Поймай меня (СИ)

Анна закрыла ладошку и прижала ее к груди:
— Спасибо огромное! Я сохраню твой секрет.
Парнишка кивнул и вернулся в дом. А Анна поспешила к себе. Действовать нужно было быстро, пока никто не решил пригласить ее весело провести выходные. Она взяла рюкзак и покидала туда самое необходимое. Потом завернула арбалет в шарф.
— Куда это мы собираемся? — серьезным собачьим тоном спросил Цезарь, усевшись на пятую точку.
— На встречу с драконами.
— Принято! Давай, найдем того зеленого? Очень хочу опробовать на нем зубы.
Цезарь зарычал, вспоминая свой провал в роли охранника.
Анна ухмыльнулась:
— Хотелось бы, конечно, встретить Играса, но и для зеленого у меня тоже кое-что припасено, — она похлопала по арбалету.
Сборы Анна закончила довольно быстро, и они с Цезарем покинули дом, когда солнце только перевалило свой зенит. Они старались идти быстро, ни с кем не вступая в разговоры. До конюшни добрались без приключений. Зато в самой конюшне их ждал сюрприз.
— Виктор?! — воскликнула Анна, увидев, как мужчина седлает своего черного единорога.
— И вечно этот изумленный тон, — усмехнулся тот.
Он подошел к девушке, приобнял за талию, попутно ощутив арбалет за спиной, и впился в ее губы долгим поцелуем. Анна обняла его за шею.
— Ну, хватит уже, — деланно возмутился Тур. — У меня, вообще-то, есть еще планы на эти выходные.
Он тоже седлал единорога, но только белого, чуть светлее его перьев на крыльях.
— И ты здесь?! — изумилась Анна, когда, наконец, оторвалась от мужчины.
— Нет, — усмехнулся Тур. — Это ты — "и ты здесь", а я сюда первым пришел.
Он запрыгнул на единорога и стал ждать остальных. Виктор помог Анне с Ветром, и они все покинули конюшню.
Тур искоса поглядывал на коня.
— Не понимаю я вашей страсти с Ви к этим лысым недоединорогам.
Ветер фыркнул, будто понял, что прозвучало нечто оскорбительное.
— Ты знаешь Ви? — удивилась Анна.
— Да, вместе учились, но он потом попал в твой мир и это его надломило. Не знаю, чем, да, и знать не хочу, — Тур пожал плечами и продолжил. — Лошади очень сложные и скрытные. Словно, замышляют что-то.
Анна непроизвольно сжала поводья.
— В моем мире лошади считаются одними из умнейших животных! — возразила девушка.
— Вот-вот, — утвердительно кивнул Тур. — Сложными и скрытными. С единорогами гораздо проще — команду дал, они повинуются.
— Интересно, что он думает о собаках? — спросил Цезарь.
Тур перевел взгляд с гавкнувшего пса на его хозяйку, будто ждал перевод.
— Почему у вас собак практически нет? — вместо этого спросила Анна.
Лошади и единороги ступали плавно, спокойно. Напоминая о приближающейся весне, слегка пригревало апрельское солнце. Все способствовало беседе.
Тур задумчиво посмотрел на Цезаря:
— У нас их боятся.
Анна постаралась посмотреть на пса как бы со стороны: довольно крупная косматая овчарка. Да, есть чего испугаться, но не настолько же.
— Считается, что оборотни сродни собакам. Что волком обернуться, что собакой, не имеет значения, — объяснил Тур.
— Но на празднике к Цезарю отнеслись спокойно, — возразила Анна.
— Потому что он был одним из нас. Как уж там они себе этот факт объяснили, не знаю, но нам они доверяют, — Тур пожал плечами.
Анна усмехнулась:
— Видал, Цезарь, ты у нас привилегированный!
Дальше разговор продолжился в том же направлении: сравнении двух миров. Кошек здесь тоже не жаловали, им так же не доверяли. В общем, из всех домашних животных приветствовался только домашний скот и единороги. Как поняла Анна, местный народ привык всего бояться, поэтому и не подпускал к себе ничего, что не является крайней необходимостью.
Вскоре начало смеркаться, и мужчины предложили продолжить поход утром. Как и в прошлый раз, Виктор наколдовал купол, чтобы их не было видно с дороги.
Пока Виктор и Анна ставили палатки, Тур метнулся за ужином. Вернулся он с четырьмя птицами неопределенного вида, так как они уже были освеженными. Он развел костер, насадил птиц на вертел и занялся своей палаткой. Виктор немного поколдовал, чтобы ужин приготовился быстрее. Анна достала из своего рюкзака подсушенный хлеб и сыр.
 
— А вы вот так ужинаете у себя в Иномирье? — поинтересовался Тур, отрывая ужину крыло и кидая его Цезарю, которому и так досталась целая птица.
— Конечно, — кивнула Анна. — Когда отдыхаем.
Мужчины непонимающе переглянулись.
— Ловите добычу и жарите ее на костре, чтобы отдохнуть? — недоверчиво переспросил Виктор.
— Нет! — Анна рассмеялась. — Мы покупаем мясо в магазине, маринуем. У нас это называется "шашлык". Добавляем лук, помидоры. Выезжаем за город, ставим мангал — типа этого костра. Жарим шашлык, общаемся, отдыхаем.
— Ну, — протянул Тур. — Может быть, может быть.
После ужина все разошлись по своим палаткам. Не смотря на поездку и свежий воздух, Анна никак не могла уснуть, ворочалась с боку на бок. Цезарь мирно похрапывал в углу, казалось, его заботы хозяйки не волновали.
Девушка взглянула на часы — 00.49 Она встала, обулась и тихонько вышла. Пес сделал вид, что не заметил. Мало ли, куда ей приспичило?
Анна тихонько отодвинула полог палатки Виктора. На столе горел маленький светильник в виде колбы и пляшущего огонька внутри. Мужчина сидел на кровати и делал какие-то записи. Он поднял на Анну встревоженный взгляд:
— Что-то случилось?
Девушка мотнула головой и подошла ближе:
— Наверно, — она присела на край кровати. — Не могу уснуть. Ты так близко.
В тусклом свете и абсолютной ночной тишине он был слишком привлекателен, чтобы устоять. Анна протянула руку к его рубашке и распахнула ворот, прикоснулась к груди. Волна желания поднялась к горлу откуда-то из области солнечного сплетения. Но Виктор резко схватил ее за руку и прошептал:
— Не надо!
Анна непонимающе посмотрела на него, щеки вспыхнули от обиды и злости. Она вскочила и попыталась выбежать, но Виктор вновь оказался быстрее. Он подскочил к ней и остановил, взял за руки и стал целовать каждый пальчик. Потом подвел к кровати и заставил лечь, сам лег рядом и обнял. Прижал ее к себе и погладил волосы.
— Только не обижайся, пожалуйста, — дрожащим голосом попросил он. — Сейчас не время, это все усложнит.
Анна воспользовалась тем, что он не видит ее лица и позволила глазам заблестеть. Она уткнулась в его грудь, сложив руки перед собой. Слушая его тихий голос и вдыхая его аромат Анна, наконец, уснула.
Виктор продолжал гладить ее волосы и говорить уже что-то совсем несущественное, чтобы просто ее успокоить. Попутно он прошептал заклинание подавления, так как все его мужское естество взывало о пощаде. Но, если желание он смог усмирить, то чувства нет. И сейчас он пытался запомнить каждое мгновение наедине с ней, чтобы вспоминать потом, когда снова ее потеряет.
Следующий день выдался солнечным. Солнце слепило и по-весеннему грело. Наскоро позавтракав, компания отправилась в путь. Направление выбрали единодушно, так как каждый чувствовал присутствие монстров. Почти каждый. Анна не испытывала никаких чувств по поводу того, в какой стороне находятся драконы или происходит что-то магическое. Зато Виктор отлично чувствовал присутствие магии и своего брата, Тур — монстров, а Цезарь — зверя. Что чувствовал Ветер, никто не знал, так как Никита почему-то так и не смог с ним заговорить.
Через пару часов пути Тур внезапно остановил своего единорога и повернул его в сторону еле заметной в снегу боковой дороги.
— Что? — Виктор нахмурился.
Ноздри единорога раздувались, тело напряглось.
 
— Там что-то нехорошее творится, — напряженно проговорил Тур.
Анна пригляделась: где-то вдалеке виднелись крыши домов. Цезарь сразу сел, радуясь возможности немного передохнуть.
— Это Споровка? У них есть маг? — Виктор развернул своего единорога.
Было видно, что тот повиновался неохотно. То ли чувствовал опасность, то ли встревоженность наездника.