Безжалостный (ЛП)

— Это то, о чем я думаю? — спрашивает Маркус.
— Да.
Я смотрю на конверт, и дыхание вырывается из моих легких.
Джексу, когда он ждет своего первого ребенка.
Это почерк Маркуса.
Мои руки начинают дрожать, когда я открываю конверт и вынимаю из него страницу.
Джекс,
Как бы я хотел быть здесь. Даже если меня здесь нет, просто закрой глаза, потому что я стою рядом с тобой. Я всегда буду рядом с тобой.
Ты будешь замечательным отцом. Я знаю это, потому что ты - замечательный друг. В тебе столько любви и страсти. Ты яростно защищаешь тех, кого любишь. 
В тебе это есть.
Маркус.
Я встаю и обнимаю Маркуса, делая глубокий вдох.
— Спасибо, — шепчу я, прежде чем отстраниться. — Думаю, теперь моя очередь.
Я закрываю глаза и пытаюсь сдержать свои эмоции, прежде чем повернуться к Док.
— Я так благодарна тебе. — Я опускаюсь перед ней на колени и беру ее руки в свои. — Я благодарен за эти руки. Ты так много дала мне в этом году. Ты подарила мне Маркуса. Ты подарила мне ребенка. Ты подарила мне свою любовь. Ты - моя бесконечность, док. Пожалуйста, выходи за меня замуж.
Я достаю кольцо из кармана и, держа его на ладони, предлагаю ей все, что я есть.
— Джексон, оно идеально, — вздыхает она, беря кольцо с моей ладони. Я сделал его для нее. Это простое кольцо с узором в виде бесконечности. — Да. — Это едва слышный шепот, но я слышу его отчетливо.
Я надеваю кольцо на ее палец и прижимаюсь к нему губами.
Я встаю и поворачиваюсь к Маркусу.
— Раз уж ты решил остаться, будешь ли ты крестным отцом нашего ребенка?
— Ты уверен, что хочешь этого? — спрашивает Ретт. — Мы говорим о Маркусе.
— Ретт! — отругала его мисс Себастьян. — Я перегну тебя через колено, и это не будет извращением.
Маркус протягивает мне руку, и я, не раздумывая, беру ее.
— Сочту за честь, — шепчет он.
Я сажусь обратно и обхватываю Док рукой, притягивая ее к себе. Другую руку я кладу на ее очень беременный живот; тогда она накрывает мою левой рукой. Я смотрю на свое кольцо на ее пальце.
Черт, я счастливый мудак.
— Моя очередь, - говорит Мия, и мы все смотрим, как она разрывает конверт.
Забавно, что Мия и Ли забеременели в одно и то же время. Я смотрю на Логана и улыбаюсь. Наши дети будут практически близнецами, как и мы.
Мия и Логан читают свое письмо от Маркуса, после чего Мия встает и обнимает Маркуса.
— Я благодарна тебе, Маркус.
Когда наступает очередь Картера, он обнимает Деллу. — Я благодарен тебе за то, что ты вышла за меня замуж. — Он смотрит вниз на своего сына на ее руках. — Спасибо тебе за наших детей.
Они назвали его Кристофер Майлз Хейз в честь отцов Картера и Деллы.
Ретт встает и подбрасывает Дэнни в воздух. Она взвизгивает от смеха.
— Я благодарен тебе, Дэнни.
Когда он опускает ее обратно, она обхватывает его за шею и прижимается поцелуем к его щеке.
— Я благодарна тебе, дядя Ледж. — Она смотрит на него серьезными глазами. — Ты будешь моим крестным? Я тоже хочу.
Ретт смотрит на Картера. — Я думаю, это отличная идея. Мы собирались подождать до крестин, но сейчас тоже подходящее время. Дэнни задала тебе вопрос, Ретт.
Ретт смотрит на Дэнни с такой любовью, что говорит, — Принцесса, я буду тем, кем ты захочешь меня видеть. Я буду твоим крестным. Я буду твоим шутником, когда тебе нужно будет посмеяться. Я буду твоим рыцарем, когда тебе понадобится моя защита. Мое сердце принадлежит тебе.
— Я просто очень хочу, чтобы ты был моим крестным, — говорит Дэнни.
***
Ли
Почти пять недель спустя...
— Как ты мог так поступить со мной! — простонала я, когда началась очередная схватка.
Джексон смотрит на меня широко раскрытыми глазами с бледным лицом. Он уже собирается что-то сказать, но тут вмешивается Себастьян, сидящий между моих ног.
— Он сожалеет. Ему следовало держать свой член в штанах.
Я начинаю смеяться, но очередная схватка стирает улыбку с моего лица.
— Пора, доктор Бакстер, — говорит Себастьян. — Тебе нужно начинать тужиться.
  
— Мне нужны обезболивающие, — кричу я. — Дайте мне больше обезболивающих. Оно не действует достаточно быстро.
— Скоро начнет действовать. Перестань просить и начинай тужиться. Чем скорее этот маленький райский комочек увидит день света, тем скорее ты почувствуешь себя лучше.
— Ты права. — Я дышу через боль и, крепче сжав руку Джексона, начинаю тужиться.
Я продолжаю тужиться до тех пор, пока мне не начинает казаться, что мои внутренности вот-вот выйдут наружу.
— Почти, малышка. Еще одна потуга, — кричит Себастьян.
Я закрываю глаза и тужусь изо всех сил.
— Боже мой! Она прекрасна. Смотрите, у нас новая девочка.
Джексон не отпускает меня, пока Себастьян прочищает носовые ходы нашей малышки, и первый пронзительный крик эхом разносится по комнате.
Себастьян заворачивает ее в мягкое одеяло и подносит к нам. Она кладет нашу дочь мне на руки, и я теряю всякую способность соображать.
Нет фактов.
Нет уравнений.
Есть только чудо в моих руках.
Мама была права. Теперь я понимаю. Некоторые вещи просто невозможно объяснить.
Любовь, которую я испытываю к Джексону, не поддается объяснению.
Любовь, которую я испытываю к своей дочери, настолько сильна, что переходит все границы. Она охватывает все время, все пространство, каждую частицу моего существа. Мой разум никогда не сможет постичь того, что чувствует мое сердце к моей дочери.
— У нас дочь, — шепчу я Джексону.
Он сует свой палец в ее маленький кулачок, и она мгновенно крепче прижимается к нему.
— Как ее зовут? — спрашивает Себастьян.
— Дэш, — шепчет Джексон. — Дэш Марсель Уэст.
— Привет, Дэш, — шепчу я, глядя ей в глаза. — Твое имя означает бесконечность, как и наша любовь к тебе. Марсель означает храбрая, как твой дядя Маркус.
Я возношу безмолвную молитву своей маме, молясь о том, чтобы Дэш всю жизнь знала только бесконечную любовь. Я молюсь, чтобы у нее была сила ее дяди и непоколебимая преданность отца.
Конец
Следующая книга: Разрушительный | Маркус и Уиллоу
МАРКУС
Я хорошо умею обманывать людей. Слишком хорошо.
Я позволяю людям думать, что я ублюдок.
Потом в мою жизнь входит Уиллоу, и как бы я ни старался ее отпугнуть, она все равно возвращается.
Но у каждого есть свой предел, и я боюсь, что Уиллоу его достигла.
Почему, когда ты думаешь, что не хочешь кого-то, он становится самым важным человеком в твоей жизни... Но не слишком ли я опоздал, чтобы показать ей, как сильно я ее люблю?
УИЛЛОУ
Я так старалась бороться за нас. Но некоторые вещи нельзя спасти.
Говорят, если ты действительно любишь кого-то, ты должен освободить его. Если человек возвращается, значит, он должен быть твоим.
Единственная проблема с этой теорией заключается в том, что даже если он возвращался, он всегда уходил снова.
Сколько душевной боли может выдержать одно сердце?
Сколько отказов может вынести один человек?
Человек, которого я люблю больше жизни, сломал меня.
Вот почему я должна уйти.
Эта книга № 4 в серии "От ненависти до любви". Каждая книга серии посвящена отдельной паре. Чтобы в полной мере ощутить их дружбу, я рекомендую начать с "Бессердечного".
Notes
[
←1
]
Отказ от реанимации