Моя простая курортная жизнь 8 (СИ)

Ммм… За мое волонтерство мне воздалась грамота, подписанная нашим мэром и губернатором — ну что сказать, я рад. Спасибо. Сюрприз так сюрприз. Лучше и не придумаешь, чести большей я в жизни и не удостаивался. Так и хотелось уточнить: а это весь сюрприз или есть что-то еще? Может, например, еще и в щеку чмокнешь? Одному мудацкому М ты бы по-любому на этом моменте воздала больше…
  
Блин, да что ж меня так накрутили-то! Когда я сюда заходил, я думал, что максимум сюрприза — это чай с тортом в компании ее самой и ее мамы, а теперь недоволен и целой грамотой, подписанной аж самим мэром и губернатором! Умеет же Катерина обещать так, что надумаешь себе больше, чем получишь. Хотя эта идиотская М на ее пальце — уже прикрыла бы, это даже неприлично — как бы говорила, что хоть кто-то хотя бы однажды получил от нее достаточно…
— Что-то не так? — спросила зараза, пытливо изучая мое лицо.
— Все прекрасно, — ответил я. — Радуюсь. Сюрпризу.
Она хотела что-то добавить, но тут у нее затрезвонил смартфон. Мы оба машинально опустили глаза на ее экран, где, к счастью, высветилось не «М» — слишком много «М» для одного дня — а «Дядя».
— Подожди тут, я скоро вернусь, — сказала мне хозяйка комнаты и вместе со своим гаджетом быстро удалилась в коридор.
Еще раз осмотрев мой стеклянно-бумажный сюрприз и две заковыристые закорючки на нем, я временно отложил его на стол. Как там говорят: дареному коню в зубы не смотрят? Особенно, когда на нем отметились аж сами мэр и губернатор… Не зная, чем заняться, я снова осмотрелся. Взгляд упал на лежащее тут же массивное кольцо, которое лучше бы сейчас сверкало на пальце. А рядом с ним внезапно обнаружились два буклета: сверху — местного тату салона, который рекламировал быстрое и безболезненное снятие татуировок, а снизу — тоже местной языковой школы, которая предлагала полугодовой курс аж ни много ни мало в самом Лондоне — город не пойми чьей мечты, блин. И судя по тому, что эти два буклета лежали рядом, Катерина все не могла определиться, к чьим же услугам ей стоит прибегнуть.
В который уже раз за этот визит меня укололо неприятное чувство, что я оказался не в том месте и не в то время. Это был не дом, а какой-то музей ужасов злого бывшего, где за каждым поворотом выскакивало что-то, что напоминало о мудаке. Словно всего этого было мало, еще и ее проснувшаяся кошка уставилась на меня с каким-то странным презрением, будто говоря: «что ты здесь забыл? на что ты тут рассчитываешь? думаешь, это место для тебя?» И откуда только научилась такому взгляду? У своей хозяйки, что ли? В принципе неудивительно.
Вообще, я люблю животных. Но тут мне захотелось проверить один мем: что если на кота навести указательный палец, мол, хочешь пристыдить, то он возмущенно вздыбится в ответ. Котов у меня поблизости не было, а мем проверить хотелось. Благо, подвернулась кошка, которую не помешало бы немного пристыдить.
— Смотри сюда, чернозадая, — повернулся я к ней и выставил в ее сторону карающий указательный палец.
Шшш!.. Мигом зашипела паршивка, вздыбилась, как и было обещано, а затем — в меме, кстати, этого не показывали — выпустив когти, прыгнула в мою сторону, явно не для того чтобы ее погладили. Уворачиваясь от этой шипящей заразы, я случайно споткнулся о стоявшую в углу коробку. Что-то зловеще звякнуло, крышка слетела на пол. Честно, я и не думал лезть внутрь — просто потянулся вернуть крышку на место. Так бы и было, если бы… не чертов отбитый Биг-Бен. Взгляд сам упал на кусок статуэтки, торчащей сверху — сломанной, но почему-то все еще не выброшенной. Тут же лежала и прочая мелочевка: сувенирчики, открытки, плакатики — все, что было снято со стен и полок, все, что копилось в этой комнате годами. Особенно мне запомнилась красивая фарфоровая куколка, чем-то похожая на Катерину, завернутая в несколько слоев полотенца, видимо, чтобы ненароком не разбилась. А на самом дне среди парочки засохших бутонов белых роз валялся бумажный комок, который словно смяли, чтобы выбросить, но в последний момент передумали и отправили в эту коробку. Сам не зная зачем, я его развернул.
«Факт 300: Я помню, что я тебя люблю, а ты?»
Из коридора раздался звук шагов, и я торопливо поскидывал все обратно, поправил крышку и с максимально невинным видом отошел. С погасшим смартфоном в руке в комнату вернулась Катерина.
— Что с кошкой? — спросила она, глядя на свою все еще бесящуюся заразу.
— Не знаю, — пожал я плечами. — Проснулась уже такой. А это, кстати, что? — и как бы невзначай кивнул на коробку.
По ее лицу на миг скользнула тень.
— Всякий хлам, — сказала Катерина.
Ну хорошо хоть, сама понимаешь, что это хлам.
— Кстати, — добавил я, кивая на лежащую на столе брошюру, — когда надумаешь сводить татуировку, могу составить тебе компанию. Вдвоем всегда веселее…
А что, я обожаю составлять компанию девушкам, особенно когда они принимают правильные решения.
— Буду иметь в виду, — отозвалась она и улыбнулась.
Блин, а ей реально шло улыбаться — в эти короткие мгновения она казалась менее заносчивой и менее несносной и больше чем когда-либо напоминала мою подругу детства.
Решив, что сей благой порыв надо поощрить, я потянулся к ней. В конце концов, ничто так не помогает забыть одного парня, как другой парень, куда более заботливый и внимательный. А судя по ее пустой комнате и коробке на полу, все указывало на то, что она хотела забыть. Все знаки сходились в одном месте — где-то в районе ее губ. Однако, когда я оказался к ним слишком близко, Катерина резко отодвинулась, а следом ее кошка, пронзительно зашипев, запрыгнув для большего удобства на стол, скакнула оттуда на меня и с мстительным «шшш!» цепанула когтями по моей руке — видать, решив, что в этой комнате я и так позволил себе уже слишком много. А ведь эта бы паршивка тоже неплохо смотрелась в коробке со всяким хламом.
— Ай! — болезненно выдохнул я, когда из параллельных царапин на коже брызнула кровь, что однако не вызвало у хозяйки этой вредительницы какой-то большой жалости.
— Ты что делаешь? — спросила Катерина, еще на шаг отступив от меня.
— Ничего, — отозвался я, зажимая рукой кровоточащие раны.
— Я разве разрешала?
— А на это нужно просить разрешение? — поморщился я, и так уже наказанный ее монстро-кошкой.
— Мне не нравится, когда люди проявляют инициативу.
— Ну да, — не удержался я, — после слишком инициативных людей остаются пустая комната, грязные стены и куча хлама…
Сейчас еще закапаю тебе кровью пол — и будет отличным дополнением к красному пятну на стене!
— Думаю, тебе пора, Роман, — выдала зараза, подхватывая свою дикую кошку на руки и начиная гладить, явно поощряя не меня, а этого монстра.
Вообще, дурной признак так ладить с кошками. Сначала одна, а потом оглянуться не успеешь — и их уже много. Тебе же не впервой распугивать парней. Дождешься — все разбегутся… Только кошки и останутся.
— Ну тогда пока, — я подхватил свой суперценный сюрприз и повернулся к двери. — Хлам твой, кстати, могу выбросить. Если надо…
Причем еще и выброшу этот хлам с удовольствием.
— Не надо. Я сама разберусь, что с ним делать. Всего доброго, Роман, — зафиналила она эту встречу.
Что ж, видимо, по ее мнению, здесь я получил все, чего заслуживал. И кто же виноват, что я не получил больше?..
— А знаешь, — уже в самых дверях я снова повернулся к ней, — прости меня…
— За что? — на миг удивилась Катерина.
— За то, что я, наверное, сам надумал себе больше, чем есть на самом деле…
— И ты меня прости, — после паузы неожиданно изрекла она. — Наверное, из-за того, что я однажды сделала, ты и надумал себе больше, чем есть на самом деле.
  
— Когда-то я был на тебя обижен, — принимая ее извинения, задумчиво кивнул я, — но больше нет…
Просто когда-то я думал, что у тебя нет сердца, теперь же, посмотрев на весь твой хлам, вижу, что оно все-таки есть — просто занято не тем. Однако, убрав весь этот хлам в коробку, ты уже на правильном пути.