Мастер из качалки 2 (СИ)

Провернув всё это, ему оставалось лишь ждать. При этом Шен-Нунгу рассчитывал, что господин Шу заглянет к нему в лучшем случае через три дня, но любвеобильный управитель вызвал его к себе этим же вечером. Ну а дальше все было в лучших традициях тёмного аптекаря. Опытный Шен–Нунгу наплёл своему новому пациенту всяких небылиц про плохую экологию Орлиного пика, возрастные изменения и, конечно же, не забыл упомянуть о неправильной планировке дворца управителя, что совсем не соответствовала нормам современного Феншуя. Таким образом, навесив лапши на уши господину Шу, он стал не только его личным аптекарем, но и взял на себя заботу о перепланировке дворца Орлиного пика.
Шен–Нунгу довольно потёр руки. С этого момента его жизнь снова вернётся в былую колею и он как и прежде начнёт купаться в золоте. И длиться это будет до тех пор, пока наивный городской управитель будет продолжать мазать свои залысины созданным им Шен–Нунгу лекарством.
«Создай проблему, а затем продай её решение.» — повторил про себя вековую мудрость Шен–Нунгу. Он всегда следовал этому золотому правилу, и оно его ещё никогда не подводило.
Вскоре аптекарь покинул тесные тёмные переулки Орлиного пика и, наконец, вышел к собственному дому…
— Вы аптекарь Шен–Нунгу? — внезапно окликнули его.
Присмотревшись к тени большой акации растущей неподалёку от его дома, аптекарь заметил трёх молодых людей в бело-голубых одеждах.
Секта Мудан — с лёгкостью опознал их многоопытный Шен–Нунгу. Но оставался ещё один вопрос: что эти трое здесь делают и почему один из них сидит, приткнувшись к дереву, а не приветствует старшего по возрасту, как это положено среди представителей ортодоксальных сект?
— Наш брат отравлен Изумрудной смертью! Пожалуйста, спасите его! — двое из Мудан низко склонили головы.
«Изумрудная смерть⁈ И он до сих пор жив⁈» — пронеслось в голове Шен–Нунгу.
В этот момент губы аптекаря сами собой растянулись в предвкушающей улыбке. Он давно хотел попробовать одну из практик ядовитого клана Тан, но никак не мог отыскать для этого подходящий материал…
  
Глава 9
 
Ян Гэ с тревогой следила за тем, как аптекарь Шен–Нунгу на пару с Шенем укладывают её дорогого брата на кровать.
— Ох, ну и тяжеленный он у вас, — схватился за спину хозяин дома. — Впервые встречаю такого здоровяка в Мудан. Ему сколько, лет двадцать?
— Он наш ровесник, — поправил его Шень.
— Да ладно! — искренне восхитился Шен–Нунгу. — А тело прям как у взрослого представителя Небесного клана.
— Это вы ещё под одежду не заглядывали, — не осталась в стороне Ян Гэ.
— И часто вы с ним друг другу под одежду заглядывали? — не удержался от издёвки тёмный аптекарь.
Услышав эти слова, Ян Гэ смутилась и в который уже раз за сегодня порадовалась тому, что на дворе ночь, а светильники в доме аптекаря Шен–Нунгу едва освещают большой зал. Благодаря этому факту, её смущение и слёзы не были до сих пор замечены ни самим Шен–Нунгу ни её братом по секте.
Украдкой смахнув слезу Ян Гэ снова посмотрела на бессознательного Су Ченя.
— Господин Шен–Нунгу, скажите, с ним всё будет в порядке? — её голос дрогнул.
— Пока рано, говорить, — огладил чёрную козлиную бородку Шен–Нунгу. — Но если он ещё не умер, то…
Внезапно Су Чень вздрогнул как от удара, а после зашептал что-то неразборчивое себе под нос.
— Ну вот, началось… — произнёс Шен–Нунгу.
— Что началось⁈ Что с ним⁈
— Первая стадия Изумрудных снов, горячечный бред, — спокойно ответил Шен–Нунгу, одновременно с этим потянувшись к лотку с лекарскими пилюлями и снадобьями.
А тем временем слова доносящиеся изо рта Су Ченя становились все громче и отчётливей.
— … Крыс брат мой…
— Пи? — заскочила на лежанку здоровенная крыса.
— … ты должен найти их…
— Пи?
— … найди четырёх черепах…
— Пи⁈
— … обучи их всему…всему, что знаешь…мои знания…не должны пропасть впустую…
На несколько секунд помещение погрузилось в тишину. Бред сменился прерывистым дыханием.
Всё это время аптекарь Шен–Нунгу продолжал копаться в ящике для лекарств…
 
— А ещё…передай Ян Гэ, чтобы продолжала приседать…упругий зад всегда в цене…Ха-а-а-а-а-а…Ха-а-а-а-а-а…
Су Чень снова замолчал. Но на этот раз сделал он это не по своей воле.
— Кхем-кхем, — покашлял Шен–Нунгу. — Это, конечно, не моё дело, но если ты так и продолжишь его душить, то боюсь, моя помощь уже не понадобится.
— Простите! — отдёрнула руки Ян Гэ.
— Хах… — снова задышал полной грудью Су Чень.
— А теперь позволь узнать, что это сейчас такое было? — Шен–Нунгу, наконец, отставил в сторону лоток с лекарствами и приблизился к больному. В его руках покоилась небольшая деревянная подставка с ядовито-зелёной пилюлей.
— … Бред, — немного замешкалась перед ответом Ян Гэ. — Вы же сами сказали, что он бредит.
— Я не об этом, — начал было аптекарь, а затем просто махнул в её сторону рукой. — Впрочем, неважно, не мне вас осуждать. Хотя должен признать, я впервые слышу, чтобы среди представителей секты Мудан практиковались подобные вольности…
— Это не то, что вы подумали! — залилась краской Ян Гэ.
— Да, да, как скажешь. — снова отмахнулся от неё Шен–Нунгу. — А теперь отойди.
Ян Гэ послушно отступила в сторону, пропуская мимо себя аптекаря.
Шен–Нунгу подошёл вплотную к лежанке, склонился над больным, пощупал его пульс. А после, на глаз отломил небольшой кусочек от ядовито-зелёной пилюли и отправил его в полураскрытый рот больного.
— Это поможет? — с надеждой спросила Ян Гэ.
— А я знаю? — пожал плечами Шен–Нунгу. — Я же такое никогда не лечил…
В этот момент Су Чень вдруг резко изогнулся дугой, нечленораздельно что-то прохрипел, а затем вдруг резко затих.
В руке второго молчавшего до этого ученика внезапно блеснул нож.
— Без паники! — воскликнул Шен–Нунгу, почуяв угрозу. — Всё в порядке, он жив! Просто окончательно попал под действие изумрудных снов! Я здесь ни при чём…
— И чем ему это грозит? — Ян Гэ и сама знала ответ на свой вопрос, но не задать его она просто не могла.
— Попаданием в лучший мир. Изумрудные сны дарят мечту. Сейчас ваш брат осуществляет все свои самые сокровенные фантазии. А уж какие это фантазии — я могу лишь предположить. Возможно, именно в эту самую секунду этот юноша повергает самого Небесного демона или становится героем всего Лояна. А может, просто пьёт змеиное вино в окружении прекраснейших из женщин…ну или мужчин, кто знает? Одним Небесам ведомо, чем он сейчас занимается…
* * *
— Жми, Володя! ЖМИ!!!
Да жму я, жму! Чё, не видно, что ли⁈
И чего он так орет-надрывается? Здесь же от силы триста килограмм — детский вес.
Я в очередной раз опустил штангу на грудь, а затем на выдохе вытолкнул её обратно.
— Давай ВОЛОДЯ я с тобой! — продолжал надрываться Иван, мой личный подстрахуй.
Смотри-ка, как старается. Мне даже немного стыдно, ощущение такое, будто это не я, а он занимается. Вес, что ли, повысить?
Поставив штангу на упоры, встал со скамьи.
— Уф хорошо, — выдохнул я, а после обратился к страховавшему меня парню. — Спасибо, Ванек. И хорошо, что ты сегодня в штанах. А то в прошлый раз как-то не очень вышло.
— И не говори, — согласился он со мной. — Ну что, давай ещё по полтинничку навесим? А то уж как-то слишком легко пошла.
— А чего бы и не навесить, — согласился я с ним. Было и впрямь легко. — Давай, навесим.
Я уже было собрался направиться к стойке с блинами, как вдруг заметил в нашей качалке троих новеньких.
— А эти трое кто такие? Я их раньше у нас не видел.
Проследив за моим взглядом, Ваня тут же ответил:
— Тот смазливый то ли голубок, то ли из пляжного бодибилдинга. Глянь, жопа какая, прямо как у девки.
— Ага, такое ощущение, что я уже где-то её видел.
— Володь, ты меня пугаешь, — смерил меня странным взглядом напарник.