Твое смеющееся сердце

— Смотри, получается!
Джек подпевал Джессу, и на сердце у меня стало легко. Я стала другим человеком, теперь я умею танцевать!
Джек освободил руку и нежно отвел прядь волос с моего лица. Его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего. Мое сердце зачастило, и я вдруг поняла, что Джек Гармоника собирается меня поцеловать, и более того, я готова ему это позволить!
Во взгляде Джека засветилась нежность, и он с улыбкой стал приближать голову ко мне. Я закрыла глаза. Я до сих пор была как во сне. Джек взял меня пальцами за подбородок, я уже чувствовала его дыхание на своих губах, как вдруг кто-то замолотил снаружи в дверь. Мы оба подпрыгнули от неожиданности.
Джек отпрянул от меня, выражение нежности в глазах сменилось тревогой.
— Что за чертовщина?
— Который час? — Я посмотрела на часы, встроенные в микроволновую духовку. Был седьмой час утра.
Джек двинулся к двери, прихватив по дороге бейсбольную биту, которая стояла за холодильником.
— Ты что, собираешься открывать дверь? — спросила я, подразумевая: «Ты что, спятил? Не вздумай открывать дверь!»
Стук возобновился. Джек нажал кнопку, открывающую дверь. Створка успела подняться дюймов на пять, когда я крикнула:
— Джек, опусти биту, это полиция!
На этот раз Уэдерз был в черных сапогах из змеиной кожи с обитыми серебром носками. Чтоб ему пусто было!
Створка поднялась еще выше, и стало видно, что он в черных брюках и белоснежной хлопковой рубашке. Уэдерз улыбался.
— Доброе утро, ребята. — Судя по этой улыбке, можно было подумать, что он явился со светским визитом. — Я ехал на работу, увидел, что у вас горит свет, и решил заглянуть по дороге.
Он посмотрел мимо Джека на незанавешенное окно, и меня осенило: этот сукин сын за нами подсматривал!
— Детектив Уэдерз, — представился он, подавая руку Джеку. — Как поживаете? — И, не дожидаясь ответа, продолжал: — Я хочу на время забрать у вас мисс Рид, если не возражаете.
Я встала между ними.
— Честное слово, детектив, я ужасно устала, может, ваше дело подождет?
В глазах Уэдерза мелькнуло злорадство.
— Вообще-то дело не терпит отлагательства. Я предпочитаю ковать железо, пока горячо, то бишь пока события свежи у людей в памяти. — Он отступил на шаг и покосился на свою машину. — Не лучше ли вам взять пальто или еще что-нибудь? На улице довольно прохладно.
— Никакого пальто! — «И вообще, вас это абсолютно не касается!» — добавила я мысленно. — Поехали и побыстрее покончим с этим делом.
Я решительно направилась к машине Уэдерза.
— Мэгги! — окликнул Джек. Я повернулась. — Лови. — Он бросил мне электронный ключ от двери.
Я поняла, что таким способом он дает мне понять, что будет ждать меня дома. Когда я подошла к машине, Уэдерз уже заводил мотор. Не глядя на меня, он дал задний ход и выехал со стоянки.
— Итак, мне предстоит крупный разговор в полицейском участке? — осведомилась я.
Мы ехали по направлению к участку, и я догадывалась, что Уэдерз собирается устроить мне многочасовой допрос. Но как ни странно, он не повернул на Юджин-стрит, а поехал прямо, оставив муниципальную площадь позади.
— Куда мы едем?
— Я тут подумал и решил, что мы можем немного прокатиться, — неторопливо произнес Уэдерз, однако у меня создалось впечатление, что он имеет в виду вполне определенный пункт назначения.
Было раннее осеннее утро. При обычных обстоятельствах я могла бы даже получить удовольствие от поездки, но как только Уэдерз свернул на Менденхолл-стрит, я поняла, куда он меня везет. Мы ехали к моему дому. Я растерялась и не сразу нашла нужные слова. Если я скажу, что не желаю ехать домой, он станет упорствовать. В одном я была твердо уверена: Уэдерзу непременно нужно, чтобы я чувствовала себя не в своей тарелке. Казалось, это его главная цель в жизни.
Он наверняка ждал моей реакции, я прямо-таки всей кожей ощущала, как он исподтишка наблюдает за мной, поэтому удобнее устроилась на сиденье и притворилась, что наслаждаюсь поездкой.
— Какое прекрасное утро, — заметила я. — Листья только начинают желтеть.
 
Детектив усмехнулся в усы:
— Угу.
Он свернул в переулок за моим домом, сделал крутой поворот направо и въехал в крошечный задний двор — точь-в-точь, как я обычно делала. Здесь он заглушил мотор и впервые с тех пор, как мы сели в машину, повернулся ко мне лицом.
— Хотите зайти? — спросил он.
— О… к сожалению, ничего не получится. Если бы я знала, что мы едем ко мне, то захватила бы ключи. — Я пожала плечами. — Но у меня их нет с собой.
Детектив вынул ключ из замка зажигания и улыбнулся:
— Ничего страшного, у меня есть запасные.
— Запасные? Откуда у вас взялись ключи от моего дома?
Уэдерз взялся за ручку дверцы и звякнул ключами в кармане.
— Подождите!
Но он не стал ждать, я еще не успела выйти из машины, а он уже поднимался по лестнице, ведущей к двери черного хода.
— Подождите, детектив! — крикнула я.
Он остановился на верхней ступеньке, оглянулся и вопросительно вскинул брови, слегка наклонив голову набок:
— В чем дело?
— Я не хочу заходить в дом!
Он повернулся спиной к двери, самодовольное выражение лица вдруг исчезло. Уэдерз уселся на верхнюю ступеньку и указал на место рядом с собой. Я осталась стоять, наблюдая за ним, наверное, так же человек наблюдает за бешеной собакой, появившейся в опасной близости от него.
— Мэгги, почему вы не хотите войти?
— Не знаю, — солгала я.
Я была в полном смятении. Этот дом больше не мой. Я не буду чувствовать себя здесь в безопасности. Кровь Джимми впиталась в ковер моей бабушки. Как я смогу когда-нибудь вернуться в этот дом?
— Я хочу только одного: вернуться к Джеку и хоть немного поспать. Я провела на ногах всю ночь.
— А по-моему, совсем недавно вы оба и не помышляли о сне.
— Не ваше дело! — отрезала я.
Уэдерз пожал плечами. Его губы медленно раздвинулись в улыбке. Я поймала себя на том, что не отрываясь смотрю в его голубые глаза, смотрю так долго, что он это заметил.
— Мне кажется, вы могли бы найти кого-нибудь получше.
Он откинулся назад, поставив локти на верхнюю площадку лестницы.
— Ну да, конечно, — подхватила я, — к примеру, кого-нибудь вроде вас?
Не знаю, как у меня сорвались с языка эти слова, я покраснела и поспешно отвела взгляд.
Уэдерз усмехнулся и снова вскинул брови. Он таки меня достал. Он медленно сунул руку в нагрудный карман рубашки и осторожно вынул какую-то фотографию.
— Я бы даже сказал, что вы могли бы найти кого-нибудь получше его, — сказал Уэдерз, протягивая мне фото.
— О Господи…
Я опустилась на ступеньки, сжимая в руке карточку. Ну почему моя жизнь все больше становится похожа на кошмарный сон, от которого я никак не могу избавиться? Я узнала эту фотографию. Голден-Бич, шесть лет назад, я в черном бикини, Джимми с озорной улыбкой обнимает меня, стоя у меня за спиной. Мы выглядели как любая другая парочка на любом другом пляже. Единственное уточнение: мы с Джимми не были парой, мы просто дурачились.
— Откуда у вас этот снимок? — спросила я, заранее зная ответ.
Эту фотографию я хранила на самом дне ящика с нижним бельем, она напоминала мне о временах, когда я хорошо выглядела даже в бикини, и помогала не забывать о диете. Но сейчас карточка выглядела как еще одна ниточка, связывающая меня с моим убитым деверем.
— Ваши ребята рылись в моем нижнем белье? А вы теперь носите на цепочке вместе с остальными ключами ключи от моего дома? — Просто уму непостижимо! Мало того, что кто-то пробрался в мой дом и убил Джимми, так теперь еще и копы в любое время, когда им вздумается, роются в моих вещах.
— Ну-у, — медленно протянул Уэдерз, — не совсем так.
— Не совсем? Как это понимать?
Я вскочила, испепеляя его взглядом. Сейчас, когда он сидел на верхней ступеньке, а я стояла перед ним на земле, наши глаза находились на одном уровне.
— После того как вы подписали согласие на обыск, мы обшарили весь дом. Мэгги, такая уж у нас работа. Но мы не можем заходить в ваш дом в любое время, не имея на то оснований.