Город соблазнов. Часть 2 (ЛП)

Чад удивляет меня, поддразнивая:
— О, детка, ты такая заботливая. Не стоило.
— Пошел нахер. — Закатив глаза, я напоминаю ему: — Ты же знаешь, что я не в состоянии нормально функционировать без кофеина во время наших деловых дискуссий.
Я опускаю взгляд на его серые спортивные штаны. На губах появляется легкая ухмылка, но у меня получается сдержаться. Я снова смотрю на него и прочищаю горло.
— Как ты собираешься позволить себе еще один самолет?
— Добро пожаловать в Трапп! Здесь открываются безграничные возможности, детка, — отвечает он, подмигивая.
— Ты немного староват для подобного безрассудства, тебе не кажется?
— Мне всего 30!
Я подозрительно смотрю на него, потягивая кофе.
— Как ты собираешься позволить себе еще один самолет?
— Си-Мэн спешит на помощь, — бормочет он себе под нос.
Я чуть не выплюнула свой кофе.
— Си… что?
Чад стонет и повторяет:
— Си-Мэн. Поняла? Как сперма. Женщины считают это забавным. Даже некоторые парни. Пожалуй, этот ник подошел бы еще лучше, если бы я служил на флоте, но дамочки все равно жаждут меня, поэтому… (прим.: игра слов — помимо созвучности с «semen» — «сперма», слово звучит еще и как «seaman» — «моряк»)… — Он пожимает плечами, а я не знаю, что и думать обо всем этом.
— Серьезно? Ты зарабатываешь этим деньги?
Он потирает затылок и морщится:
— На социальных сетях не так уж много, но есть платная платформа, которой я пользуюсь. Большинство женщин там просто хотят, чтобы я сексуальным голосом говорил для них что-нибудь развратное, при этом без рубашки.
Часть меня хочет увидеть, какой он онлайн… Нет, черт возьми! Это Чад!
— Так что да, я в состоянии купить нам еще один самолет.
Я крепко зажмуриваюсь и качаю головой в надежде избавиться от своих непристойных мыслей.
— Почему ты не мог просто соврать и сказать мне, что умер твой дальний родственник и оставил тебе наследство?
Чад нежно берет меня за подбородок большим и указательным пальцами. От этого прикосновения у меня перехватывает дыхание, я открываю глаза и смотрю на него сквозь ресницы.
— Я бы никогда не солгал тебе, Ти, — просто говорит он, затем понижает голос почти до шепота: — К тому же, большие достижения трудно скрыть.
Я высвобождаюсь из его чар.
— Снова твои намеки?
— Это не…
— Мы поговорим в офисе. В следующий раз, когда решишь пощеголять полуголым в своей комнате, следи за временем, чтобы я не ввалилась к тебе, когда ты демонстрируешь на камеру свой член.
— Я не демонстрировал свой чл…
Я разворачиваюсь на каблуках и выбегаю из его дома. Я не могу этого сделать, только не с ним.
***
Мне нравится бывать в офисе — у Чада есть удобные кресла, в которых мы можем отдыхать во время работы. Когда я работаю над новым флаером, слушая пикантный роман о мафии в приложении для аудиокниг, мое внимание привлекает легкое движение у двери, и я пугаюсь. Это всего лишь Чад, но я ненавижу, когда он крадется. Выпрямившись, вынимаю один из наушников.
— Дерьмо, нельзя же так подкрадываться.
— Что слушаешь? — спрашивает он с легкой ухмылкой, прикусывая губу.
— Подкаст, — вру я, хотя это выходит более пискляво, чем хотелось бы.
Подойдя ко мне, он врывается в мое личное пространство, положив руки на подлокотники.
— Лгунья.
Я с трудом сглатываю.
— Я…
— Ты что? Я знаю, что ты читаешь и слушаешь, Ти. А ты еще осуждаешь меня за то, что я разгуливаю по дому полуголым. — Чад цокает языком и отступает, чтобы сесть на стул рядом со мной.
— Ты же выше этого, — вздыхаю я. — Тебе не пристало обнажаться перед камерой.
— Только наполовину обнажаться, — поправляет он. — Мне это нравится. Тебе стоит как-нибудь попробовать.
Его взгляд блуждает по моему телу, но когда глаза снова встречаются с моими, он прочищает горло и кладет левую лодыжку на правое колено.
— Итак. Июль. Нам нужно обсудить лето.
Я заканчиваю просмотр листовки с нашими прошлогодними показателями.
— Верно. Я проанализировала перспективы и поняла, что ты прав. Нужно нанять еще одного пилота и арендовать самолет.
  
— Сразу остановлю тебя. Мы можем нанять еще одного пилота, но я лучше куплю самолет, чем возьму в аренду.
— Что ж, это не мой бизнес, а твой… — я прищуриваюсь и скрещиваю руки на груди, — но не думаю, что это укладывается в твой бюджет.
— Бизнес настолько же мой, насколько и твой. А насчет денег можешь не беспокоиться. Скажу просто: семизначная сумма, детка.
— Что?
Прожигая меня взглядом, он слишком долго не отвечает. Я уже собираюсь повторить, когда он наконец говорит:
— Да, семизначная сумма, Ти. Именно столько лежит в банке на моем личном счете. Найми нам еще одного пилота и купи второй самолет. Давай сделаем это.
— У тебя нет…
— Хочешь доказательств? — Чад открывает свое банковское приложение и показывает доступный баланс. Я в недоумении забираю у него телефон. Откуда, черт возьми, у него больше миллиона долларов? — Давай слетаем куда-нибудь сегодня. Только мы вдвоем. В расписании нет ничего на ближайшие шесть часов.
Чад встает и протягивает мне руку. Я беру ее, но встаю слишком поспешно, и наши тела сталкиваются. Он поддерживает меня, положив руку на поясницу, отчего у меня перехватывает дыхание. Клянусь, он тоже так думает, но, должно быть, мне это только кажется. Он не рассматривает меня так, нахождение так близко не влияет на него… или так и есть?
— Полегче, тигренок.
На мгновение между нами повисает тишина. Внезапно он обхватывает мое горло и целует. Это совсем не то, чего я ожидала — это так грубо, и я не могу не застонать, растворяясь в нем. Мои пальцы скользят вниз по его груди, пока не доходят до пояса, его серые спортивные штаны сейчас бы очень пригодились. Он пробует меня на вкус и дразнит, как будто хотел этого так же давно, как и я.
Спать со своим лучшим другом — ужасная идея. Спать со своим деловым партнером — еще худшая идея… но к черту все это.
Прервав наш поцелуй, Чад отпускает мою шею и берет за запястье, которое находится менее чем в дюйме от его напряженного члена.
Он целует место, где бьется пульс, и тихо говорит:
— Прости меня, Ти. Я не должен был этого делать.
Я отвожу взгляд, провожу пальцами по губам, затем качаю головой:
— Нет.
Я наконец встречаюсь с ним взглядом, когда он спрашивает:
— Нет?
— Ты не можешь так целовать меня, а после извиняться, словно это было против моей воли. Или словно ты этого не хотел. Ты поцеловал меня. После долгих лет притворного флирта со мной ты принял такое решение. И я…
— Все это не было притворством. Никогда, — настаивает он. — Я хочу тебя уже много лет. Но мне приходилось прикрываться шуточками и наблюдать за тем, как ты водишься с гребаным пожарным Кайлом, который, кстати, никогда тебя не заслуживал… Постой, так ты хотела, чтобы я тебя поцеловал?
— Это не то, что я имела в виду.
— О нет, ты не отвертишься. Ты сказала, что я не должен извиняться, словно ты этого не хотела.
— Но ты извинился, — выплевываю я в ответ, — и сказал, что не должен был целовать меня. Я прекрасно понимаю, что ты, вероятнее всего, совсем не хочешь меня, а тверд как камень по той лишь причине, что недавно исполнял свой маленький эротический танец для дамочек. Но ты не можешь разрушить годы нашей дружбы из-за этого.
Я отступаю от него на шаг. Это было ошибкой.
Чад проводит рукой по волосам.
— Я не хочу быть для тебя просто другом… Я хочу большего.
— Чушь, — усмехаюсь я. — Ты бабник. И всегда им был. Ничего ты не хочешь…
— Хочу, — он сокращает расстояние между нами, потянувшись ко мне, — я хочу тебя, всю тебя, если только ты позволишь.
— А я вот не хочу тебя, — вру я.
Как бы сильно я этого ни хотела, все закончится так же, как с Кайлом. Я вызывающе поднимаю подбородок, настаивая на своем, даже если он видит меня насквозь.
— Спорим, у меня получится доказать обратное? Если я проведу рукой между твоих ног, ты окажешься мокрой для меня? — спрашивает он, отчего у меня перехватывает дыхание. — Я ведь прав, не так ли? Признай это. Ты тоже хочешь меня.