Левша (СИ)

Они переглянулись, но развивать тему не стали. Кажется, нормально. Прокатило.
— Ладно. Идем, с тобой начальник поговорить хочет.
Начальник? Начальник охраны? Со мной? Этого не было в сценарии. Много чего не было в сценарии, конечно, но привлекать внимание администрации уже в первую неделю мне точно не хотелось. Что ему надо?
Вслух я, само собой, ничего говорить не стал, просто отправился следом.
***
Время действия: 10 минут спустя.
Место действия: здание администрации тюрьмы, расположенное отдельно от тюремных корпусов на специально огороженном участке вместе с казармами охраны и их же столовой.
Внезапно, оказалось, что мною заинтересовался не начальник охраны, как я решил было сначала. А вообще начальник. Всей каторги.
Это было неожиданно. Раньше я как-то аудиенций не удостаивался. Вообще не припомню, чтобы он играл сколь-нибудь значимую роль. В смысле, напрямую ни во не вмешивался. Только в самый первый день появился на приемке. А после едва ли мельком я его видел.
Всю дорогу до кабинета на третьем этаже административного корпуса я только и думал, какую манеру поведения с ним выбрать. Характер у меня по первому времени еще держался свойственный золотой молодежи. Претензионный и хамоватый. Не очень долго. Пришлось ускоренно взрослеть и знакомиться с правилами поведения в социуме. Так себе воспоминания, если честно. Местное начальство к моей персоне особого интереса никогда не проявляло, а позже мне доходчиво объяснили, что и не надо, чтобы проявляло. А что теперь?
Кто бы знал.
Дело в том, что я хоть и бывший, но все же аристократ? Я скосил глаза на культю правой. Могло ли это вызвать его интерес? Ну, может и так. А если не это, то что… Это вчерашний успех на сборах так его заинтересовал? Тоже неубедительно.
В общем, так ничего дельного и не придумал. События неслись просто чередой. Расхождения с моей прежней жизнью колоссальные. Потому решил, что буду плясать по ситуации.
Тимофенко Андрей Юрьевич ожидал меня в своем кабинете. Когда мы вошли после короткого стука охранника, он только махнул рукой на кресло, не отвлекаясь от работы. Охранники дождались, пока я усядусь, и скрылись за дверью.
Ему было сейчас за пятьдесят. Среднего роста, немного лишнего веса от сидячей работы. В темных волосах, аккуратно зачесанных назад, седина. Взгляд поверх очков цепкий, острый. Он всегда носил костюмы, вот и сейчас пиджак аккуратно висел на плечиках рядом со столом.
Андрей Юрьевич дописал, что хотел, и откинулся на спинку, внимательно меня разглядывая. Я сначала встретил его взгляд прямо, но тут же спохватился и отвел глаза в сторону. Не стоило сейчас демонстрировать характер.
Короткий смешок, кажется, это его устроило.
— Итак. Ты поступил к нам без имени, — он порылся в бумагах и вытащил папку. — Кличка уже есть?
— Левша.
— Ага, — он подхватил ручку и сделал в деле пометку. — Как тебе у нас?
И что я должен на это отвечать?
— Нормально, — блин. Знать бы, чего ему надо. Постараюсь быть покороче. Просто на всякий случай.
— Нормально. Кормят хорошо? Не обижают?
Я недоверчиво поднял на него глаза. Чего? С каких пор такие любезности?
— Нет, все в порядке.
— Ле… — он снова открыл папку. — Левша. Я не дурак. Догадываюсь кто ты, из какой семьи, и что примерно случилось. Пойми меня правильно. В сущности, мне все равно. Мне не платят за вникание во внутренние дела аристократических семейств. Моя задача в том, чтобы уровень смертности заключенных и уровень добычи ресурса находились на приемлемых уровнях. Пока все доступно? Понятно?
Значит, все-таки дело во вчерашнем куше? Я бросил на него быстрый взгляд. Начальник смотрел на меня, положив подбородок на переплетенные пальцы. Я кивнул ему, подтверждая, что слежу за мыслью.
— Если оба этих параметра находятся в заданных рамках, моя работа становится довольно простой. Достаточно наблюдать за событиями, которые выбиваются из привычной рутины. И при необходимости максимально быстро на них реагировать. Прежде, чем они начнут мешать и портить показатели.
 
— Я не уверен… — начал было я.
Хлоп! Он с силой ударил по столешнице.
— Я не договорил. Недавно в моей колонии начали происходить подобные аномалии. Все началось с того, что поступил заключенный, юноша с характерными травмами и пробелами в биографии. Ничего, такое бывает. И даже чаще, чем можно представить. От таких бывают неприятности, но в основном они решаются между заключенными. Мне редко приходится на них отвлекаться.
Да уж. Сложно поспорить. Примерно так все и было.
— Далее. В первую же вылазку тройка с этим заключенным приносит довольно редкий по нашим меркам улов, — он поднял со столешницы еще один листок и помахал им. — Двое опытных сборщиков хоть и работают давно, но прежде таких успехов не демонстрировали. Вроде бы тоже ничего критичного. Можно только порадоваться за удачливых ребят.
Я все еще не понимал, к чему он ведет.
— На следующее утро главный в тройке — человек, весьма уважаемый среди заключенных, и на хорошем счету у администрации — вдруг срывается и начинает бегать по блоку, договариваясь, чтобы новичка на сегодня определили в медблок и… — он поднял другую бумажку, пробежался взглядом по строкам. — Вот. “Подлатали по высшему разряду”. Пока он с напарником будут заниматься обходом флажков.
Андрей Юрьевич отложил лист в сторону и снял очки, потирая переносицу.
— Возможно, ты не совсем понимаешь, но смею тебя заверить, подобное поведение для людей его уровня не вполне естественно. Ему, конечно, пошли навстречу. Как я уже говорил, его слово здесь ценится. Но вопросы возникли. И у меня в том числе. Ты вроде бы не глупый парень, Левша. Скажи мне, какие выводы я должен сделать на основе этой информации?
Так. Так. Он что, намекает, что я подмял под себя камеру и отправил Багряна бегунком выполнять свои указания? Что за бред? Или что я его подкупил? Ну, а даже если бы и да, то что? Черт! Да откуда мне-то знать, что он там себе надумал?!
Я вытаращился на ожидающего ответа Тимофенко.
А что сказать-то? Пойти в отказ? Ну так попросит… да хотя бы по шагам описать, как мы вчера планктон этот собирали. Детально. Меня сейчас, а сокамерников, как вернутся. И все, поплывем. Не факт, конечно, что он так поступит, но ведь может. Даже если отмажусь прямо сейчас, такими темпами от “аномалий” отбоя не будет. Стану сюда как на работу ходить. Согласиться и покаяться? Это вообще бред. Какой из меня криминальный авторитет?
Что тогда остается?
Пауза затягивалась. Видимо у меня только один вариант и был. Начать свою игру прямо сейчас. Без подготовки. Рискованно, конечно, но может и сработать.
— Андрей Юрьевич, — начал я неторопливо, стараясь подбирать слова. Он умный мужик, за годы работы навидался всякого. Если начну втирать откровенную дичь, заметит влет. Но если замешать искренность с туманом, может и поверит. — Мне кажется, я догадываюсь, к чему вы клоните.
Как будет правильнее построить диалог?
— Тот юноша, — я облокотился на стол обрубком правой. Ага! Его взгляд рефлекторно метнулся к культе, а на лице мелькнула какая-то эмоция. Но слишком быстро, чтобы разобрать. — Ну, чье досье вы сейчас проглядывали. Он действительно оказался в непростой ситуации. Вас, наверное, не слишком удивит, если он понятия не имеет, в чем, согласно той папке, обвиняется. Но это не столь важно, он это понимает. И вместе с тем недоволен сложившейся ситуацией. Сильно недоволен. Можно даже сказать в бешенстве.
Начальник тюрьмы нахмурился, его взгляд потяжелел.
Так… думай, только быстро. Как поднапустить туману так, чтобы он тебе поверил?
— Увы, поделать с этим он ничего не может. Как вы вероятно знаете, процесс… получения подобных травм не только лишает ммм… определенного статуса, но и самой возможности управлять магией. Навсегда. Совсем, — взгляд напротив становится задумчивым. — Этому юноше было бы не просто сложно стать фигурой достаточного масштаба, чтобы угрожать хоть кому-либо. Невозможно. Особенно за столь короткий срок.