Участковый. Назад в СССР (СИ)

— А ты сколько дашь? — спросил я в ответ.
— Палёнка. Двадцать штук. Сдать тебе их надо срочно. Конечно, нужно ещё разок рассмотреть лейблы на каждой шкурке со строчками и клёпками. Но сразу скажу, за такой опт, больше пятидесяти, ну край шестидесяти рублей за штуку товара, не дам — заявил оппонент, явно занизив цену.
— Матвей, не гневи бога, ты же эту джинсу уже сегодня по двести пятьдесят колов начнёшь толкать. Давай, я тебе их по сто сорок сдам. Так, тебе и мне навар достанется.
— Не, за сто сорок точно не возьму. Могу до восьмидесяти подвинуться, да и то, если то, что лежит снизу, такое же как сверху.
— Матвей, чувак, восемьдесят — это тоже несерьёзно. По такой цене нет никакого смысла сдавать джинсу. Я ведь их у своего свояка, крутящего баранку дальнобоем в Совтрансавто, по восемьдесят пять колов за шкурку взял. Сам понимаешь, не могу же я в минус уйти.
— Ну тогда сам возьми и продай поштучно за двести. Думаешь это так легко целыми днями тут тереться, и граждан покупателей к месту приучать. А ещё надо с ОБХСС хорошие отношения иметь и с местными мусорами не ссориться.
Матвей явно блефовал и просто набивал себе цену. Однако я чувствовал, товар его заинтересовал и упускать его он точно не хочет.
— Было бы время, я бы сам в своём институте толкнул по двести, но мне деньги быстро найти надо. Слушай чувачок, если ты не берёшь оптом, хотя бы по сто десять, я пойду и тем барыгам, что у комиссионки товар предложу. Может, они цену получше назначат?
Застегнув сумку, я сделал вид, что намерен уйти, и начал разворачиваться, но Матвей вцепился с мой рукав.
— Ладно. Жди здесь, а я сбегаю и по поводу цены со своим партнёром перетру. Может он согласится до сотни поднять. Только предупреждаю сразу, если у тебя там снизу макулатура, то худо будет.
Раскрыв сумку на всю, я приподнял упаковку, дав увидеть нижнюю. После этого Матвей удовлетворённо кивнул и скрылся за кустами сирени в подворотне. Однако и я стоять на месте не стал. Кто его знает, а вдруг он вернётся с сотрудниками милиции. Ведь я не знаю, чем Матвей сейчас дышит и у кого на крючке висит.
Если это произойдёт, то вместо заработка я получу огромную кучу проблем.
Перейдя дорогу, я добрался до места, где заканчивалась территория спонтанной барахолки, и поставил сумку за парапет. Так, я мог в случае появления сотрудников, просто уйти. Конечно, скидывать товар не хотелось, но лучше так, чем получить срок по статье за фарцовку.
Отсутствовал барыга минут двадцать. Это значило, что где-то рядом у бизнесменов имеется либо снятая квартира, либо стоит машина с товаром. Не обнаружив меня, Матвей начал оглядываться, и в этот момент, я подхватил сумку и пошёл к нему навстречу.
Махнув рукой, он снова нырнул за кусты, а когда я его догнал, стрельнуть сигаретку Мальборо и закурил.
— Короче, так чувачок, если качество устроит моего товарища, то сотню за единицу товара, мы тебе дадим. Больше даже не проси. Если условия подходят, то идём дальше.
— Ну Матвей, без ножа режешь — деланно посетовал я и продолжил идти, дав понять, что я согласен.
Наш путь закончился на задворках одной из пятиэтажек, где около бордюра была припаркована новенькая копейка красного цвета. Увидев нас, из неё, вышли двое и открыли багажник.
Первый высокий и здоровый. На руке грубо набиты блатные перстня. Судя по виду наколки, делали её, скорее всего, на малолетке. Второй коротышка, но с очень серьёзной мордой. И в нём я сразу опознал будущую жертву заказанного Матвеем в девяностых.
— Вытряхивай баул сюда — даже не поздоровавшись, приказал здоровый и указал на открытый багажник, в котором уже лежала упаковка мохеровых шарфов, пара коробок с обувью и сумка со шмотками.
Я не стал кочевряжиться и вытряхнул содержимое сумки, туда, куда сказано. После этого бугай принялся рассматривать каждый лейбл и считать джинсы.
— Девятнадцать штук. Всё вроде фирма. Размеры тоже вроде нормальные — доложил он мелкому, и тот с явной претензией, уставился на меня. — Мне сказали, что будет ровно двадцать штук.
 
— Двадцатые джинсы на мне. Но я их не продам.
— Хорошо, тогда вот, получи и распишись — сказал мелкий и, выудив из кармана перевязанную резинкой, толстенную пачку с двадцати пятирублёвками и червонцами, начал быстро отсчитывать.
Правда, закончил он намного раньше и протянул мне стопку фиолетовых купюр, в которой по моим расчётам не хватало половины заранее оговорённой суммы.
Не став брать деньги, я ощерился.
— Я с Матвеем добазарился о сотке колов за каждую единицу товара — начал я с претензией. — А тут всего один косарь.
— Не всего один косарь, а целый косарь! — поправил меня мелкий и нагло заулыбался. — Я даже заплатил полсотни за ту джинсу, что сейчас на твоей жопе. Считай, что это бонус.
— Значит, кидануть решили — проговорил я, и в этот момент ко мне навстречу шагнул бугай.
— Баран, тебе что-то не нравится? Бери, что добрый дядя даёт и вали отсюда, пока не покалечили. Ты всё понял? — сделав однозначное предложение, он вынул руку из кармана, чтобы засветить бронзовый кастет.
После этого мои рефлексы боксёра сработали быстрее, чем мозги. Левый кулак влетел в выпеченную вперёд челюсть здоровяка, под правильным углом. Не дожидаясь падения его тела, я сделал шаг вбок и влепил в нос всё ещё улыбающемуся мелкому. А когда он выронил деньги, достал прямым его солнечное сплетение, и толкнул обмякшее тело в багажник.
При этом я услышал, как что-то щёлкнуло за спиной, и увидел в отражении заднего стекла автомобиля, метнувшегося ко мне Матвея. Развернувшись на месте, я пробил ему по футбольному, ногой в пах. Конечно, это не по-спортивному, но замеченный в руке клинок выкидного ножа, не предполагал сокращение дистанции боя.
В этот момент здоровяк, наконец, рухнул в заросли крапивы, а Матвей жалобно заскулил, прижимая ладони к своим отбитым причиндалам.
После этого и мелкий болезненно захрипел, видимо, пытаясь снова начать дышать, и я снова поймал его вполне осмысленный взгляд.
Подобрав деньги, я вытянул из кармана мелкого оставшуюся там пачку, и в это время он снова заговорил.
— Сука, да ты знаешь, что тебе за это будет⁈ — просипел он зло и попытался утереть кровь, не перестававшую течь из сломанного носа.
— Знаю. Ничего мне не будет — ответил я и, отсчитав две с половиной тысячи рублей, кинул оставшиеся купюры в него. Затем захлопнул багажник и, закрыв его на торчавший из замка ключ, закинул связку в бурьян, растущий за заборчиком палисадника.
Стянув кастет с пальцев мерно посапывающего здоровяка, я подошёл к ноющему Матвею и присел на корточки.
— Короче так чувачок, объясняю популярно и только один раз. Я взял только то, на что мы договаривались изначально, и ещё немного сверху за доставленные неудобства и попытку кинуть на бабло. Товар оставляю вам, пользуйтесь, не обляпайтесь. На этом всё, полный расход. И передай этим лохам, когда очухаются, что я советовал меня ни в коем случае не искать. Если надо, я сам вас всех найду и накажу по полной.
А когда я уже хотел уйти, снова заметил плеер на поясе у Матвея и забрал его вместе с наушниками. Затем подобрал выкидной нож и помахал лезвием у его носа.
— А это забираю как штраф. Ибо нехер на незнакомого человека с ножом со спины кидаться.
  
Глава 22
 
Место преступления
 
Всю дорогу до автостанции я оглядывался по сторонам, но слежки не заметил. Первоначальный план, прошвырнуться по барахолке, и кое-что прикупить, пришлось забыть. Конечно, времена сейчас не те, но отсюда надо сматываться побыстрее.
Рядом с автовокзалом заметил волгу с шашечками. Таксист стоял невдалеке и общался с водителями автобусов. Теперь деньжата у меня имелись, и первым порывом было взять такси. Однако сделать я этого себе не позволил.
Таксист, судя по всему, из местной автоколонны, так что через него барыги смогут узнать, куда направлялся клиент. Конечно, я не собирался сразу возвращаться в свой микрорайон, но и к месту будущего убийства их приводить не хотелось.