Мастер из качалки 2 (СИ)

Ох, ну что за прелестная девушка. А я, грешным делом, подумал, что они все там отбитые. Но нет, гляди-ка, и в их чумной своре затесалась одна разумная особа.
— … Да и есть ли смысл в подобном споре? Разве Небесный мудрец стал бы что-то доказывать безмозглому муравью? Наставница, да вы только посмотрите на него, — указали на меня изящным пальчиком, — У него ведь на лице всё написано, его же наверняка в детстве роняли и притом не раз…
Да никто меня не ронял и с лицом у меня всё путём!
— … А эти лишённые проблесков разума глаза, что больше подходят барану с Сычуаньских полей, а не образованному человеку — разве способны они разглядеть вашу всеобъемлющую мудрость?
Беру свои слова обратно. Она такая же оголтелая стерва, как её наставница!
— Ох, дитя, ты права, — Чэнь Сифэнь мягко погладила подопечную по волосам. — Я едва не уподобилась этим грязным животным. Спасибо тебе Дандан. Ты столь юна, но уже так мудра.
— Всё благодаря вам наставница, — склонила голову зеленоглазая Дандан.
— А вам двоим, — снова обратила на нас своё внимание Чэнь Сифэнь. — Отныне лучше не попадаться мне на глаза. Если вдруг увижу вас в этом году на турнире в Небесном кряже, то пеняйте на себя. Мои дорогие ученицы сделают с вами такое, что даже пыточные Императорского двора покажутся вам…
ПЛЮХ!!! — раздался смачный шлепок. Чэнь Сифэнь резко замолкла. А затем словно бы, не веря в происходящее, покосилась на своё левое плечо.
— Это то, о чём я думаю? — побледнела наставница.
— Ага, эт говно, — подтвердил я, вовсю разглядывая светло-бежевую кляксу, украсившую рукав её платья. — Да вы не расстраивайтесь, вам очень идёт. Прекрасное сочетание цветов…Ой, а что это вы так побледнели?
— Дандан, ты за старшую, — прохрипела Чэнь Сифэнь.
Прикрыв рот руками, наставница Эмей бросилась прочь и уже через два удара сердца скрылась за горизонтом.
— Ого, вот это цингун! — восхитился я её прытью.
Проводив Чэнь Сифэнь взглядом, я снова посмотрел в небо. Мне, в отличие от наставницы Чэнь Сифэнь, светло-бежевый будет совсем не к лицу, поэтому стоит быть на стороже.
А между тем сокол парил уже в каких-то двадцати метрах от нас. Думаю, ещё немного и он вполне может спикировать к земле и зацепить кого-то из присутствующих своими загнутыми словно серпы когтями…
— Нападает! — выкрикнул командир стражи, умело укрываясь за круглым щитом. Остальные блюстителя порядка тут же последовали его примеру.
Ну вот, кажись, накаркал!
Сокол и впрямь резко устремился вниз!
— Эй, Ян Гэ я должен тебе кое в чём признаться…
— Давай как-нибудь потом, — отмахнулась от меня девушка, продолжая неотрывно следить за приближающимся духовным зверем.
Расстояние между нами продолжало неуклонно сокращаться!
— Боюсь, потом будет уже поздно…
Через мгновение я уже мог рассмотреть его янтарные, полные разума глаза. Это точно был яогуай, а не просто здоровенная, кем-то откормленная птица! И сейчас этот самый яогуай нёсся прямо на нас!
Я покрепче сжал кулаки, приготовившись к битве…
Блеснули когти, мне в лицо ударил резкий порыв ветра. Глаза заслезились, я на мгновение зажмурился. А когда снова их открыл, то…едва не обронил собственную челюсть. Сокол-яогуай стремительно уносился прочь!
— Не понял… — только и смог пробормотать я, не в силах осознать произошедшее.
Он что, просто так взял и улетел⁈
* * *
Запершись в своих домах, горожане Орлиного пика сквозь маленькие оконца наблюдали за уносящимся вдаль грозным яогуаем. Делали они это украдкой, всё ещё страшась возвращения хищной птицы. Впрочем, они и до этого не стремились рассмотреть страшного яогуая во всей «красе». А потому, лишь нескольким из них довелось воочию наблюдать за тем, как гигантский сокол пикирует на центральную площадь. И только одному из горожан удалось заметить, как с коричневого оперения слетает самая настоящая крыса!
— Ну и привидится же такое, — пробурчал себе под нос Хуи Лан, самый известный пропойца Орлиного пика и по совместительству полноправный хозяин древнего, полуразвалившегося домика, стоящего особняком на краю центральной площади.
 
Ещё раз протерев глаза, Хуи Лан с тревогой покосился на початую бутыль, в недрах которой плескалась самая дешёвая байцзю. Бутыль сиротливо стояла посреди заваленной всяким барахлом комнаты, прямо на голом давно не знавшем мокрой тряпки полу.
— Так, пора с этим завязывать, — похлопал он себя по щекам. — А то уже мерещится всякое…
* * *
— Слышь пёс, ты где был?
Моему удивлению не было предела. Стоило нам с Ян Гэ вернуться к дому аптекаря Шен-Нунгу, как мы почти сразу заметили эту шерстяную падлу, что без всякого зазрения совести грелась на солнышке прямо у входа в дом.
Увидев эту картину, мне тут же захотелось придушить мелкого засранца ну или скормить его соседским котам. Но пересилив свой кровожадный порыв и поддавшись любопытству, я всё же пустил крыса в дом. Поэтому уже через пару минут мы втроём сидели на кухне и делились последними новостями.
Ну как делились…Это было больше похоже на допрос!
— Небось с крысками городскими развлекался, пока мы братом Гэ жизнями рисковали? И не стыдно тебе после такого нам на глаза попадаться?
— Пи, — покачал головой крыс, доедая десятый по счёту пирожок-пиньинь.
— А чего это мы такие голодные? Что не накормили тебя твои хвостатые потаскухи? Я тебя в последний раз спрашиваю, жертва крысиных утех, ты где шлялся?
— Пи пи пи-пи-пи пипипи пи пи-пи. Пи пипи пи пи. Пи! Пи-Пи! Пи пи пи-пи пи пи пи. Пип-пипи пи пи…
— Чего⁈ Какие ещё черепахи⁈
— Пи-пи-пи!
— Гора Яошень⁈ А она тут при чём?
— Гора Яошень? — внезапно насторожилась Ян Гэ.
— А, не обращай внимания, — махнул я рукой. — Он, видимо, сожрал что-то не то, вот его и накрыло. Со мной такое тоже бывало. А ведь говорила мне бабушка: не трогай ты ту банку с грибами…
— Су Чэнь, будь добр, помолчи, — приложила она руку к моим губам, а после обратилась уже к крысу. — Что за черепахи?
— Пи пи пипиипи пи. Пипи пи.
После того как крыс закончил нести очередную околёсицу, Ян Гэ, наконец, отняла руку от моего рта.
— Что он сказал? — спросила она.
— Ничего интересного, — снова отмахнулся я от неё. — Опять какие-то бредни.
— Су Чень, — в её голосе послышался металл.
— Ладно-ладно. Он говорит, что отыскал четырёх драконовых черепах: Биси-Бэй, Биси-Нань, Биси-Донфан и Биси-Шифан, а после стал их наставником…
— Ха-ха-ха-ха, — расхохоталась в голос Ян Гэ. — Это же надо такое придумать! Ничего смешнее ещё не слышала! Как представлю, что наш крыс наставляет мудрых владык Севера, Юга, Востока и Запада, аж плакать хочется! И правда, бредни. Ха-ха-ха…
— Ну вот, я же говорил, а ты не верила, — потянулся я за последним пирожком.
— Пи! Пи! ПИ!!!
— Предателям слово не давали, жуй молча.
Засунув сочный пиньинь в рот, я встал из-за стола и уже было собрался отправиться на боковую, как вдруг услышал звон колокольчика. Кажется, у нас посетитель. Ну или это блудный хозяин, наконец, вспомнил дорогу к родному дому…
— Юный господин Чень! Юный господин Чень! — донеся до нас радостный голос Шен-Нунгу.
Объявился, значит. Только чего это он такой радостный? А главное — с каких это пор я вдруг стал юным господином?
— У нас получилось! Ваш шприц у меня!
  
Глава 16
 
— Слушай, а ты уверен, что это безопасно?
Шприц в моих руках особого доверия не вызывал. Полностью металлический, громоздкий, да ещё и с иглой размером с добротное шило. Вставлять такую шутку себе в зад мне ох как не хотелось.
— Для крупного рогатого скота — самое то!
Ага, вот только я на представителя крупного рогатого скота совсем не тяну. Моим нежным булочкам будет не по себе от такой здоровенной иглы.
— А если для скота помельче? — на всякий случай поинтересовался я у Шен-Нунгу.