Вот, как знал, что в итоге все сведется к мигрени…
— И вы всерьез считаете, что я настолько туп, чтобы согласиться на это? — раздраженно прервал я его монолог. — Правда? Это просто нелепо. Вы ведь в курсе, что было на складе, верно? И знаете, что сейчас и полиция, и армия носом роют землю, лишь бы найти виновных. И вы предлагаете мне в это вляпаться? Чтобы на меня повесили всех собак?!
— Левша, ваши опасения вполне разумны, — Даниил Макарович поднял перед собой раскрытые ладони. — Но. Разработкой Черепанова уже так или иначе занимаются. Связь склада с его именем неоспорима. Его вина будет доказана. Кстати, заверяю вас, Совет к делу с оружием не имеет никакого отношения. Это было личной инициативой Черепана. Так вот, его гибель будет представлена как зачистка со стороны подельников. Уборка лишних хвостов. На вас ничто не будет указывать. Мы об этом… уже позаботились. Свидетелей не осталось. Можете считать это ни к чему не обязывающим жестом доброй воли с нашей стороны.
Вот, проклятие… Я почувствовал, как у меня перехватило дыхание. Не осталось свидетелей?.. Черт.
Почему-то сомнений в его словах у меня не возникло. Даже с учетом того, как быстро это все надо было бы провернуть. Похоже, Совет и впрямь прижала вся эта история, раз они решились на такие жесткие меры.