Поймай меня (СИ)

Анна невольно залюбовалась молодой девушкой: красивое немного круглое лицо, большие голубые глаза с длинными ресницами, яркие кубы, белоснежные зубы и длинные волосы цвета спелой пшеницы. А еще она — дочь Всемага!
Виктор был бы с ней счастлив.
Анне стало грустно. Кто она? Почти разведенка с двумя детьми, которые уже прекрасно обходятся без нее. Было бы благоразумнее вернуться в Москву и забыть этот мир, но здесь останутся ее дети! А ей так хотелось сделать этот мир безопаснее для них, чтобы Никите не приходилось сражаться с драконами и оборотнями, а Алисе восстанавливать сожженные жизни. Вот сделает она задуманное и можно будет успокоиться. Вернуться в свой цветочный магазинчик…
— И вы не представляете, как девочки от него тащились! — продолжала Летур. — Но он смотрел только на меня! Конечно, мы бы могли и тогда пожениться, но это создало бы массу проблем. Как мне ему экзамены сдавать? — Девушка засмеялась. — А теперь-то можно уже? Но он такой нерешительный! Наверно, боится моего папу.
— А кто твой папа? — Анна заставила себя включиться в разговор.
Летур пренебрежительно отмахнулась:
— Он глава магического совета, Всемаг. Но что его бояться? Он уже почти на пенсии. Мы с мамой его давно уговариваем оставить свой посох, передать кому-нибудь помоложе.
Девушка откусила ватрушку и продолжила что-то говорить с набитым ртом. Окно было приоткрыто, и весенний ветерок теребил белые кружевные занавески. Анна подумала, что кто-то из творителей немало постарался, создавая такую красоту.
— А на каком факультете ты училась? — спросила Анна.
Летур, наконец, прожевала, сглотнула, запила чаем.
— На факультете творителей.
— Ого! — воскликнула Анна. — Моя дочка тоже учится на этом факультете.
Летур немного смутилась.
— Как-то я забываю, что у тебя уже дети. Ты не выглядишь старой.
Анна негромко рассмеялась, заметив, что девушка перешла на "ты":
— Да, я себя таковой и не ощущаю!
Летур смутилась еще больше.
— Извини.
Убеждать девушку дальше не имело никакого смысла, поэтому Анна продолжила другую свою мысль.
— Получается, ты тоже участвовала в восстановлении городов и деревень после нападения драконов?
Несмотря на уютное тепло от печки, Летур поежилась:
— И не только драконов. Оборотней, троллей, нерожденных…
Было видно, что девушке больше нравилось всегда быть на позитиве, нежели думать о чем-то печальном.
— Мы, конечно, сами с ними не сталкивались. Но все эти разрушения…
Анна подлила чаю себе и Летур, та благодарно кивнула.
— Как думаешь, есть какая-нибудь возможность прекратить эти нападения?
Девушка задумалась, потом пожала плечами:
— Истребить всю эту нечисть?
Анна поперхнулась чаем.
— Нереально, — продолжила Летур. — Отец рассказывал, что даже в вашем мире, где магии практически нет, и то водятся всякие монстры и нечистые силы. Что уж говорить о нашем?
— Хорошо, — Анна согласилась. — Есть монстры, которые не обладают должным сознанием, но есть и те, с кем можно общаться.
Летур непонимающе сдвинула брови и насторожилась:
— Может быть. Но, знаешь, у меня нет никакого желания общаться с оборотнями или верхолазами!
В это время в дом вошла бабушка Летур. В руках она несла корзину с яйцами:
— Ну, что, красавицы, отогрелись?
Летур вскочила, принесла третью чашку, помогла бабушке раздеться. Та только успела поставить яйца на полку, как внучка уже усаживала ее на стул и наливала чай. Несмотря на свою суетливость и увлеченность Виктором, который был почти вдвое старше ее, Летур казалась очень милой и добродушной девушкой. Анна не делала ничего плохого, пытаясь подружиться с ней, чтобы подобраться к Всемагу, но все равно чувствовала угрызения совести.
Они еще немного посидели втроем, зачарованно слушая рассказы бабушки о ее встречах с монстрами, а потом Анна отправилась в обратный путь.
  
Глава 7
 
Командировка
 
— Ты уверен, что это был Виджар? — Михал Михалыч стоял у окна, скрестив руки за спиной.
— Уверен, — Виктор кивнул.
 
Он сидел в кресле и задумчиво потирал подбородок.
— Я никогда с ним не общался, — задумчиво проговорил директор. — Наверно, это мое упущение. Те годы, пока Играса не было здесь…
Внезапно он остановился на полуслове и уставился в окно.
— Этого я точно не ожидал!
— Что? — Виктор порывисто встал и подошел к окну.
К школе приближался Играс. Был он, конечно, в образе человека, но ученики шарахались от него. Играс шел широкой походкой, полы серебристого сюртука развевались, и выглядел мужчина очень серьезно, даже рассерженно.
Михал Михалыч вопросительно посмотрел на Виктора:
— Думаешь, он с ним поговорил?
Виктор пожал плечами и посмотрел на дверь:
— Сейчас узнаем.
Играс резко открыл дверь. Если бы он не держал ее за ручку, то она врезалась бы в стену. Он был очень напряжен: скулы заострились и побелели, серебристые глаза горят, губы стиснуты.
Он осмотрел кабинет, нашел бар, подошел, налил себе виски, сделал большой глоток и только потом сел. Играс посмотрел на отца, затем на брата.
— Может, тебе еще есть, что мне сказать? — процедил Играс, глядя на Виктора.
Тот затаил дыхание. В голове пронеслись все сцены наедине с Анной.
— Что именно? — смог выговорить он.
Играс пригубил виски и одарил брата сердитым взглядом:
— Какая у тебя еще есть информация о моей семье? — процедил он.
М-да, легче не стало. Виктор пропустил свою реплику, опасаясь сказать что-то лишнее.
— Объяснись, пожалуйста, — вмешался Михал Михалыч. — Мы не провидцы, чтобы догадываться.
Играс посмотрел на отца еще более злобным взглядом:
— Не надоело тебе все скрывать?
Ни один мускул не дрогнул на лице директора. Было ясно, что свои тайны он будет скрывать до последнего.
— Да, это был Виджар, — выдохнул Играс, повернувшись к Виктору.
— Зачем? — проговорил тот.
— Асара ему мозг промыла, — процедил сквозь зубы Играс. — А я и не понял этого, не заметил.
— Мать твоей драконьей жены? — уточнил Виктор.
— Да, — Играс кивнул, в очередной раз обращаясь к виски за спасением. — Сказала ему, что присутствие Анны в этом мире разрушит нашу семью.
Михал Михалыч отрицательно покачал головой:
— Этому не было никаких предпосылок.
— Вот, если бы я подозревал, что у него в голове растет ненависть к Анне, — процедил сквозь зубы Играс. — Я бы с ним поговорил.
— Не понятно, почему ты на нас злишься? — Виктор развел руками.
— А потому что, как оказалось, это не первое покушение на Анну, — он буравил взглядом отца.
— Да, не первое, — согласился Виктор, будто не замечая этого. — Ее приковали на болоте в Иномирье.
— А я о чем, — Играс выговаривал каждое слово. — На болоте… В Иномирье… Приковали… В ожидании, что сама умрет.
Директор молчал. Внезапно Играс вскочил, поставил бокал на стол, метнулся к отцу и схватил того за грудки:
— Ты уже тогда понял, что это Асара! Она хотела, чтобы никто не знал, поэтому воспользовалась своим местом на болоте!
Михал Михалыч извернулся и наотмашь ударил сына по лицу. Играc на миг ослабил хватку, затем схватил еще сильнее, стремясь оторвать отца от земли.
Он чувствовал, как закипает кровь в жилах.
— Стой! — Виктор подскочил и, ухватив его поперек груди, попытался оторвать от отца.
Играс разжал хватку, отошел на несколько шагов и несколько раз вдохнул, пытаясь успокоиться.
— Ты… — Играс указал на отца указательным пальцем. — Ты всегда был эгоистом! Мой авторитет в стае подорван. Сын поступил так, как ему насоветовала бабка. Если бы я знал, что она плетет интриги за моей спиной…
 
Виктор заставил Играса отойти подальше и повернулся к Михал Михалычу.
— Теперь я понял, откуда ты знал, где искать Анну. Что это за место?
Не дождавшись ответа, Играс сам объяснил: