12 кругов

Стам немедленно переключил связь на своих солдат, вкратце обрисовав им ситуацию. Оранжевые сообщили остальным и рассредоточились по площадке, обеспечивая круговую оборону. Едва Стам успел сообщить положение в общий канал, как пауки полезли на площадку сразу со всех сторон. Круг солдат ощетинился трассирующими очередями и струями огня. Атакаующие по западной опоре гуманоиды сократили дистанцию с баррикадами до десяти метров – защитники больше не могли вести огонь прежней интенсивности в одном направлении. Пауки уже забирались на площадку не только по углам, но и бодро вылезали на соседние опоры, атаковать с которых было удобнее. Баррикад с трех остальных сторон не было, поэтому огнеметчикам приходилось успевать работать по всей площади. Автоматчики старались отстреливать особо увертливых и ловких особей. Показавшийся вдалеке на западной опоре пастырь ядовито ухмыльнулся, поднял рог и затрубил что есть силы.
В тот же миг идущая наверх из фиолетового полиса кабина фуникулера была атакована пауками на подъезде к площадке, солдаты на верху замешкались, не зная, стрелять ли по своим. Кабина тем временем достигла крайней точки рельса, находившейся всего в паре метров от площадки, и тем самым перекрыла обороняющимся целый сектор. За ней на опору уже вылезло с сотню пауков.
В этот момент Стам понял, что «высоту» они потеряли. Повинуясь его приказу, оранжевая кабина с солдатами и боеприпасами остановилась на полпути наверх и двинулась обратно. Артур поступил так же.
За эти несколько секунд ситуация изменилась в корне: пауки вовсю атаковали солдат, а те, хотя и владели отличными навыками боя, не могли ничего сделать против такого количества юрких противников. Пауки напрыгивали на солдат сразу скопом, валя их на землю, вгрызаясь жвалами в незащищенные участки тел. Через мгновение на площадку ворвались гуманоиды во главе с трубящим пастырем.
Краем глаза Стам увидел, что эта волна закончилась – портал работал вхолостую, последние отряды гуманоидов заходили в восточный полис. Это могло означать либо то, что он скоро закроется, либо то, что скоро из него полезет нечто еще более неприятное.
На площадке осталось трое полуживых солдат. В этот момент гибнущий под кучей пауков фиолетовый солдат вытянул в направлении ухмыляющегося пастыря руку с ракетницей и нажал на спуск. Короткий столб белого дыма упёрся в грудь пастыря, и тут же раздавшийся вслед за этим взрыв смёл с площадки всех, кто на ней находился.
Стам почувствовал глубокую признательность к отчаянному поступку солдата, хотя альтернатив у того было немного. Очередной пастырь, забравшийся на площадку, протрубил в рог, и всякое движение вокруг прекратилось. В полной тишине пастырь вертел головой, пытаясь решить, в какую сторону направлять войска.
– Если мой полис будет захвачен, они меня тоже сожрут, – всхлипывала в общем канале Галла.
Стам вдруг почувствовал, что если еще полчаса назад вероятность падения какого-то полиса казалась совершенно нереальной, то сейчас он вполне допускал такую возможность. Более того, если бы вторжение проходило через арки, он бы не волновался. Но оставшихся сил пришельцев сейчас могло с лихвой хватить на уничтожение двух, а то и всех трёх полисов. В голову пришла мысль, что «Жнец» стал их ахиллесовой пятой. Он не только забрал огромное количество энергии и не принёс никакой пользы при отражении сегодняшнего штурма, но и оказался для захватчиков спасительным мостом через пропасть из стационарных пушек. А только эти пушки могли перемолоть тех в труху.
– Что будем делать? – напряженно спросил Артур.
Стам слишком перенервничал, чтобы зачитать ему проповедь про то, что ответ на этот вопрос слушать надо было раньше. А сейчас правильного ответа он не знал. Сколько в полисах солдат? Десять? Двадцать? Когда эта лавина хлынет с опоры во двор, они продержатся от силы минуту. А ведь еще площадка над стеной – с нее две лестницы на стену, а оттуда – вниз. Никаких адекватных вариантов…
– Артур, – устало сказал Стам, – садись на Файер, расставляй вокруг генератора солдат, и дуй ко мне.
 
– Почему к тебе? – засомневался Артур.
Стаму это начинало надоедать. Додумывая свои мысли, он уже бежал по лестнице вниз со стены.
– Ну, тогда сиди у себя! Решай сам. Галла, ты здесь?
– Да, – отозвалась девушка.
– Бери энергокар, построй солдат в каре вокруг входа в башню, и езжай ко мне через пустошь. Я постараюсь сделать Файером, что смогу. Если Артур не будет выпендриваться и приедет, возможно, мы выстоим.
– Портал всё еще работает, а мне ехать прямо через пустошь, – хмуро заметил Артур.
– Тебе-то что? – спросил Стам, заводя броневик. – Ты успеешь до того, как твой полис падёт. Потом будем отходить в мою башню. Если не выгорит, там и ляжем.
– Дай подумать, – попросил Артур.
– Твоя нерешительность нам сегодня уже дорого обошлась, – заметил Стам. И обнаружил, что оба игрока отключились.
«Чёрт бы вас побрал!» – с тоской подумал Стам. Он подрулил Файером к основанию опоры и сейчас щедро поливал её топливом, насколько хватало мощности насоса. В трех метрах от опоры начиналась стена башни, но выбора не было. Стам с сожалением оглядывал полис – улучшенные здания, генераторы, незавершенные работы на некоторых постройках. Ему было горько, что такое количество труда имеет все шансы пропасть впустую. Он развернул стикерами консоль и посмотрел статистику «Жнеца». Сорок девять тысяч. А вдруг предел – пятьдесят? Хотя, наверное, это чисто человеческое – любовь к круглым цифрам десятичной системы счисления. Может быть, у Спирали свои любимые числа и предел – это шестьдесят пять тысяч пятьсот тридцать шесть5!
В это время на гарнитуру поступил вызов от Артура.
– Стам, я мчу в Фиолетовый полис, извини. Галла в панике. Приедешь?
Стам задумчиво смотрел на изображение с камеры зонда. Пастырь дождался двух собратьев, и они совместно приняли решение. Над пустошью разнеслись, резонируя, звуки трёх рогов. Паства пришла в движение и устремилась налево, в западный полис.
«Фиолетовый, – подумал Стам. – Интересно, почему… Хотя, на данный момент это капля в море». У него было сразу несколько аргументов, почему фиолетовому полису крышка, но за секунду до того, как он открыл рот, в очередь на печать вписался совершенно неожиданный вопрос.
– Ты с ней спал? – спросил Стам, прижимая гарнитуру к уху.
– Ну… Что за вопросы? – начал возмущаться Артур. Но интонацию держал плохо.
– Ясно, – задумчиво констатировал Стам. – Послушай, первый полис, на который они накинутся, обречён. А они лезут к Галле. Забирай её, выливайте топливо и валите оттуда! Я бы рекомендовал ко мне, но, если ты упертый, то хотя бы к тебе. Иначе вам крышка, ты меня слышишь?!
– Слышу. Разберёмся! – неопределенно ответил с Артур и отключился. В его тоне слышалась бравада, но она была напускной.
Стам не понимал подобных неоднозначных трагических заигрываний в ответственные моменты. Из ответа Артура он не вынес ровным счётом ничего. Решив, что с опоры достаточно, он развернул Файер и подъехал к входной арке. Струи насосов еле дотягивались до верха стены, но все-таки с грехом пополам заливали топливо между внешним и внутренним бортиками. Топливо растеклось в стороны и заструилось по лестницам обратно вниз, во двор. Всё это время Стам мониторил ситуацию через консоль. Файер Артура заехал в ворота полиса, навстречу выбежала Галла. Стам понимал: оба в панике и не соображают, что вниз с опоры на смотровую площадку над стеной уже спускаются пришельцы. Один стал корчить из себя одинокого рыцаря, который приехал убивать дракона, вторая – принцессу, которую этот дракон захватил в плен и собирается сожрать.
Топлива с лестниц натекло уже целое озеро – даже Файер уже стоял в нём всеми колесами. Стам выключил насос. В баке оставалась еще половина.
На стенах фиолетового полиса уже вовсю шел бой. Артур, вместо того, чтобы драпать на север вместе с Галлой, посадил ее к себе и крутился на Файере по двору, разбрызгивая топливо. Стратегией там естественно и не пахло, и Стам опасался, что при первой же искре они сожгут заодно и себя.