Газлайтер. Том 8 (СИ)
А от следующих слов Дани у Степана чуть брови на лоб не лезут.
— Дословно: «Если позволите, в качестве награды за живого ракхасского вождя с его свитой и мертвого зверя я бы хотел получить титул и право на многоженство».
Тут уже даже «черномундирщиков» пробило. О покрасневших девушках за спиной Дани и говорить не стоит.
— Кха-кха, — аж закашлялась правая ищейка, к удовольствию Степана. — Интересное пожелание. А вы, часом, не считаете ли наглостью просить у Престола конкретную награду, тем самым собственноручно оценивая свои заслуги заместо Царя?
— Решать Царю, конечно, — равнодушно отвечает Данила. — Я лишь высказал свое пожелание. Если Царь посчитает мои заслуги не достойными такого награждения, что ж буду продолжать работать в этом направлении.
— До Владислава Владимировича будут дословно доведены ваши слова, — холодно отвечает ищейка.
— Благодарю, господа агенты, — кивает Данила, а затем оборачивается к Степану. — Господин полковник, разрешите, я закрою еще одну «нору» в трех километрах отсюда?
— А как вы ее обнаружили, сударь Вещий? — одна из ищеек сразу заподозрила неладное.
— У меня ручной крылатый зверь сейчас летает над лесом и высматривает «норы». А я с ним через ментальную связь соединен. Я ведь телепат, вы не знали? — удивляется Даня.
Агенты делают скисшие рожи и отмалчиваются.
Степан едва сдерживается, чтобы не рубануть рукой воздух от удовольствия. Хорош, хорош! Так-перетак этих дотошных ищеек! А то ишь взяли моду — везде нос совать!
— Хорошо, иди, Данила, если еще есть силы, — разрешает Степан.
Отпущенный отряд Вещего уходит. По дороге Данила достает мобильник. Степан улавливает его отдаляющийся голос:
— Студень, пригнали рефрижераторы? Сколько? Надо еще с десяток минимум! Да, звони Сереге! А прицепы? Мне надо такие, чтобы можно было запрячь волкомедведей. На Ту Сторону потащат. Зачем-зачем…За мясом, зачем еще!
Степан качает головой. Еще мясо⁈ Когда же этот пацан успокоится⁈
* * *— Ну что там еще у тебя? — спрашивает Царь Борис, со вздохом оглаживая короткую бороду. — Время за полночь уже.
— Да больше ничего в целом, — Владислав задумчиво пролистывает заметки. — Английского шпиона выявили, пока лишь следим с кем контактирует… Ах, да, Вещий опять засветился.
— И не говори, — Царь откидывается на спинку кресла. — Имперские новости вперед тебя об этом рассказали.
— Так, у меня же всё докладывается в порядке очереди с учетом важности, — царский брат кивает на блокнот со списком. — В общем, парень передал пожелание о награде.
— Вон оно как? И какое же?
— Жениться хочет, — смеется Владислав. — Причем не на одной, а на нескольких. Ну и титул еще.
— Хм, весь в деда, — неодобрительно качает головой Борис. — Надеюсь, что только в плане любвеобильности.
— Ага, — Владислав тоже бы не хотел, чтобы Данила повторял ошибки Михаила. Так было бы безопаснее — и для него самого, и для всего Царства. — Многоженство — это вопрос, который многих волнует. И, позволь заметить, его давно пора как-то регулировать с помощью законов, а не только даровать право с царской милости.
— Да знаю я, Влад, — отмахивается Царь. — Всё знаю. Эх, и неймется же им.
— Ну не все в Царстве однолюбы, как Ваше Величество, — подмечает Владислав. — И что решишь?
— Тут думать надо, — Царь встает и достает из серванта бутылку беленькой. — Серьезно думать. И ты мне в этом поможешь, брат.
Глава 6
Планы, планы…
— Говори, как думаешь, — требует Царь после третьей стопки. — Я ведь чувствую, Владик, что тебе не по душе моя семейная политика.
— Ну почему же не по душе? — отнекивается Красный Влад, водя по кабинету осоловевшим взглядом. — Просто, я считаю, ничего не должно стоять на месте, в том числе и государственные законы. Во время гражданских междоусобиц ты ограничил права дворян, чтобы легче было их контролировать. Но сейчас, когда твоя власть крепка, у нас уже другая проблема — повышение рождаемости магов, и уж тем более двударников. Нельзя отставать от остального мира. Тех же ханьцев в разы больше чем нас. А ведь они продолжают размножаться, и жен у них несколько…
— Да, ханьцы на границе — это проблема, — задумчиво роняет Царь. — Двударники, значит.
— Сам знаешь, у нас давно толкуют, что надо разводить двударников, потому что это, по их словам, уникальный код нации.
— Это лоббисты заботятся вовсе не о нации, а о себе, — фыркает Царь. — Двударники — всего лишь повод. Потом потянут под гребенку других, например, редкие Дары вроде телепатов и Целителей, ну а затем скажут — раз этим дали, давайте уж тогда и всем.
— Как бы то ни было, позиция лоббистов усилится после последних новостей. Вещий захватил вождя ракхасов, а парень обладатель двух Даров. Да и Вещий далеко не первый из двударников, кто выделился.
— Эх, хотел же я потянуть с этим, — вздыхает Царь, — и в первую очередь заняться реформами в более важных сферах, как оборона и транспорт.
— Демография также важна, — вкрадчиво замечает Владислав.
— Нет, Владик, ты всё же поддерживаешь этих полигамников, — осуждающе качает головой Царь, на что Красный Влад лишь пожимает плечами. — Ладно, твоя взяла — я даю добро на разработку законопроекта о двударниках. Доволен? Можем закругляться, — Царь отодвигает от себя пустую стопку.
— Боря, а с Вещим мы так и не закончили. Ракхасов в плен еще никто не брал. Надо ж наградить парня, ну и трех девушек в его доброотряде. Да и багрового зверя уже год не то, что не били — даже не встречали.
— И слава богу, — коротко крестится Царь. — А что за девушки?
— Две провинциальные дворянки и одна простолюдинка. Все юные одаренные.
— Хм, и они вчетвером загасили багрового и осилили толпу ракхасов?
— Вместе с гвардейцами Вещего и прирученными волкомедведями, — поясняет Владислав.
— Мда, дела, — Царь цокает языком. — Бойкое поколение растет нам на смену, нечего сказать. Значит, так. Дадим парню третьего Георгия и титул барон. Только вперед проследи-ка, что он готов к титулу. Не хотелось бы на следующий день после награждения получить новость о смерти Вещего в дуэли с каким-нибудь ловкачом-мечником.
— Прослежу, — кивает Владислав. — А что по девушкам?
— Простолюдинке — потомственное дворянство. Родам дворянок — недвижимость, изъятую у опальных бояр: у нас в загашнике хватает шикарных столичных усадеб. Ну и всем денежное награждение и ордена Славы.
— Ясно.
— И можешь поговорить с Вещим — что-то сильно он выделяется. Я вовсе не говорю, что парню не надо было спасать город от багровой угрозы, но ведь нам нужно до поры до времени скрывать подрастающего Филинова, и этому явно не способствуют его ратные подвиги.
— За это не волнуйся, — посмеивается Владислав. — Через месяц Вещий поступит в Академию, и ему будет уже не до ратного дела.
— Хорошо бы.
* * *Прошла неделя с того дня, как мы с «Русичами» убили Подземного Червя. Да, кстати, всё же удалось вытащить с Той Стороны всю гигантскую тушу. Ну почти всю. Пришлось провозиться целый день, арендовать все прицепы и рефрижераторы в городе, гнать машины к базе и обратно по десятки заходов, умаять волкомедведей, припахать как грузовых волов стадо хомуйволов, что попалось неподалеку, но мы это сделали! Можно теперь полгода не охотиться, хе. Как раз до военных сборов в Академии. Да, столько мяса у нас еще никогда не было. Бьём личные рекорды.
Поэтому остальную неделю я смог посвятить себе любимому. Вкусно ел, вкусно спал, вкусно медитировал. Правда, уединиться было сложно. Камила, Лена и Света постоянно пытались вывести меня на разговор и нет, их не столько волновала тайна моих способностей, сколько моя просьба Охранке разрешить мне многоженство. Загорелись девчонки, понимаешь ли. Но я не сильно мучался из-за этого. Наоборот, не стесняясь, пожинал плоды, ведь девушки стали очень угодливыми, послушными и заботливыми. Даже Светка старалась не ворчать, а больше направлять свою энергию в созидательное русло — каждый день присылала мне домой разносолы собственного приготовления. Не отставали и Камила с Леной. Как Лакомка сказала с хитринками в глазах: заслуживают брак. Похоже на то.