Моя простая курортная жизнь 8 (СИ)

И бедняжку как ветром сдуло. А меня потянуло пофилософствовать.
— А ведь начало было как в сказке, — резюмировал я, наполняя воздух между нами пахучим дымом. — Богатый дом, куда ее пустили. Тяжелая работа, от которой так и хочется приложиться к бутылке. Красавчик-принц, способный решить эту проблему. И даже злая мачеха, — указал я вейпом в сторону заразы, — которая отправила ее, бедняжку, работать обратно. Вот только продолжения у этой сказки не будет. Здесь нет доброй феи — здесь у нас другая сказка. И главные персонажи тут злодеи. Тебе не кажется, — повернулся я к К, чей ледяной взгляд теперь пытался заморозить меня, — что это очень символично?
  
— Символично, — парировала она, — что ты опять хотел развлечься за мой счет.
— Я хотел развлечься за счет этой бедной девушки.
— Счет этой бедной девушки оплатили мои родители. Закажи свой кейтеринг, к тебе приедут и обслужат тебя по полной. За твой счет.
Что еще вам надо знать о Катерине? Катерина любила садиться на лицо — к сожалению, не в том смысле, который был бы приятен обоим.
— Какая ты не щедрая хозяйка, — пожурил я ее. — А говорила, угостись чем хочешь… То есть все-таки можно не всем?
И снова согрел атмосферу между нами ароматным дымком.
— Тебе надо бросить, — поморщилась она, развеивая облачко рукой, — это вредит твоему здоровью.
— Ты куда больше вредишь моему здоровью, — резонно заметил я. — Ты, если хочешь знать, токсичнее никотина. Ты как ацетон. Как ни крути, кайфануть не выйдет, только сдохнешь в процессе.
— Дай сюда вейп! — властно приказала К и требовательно вытянула руку.
— Зачем? Лучше кайфуй, — и, помогая ей, я отправил тонкую струйку ей в лицо (с ароматом тыквы, кстати, которую она, оказывается, любит).
Однако мой широкий жест зараза не оценила.
— Дай сюда! — выдохнула она и, сама себе противореча, сама попыталась вырвать. — Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты куришь!
— Если бы мы сосались, это имело бы значение, — заметил я, отводя руку с вейпом. — А так, извини…
И еще разок дыхнул на нее дымком, ну, чтобы тоже начала уже кайфовать. Любимая тыквочка ее заметно взбодрила.
— Дай сюда!..
Изловчившись, она вновь попыталась вырвать, я же умело увернулся и поднял руку еще выше. После чего, решив, что три приказа уже слишком много, К без предупреждения, жалости и совести заехала мне локтем в солнечное сплетение.
Пкхааа!.. Я согнулся напополам. И это она еще любя, поверьте, я знаю.
— Сколько можно повторять! — моя дефолт-герл, от руки которой я, возможно, однажды паду, победно выхватила вейп и без прелюдий бросила его вниз на газон.
Так очередной мой вейп пал жертвой Катерины. Определенно, ей нравилось избавлять меня от всего, что приносит мне удовольствие. Однако потеря тут же оказалась отомщена. Не иначе как судьба решила, что должна мне это компенсировать. От резкого движения застежка на ее шее, удерживающая весь верх, щелкнула, и то, что под этим платьем не было лифчика, вышло ей боком. Лоскут ткани соскользнул, обнажив упругие голые шарики, которые сразу же покрылись табуном мурашек — то ли от вечерней прохлады, то ли от моего взгляда. Пожалуй, это был первый момент за целый вечер, когда у меня не нашлось претензий к ее платью.
Выдохнув отнюдь не королевское слово, К торопливо схватилась за ткань, спасая свои оголившиеся сиськи от моих глаз. Это было чистым удовольствием наблюдать, как одной рукой она удерживает ткань на груди, а другой пытается застегнуть ее на шее. Это была уже не просто Катерина — это была уже Катерина 18+. Нецензурная версия для взрослых. Так, Катерин, чей сегодня день рождения: твой или мой? За что мне такой подарок?
— Может, уже прекратишь ржать и поможешь? — повернулась она ко мне спиной.
Я, конечно, разбойник, но благородный — из тех, кто всегда поможет поправить бретельку похищенной даме.
Справившись с застежкой, я просто не смог отказать себе в удовольствии и провел пальцем по ее шее — по коже сразу побежали мурашки, раскрывая, какой подарок она на самом деле от меня хочет. Я провел пальцем чуть ниже вдоль позвоночника, и снова побежали мурашки. Однако вместо благодарности за то, что я угадал, зараза двинула меня локтем. От этого движения, кстати, платье чуть опять не слетело. Определенно, не в таком наряде благородным дамам надо общаться с бандитами. Или благородные дамы сами так напрашиваются?
— Все, достаточно, помог, — отступила она от меня, расправляя смятую ткань на сиськах.
— Мне б кто помог, — посетовал я. — Посмотри, что ты наделала… — и показал себе на пах.
— А при чем тут я? — хмыкнула эта безжалостная дама. — Кто ж виноват, что ты себя в штанах удержать не можешь!
И, вполне довольная собой, направилась к выходу с балкона.
— Платье поменяй! — бросил я в ее голую спину. — Похоже, ты его не контролируешь.
Она лишь дернула голым плечиком, всем видом показывая, что в вопросах контроля разбирается куда лучше меня.
— С этого момента мы просто соседи…
— А если я не хочу быть соседями?
— Можешь переехать, — заносчиво бросила К, — и не будем соседями…
— Серьезно? — перегородил я ей дорогу. — Думаешь, избавиться от меня так просто?
— А если хочешь по-сложному, то повзрослей, вырасти, научись вести себя по-умному, и тогда, может быть, вернемся к этому разговору и пересмотрим твой статус. Сосед.
Надо ли говорить, что с тех пор я не вырос, не повзрослел и не научился вести себя по-умному. У меня был свой план, как вернуться к этому разговору.
Она думала, что в вопросах контроля разбирается куда лучше меня. Вот только в ее жизни было то, что она не могла и не умела контролировать. Я.
Не став морозиться на холодном пустом балконе, я отправился вниз к ее гостям и ее празднику, который она тоже думала, что контролирует. Думать так ей оставалось недолго.
Время для моего главного подарка уже наступало…
  
Ep. 179. Садистка, маньячка, психопатка
 
Экран смартфона погас в руке. Я отдал последние указания и закончил вызов, глядя на наступающую темноту за окном. Блин, хотелось подымить, а было нечем — мой вейп поглотил газон. Иногда я думал, раз от любой вредной привычки есть какое-нибудь свое антисредство: пластыри от курения, кодирование от алкоголя, рехабы от наркоты — то почему нет ничего от такой вредной и опасной привычки, как Катерина? Да, почему нет пластыря от Катерины? Если бы он продавался, в Карпове мигом бы стал хитом. Я бы лично пол-аптеки скупил! Однако если бы такое чудесное средство существовало, зараза не допустила бы, чтобы оно здесь появилось…
Правда, местечко, где я сейчас стоял, погружало в самую пучину этой заразной зависимости. Куда ни посмотри, повсюду ее лицо — вся комната завешана ее снимками. Те из них, на которых меня либо не было, либо она между нами ставила других, мне не нравились. Но были и те, которые неизменно поднимали мне настроение. Например, этот. «Постанова в белом», как я его называю.
Как сейчас помню, как мы его делали. Значит, в центре сидит ее дед — весь в белом, как глава мафии. Старик вообще очень любил красивые жесты. С одной стороны от него стоит мелкая Катерина в белом платье, с другой мелкая Регина тоже в белом, за ней Тимка тоже в белом. И тут вбегаю я — весь в черном! Ну в смысле, я тоже был в белом, но я в лужу упал. К сразу показывает на меня пальчиком и начинает требовать: «иди переодевайся!» А дед говорит: «не, он бандит, для бандита хорошо, пусть так остается.» Старик всегда меня понимал! Дальше я подхожу к К, собираясь занять свое место. «Не подходи ко мне, а то замараешь!» — задирает она нос. В общем, как всегда сама виновата.
  
Нас фотают, и в этот момент я сгребаю ее в охапку, прижимаю к себе и пачкаю ее белое платье, делая таким же грязным, как и я сам. Она возмущенно открывает рот, дед хохочет, Реджи с Тимкой тоже хохочут и смотрят на нас. Это и осталось на снимке. Этот снимок дед и выбрал сюда — и из всех фоток в этой комнате Катерину этот снимок бесит больше всего. Но оставлен, потому что нравился ее деду. Кстати, это и мой любимый снимок тут.