Терминатор 1938 (СИ)

— Чёрт! Ведь хотел, — Судоплатов от души врезал кулаком по колену, — как знал, хотел пойти третьим.
— И толку? Лежал бы сейчас со сломанной шеей у мотоцикла, вряд ли на пару с Зоей храпака давил, двоих загипнотизировать сложно, а лейтенанта, судя по всему, наш орёл Соколов давно обрабатывал. Да не криви рожу, капитан, обрабатывал в смысле введения в гипнотическое состояние. Ладно, ждём, Эмма Карловна, а дайте водки, грамм по сто пятьдесят принять надо, для успокоения нервов…
  
Лейтенант Невзлина проснулась ровно через два часа после того как «отключилась». Узнав о том, что предшествовало сну, девушка впала в истерику, крича на весь подъезд: «Нет, Саша не такой! Нет! Нет! Нет! Не верю!!!». Впечатлительную барышню пришлось успокаивать почти полчаса. В это время позвонил Берия, судя по репликам Меркулова, удивившийся шуму-гаму-тарараму на конспиративной квартире. Павел не стал подходить поближе к комиссару и потому наркома не слышал, ориентируясь исключительно по ответам Всеволода Николаевича.
— Да, Лаврентий Павлович. Ясно. Да, ровно через два часа проснулась. Истерика, да, бабская. Ясно. Ждём. Нет, какой к чёрту ресторан. Обязательно проконтролирую. Понял.
Аккуратно положив телефонную трубку на рычаг, Меркулов подошёл к столу и «набулькав» полный фужер водки выпил его словно «боржоми»- мелкими глоточками, сладко жмурясь.
— Расслабься капитан, нашёлся беглец, позвонил Лаврентию из приёмной Большого Дома. Сейчас к нам привезут. Да, похоже плановый отрыв и встреча с резидентом. Ничего, завтра же переедете в загородный «теремок», охрану по периметру выставим, без мотоциклов, но с собаками. Да, Павел, Берия особо просил тебя быть сдержанней и в челюсть «коминтерновцу» не целить. «Особая группа» при наркоме продолжает работу. Про ресторан сам поди слышал, или таки хочешь культурно выпить? Жена, наверное платье, цацки всякие, брошки да кольца-ожерелья приготовила для парадного выхода, галстук тебе нагладила. Как, Павел Анатольевич, есть желание культурно посидеть в «Савойе»?
— Есть непреодолимое желание, товарищ комиссар, набить морду гражданину Соколову. Не до ресторана, тем более я непьющий, нервы успокаиваю физическими упражнениями.
— Ну, тогда гири потягай пока, попробуй превзойти результат Гогоберидзе, видишь, на косяке отмечены здешние рекорды. А я девушек пойду успокою. Эх, хоть и не было в родне гадалок да колдунов, точно знаю — предстоят сегодня вечерние посиделки и долгие задушевные разговоры…
 Глава 8 
Побег на мотоцикле неизвестной конструкции (каюсь, не штудировал, не «записывал» на «память-флешку» журналы по мотоспорту, потому как после прочтения «Цусимы» на долгие годы стал исключительно флотофилом-теоретиком) случился спонтанно. Увидел в сотне метров изрядно побитую двухколёсную машину, заскочившего в архитектурное бюро лопоухого, с огромной «толстой сумкой на ремне», мотокурьера. И подумал совершенно по ленински, про «вчера рано, завтра будет поздно».
В самом деле, сколько можно выдавать на-гора совсекретной, стратегической информации без внешней подпитки? Поди уже начали подумывать Лаврентий Палыч с Иосиф Виссарионычем о решительном и окончательном ’потрошении' ценного агента. Чего церемонии разводить с наглючим опасным и непонятным наглосаксом, у которого даже персонального радиста нет?
Так что «отрыв» был архинеобходим, как иначе залегендировать наисвежайшие сведения об успешных экспериментах Отто Гана и Фрица Штрассмана по делению ядра? Они примерно в это время облучали медленными нейтронами уран, жаль по дням чуть позже, чем сейчас на календаре, но кто ж проверит, кто ж сопоставит? Всегда есть отмазка для Лаврентия, что учёные раньше начали, но записи сделали только лишь тогда, когда окончательно убедились в успехе. Нет, ну нет у Берии сейчас агентуры в забугорных лабораториях, чтоб оперативно перебрасывать информацию в Москву. Это в саге про Штирлица и прочих «киношках» разведка СССР предстаёт всезнающей и всемогущей. Оно, конечно, патриотично и зрителю нравится, но то лубок, реклама, на которую купился юный Володя Путин, мечтавший о карьере геройского нелегала.
Ясен пень, разведслужбы Советского Союза напрягутся, получив высочайший наказ, но выяснят, что инфа от англичанишки Гурда-Бонда мало того, что ' с пылу с жару' и достоверна, так и бесценна. Особенно на фоне мутных донесений иных резидентур, занятых исключительно переписыванием колонок новостей из местных газет. Представляю как охренеют лубянские аналитики от оперативности и всезнайства Александра Бонда.
Перед тем как окончательно покинуть гостеприимных энкавэдэшников, надо по максимуму напитать капитанов военно-промышленного комплекса Советского Союза ценными сведениями особой государственной важности. Но не чертежи же ЯК-ов и ИЛ-ов им рисовать и калаш в трёх проекциях. А вот атомный проект вещь фундаментальная, на века! Заодно и засылка представителя «группы Черчилля» в СССР получает объяснение — беспокоятся в Лондоне, что Берлин может первым создать оружие небывалой мощи, или же за океаном «кузены», переманив германо-еврейских учёных, подсуетятся и станут монополистами году так к 1942-му. Никто ж не представляет, сколько ресурсов потребует ядерная гонка, могу сейчас, для пущей убедительности и подсократить сроки создания боевого заряда. А Великобритания моими устами «подскажет» Сталину — пусть вождь заблаговременно советских физиков «спрячет», не допустит их командировок в Германию или в Европу, дабы не разбежались товарищи учёные кто в Берлин, кто в Копенгаген, а кто и вообще в США может оказаться. Виссарионыч ого-го какой мнительный, запросто «атомные шарашки» сорганизует уже в 1939-ом, что несомненно ускорит появление у Советского Союза «ядрён-батона».
Чёрт, вспомнился труд Солженицына, тот самый, «В круге первом», где герои рассуждают о допустимости передачи ядерных секретов людоедскому режиму. Ладно, не до рассусоливаний и прочих соплей псевдолиберальных, надо всё сделать, чтоб в грядущей мировой мясорубке людские потери «исторической Родины» снизить в разы, а в идеале и на порядок…
Одновременно со «стратегическими выкладками», нежно поцеловал милую и нашептал Зоеньке на ушко просьбу-приказ идти в адрес, поспать часа два, чтоб в ресторацию заявиться отдохнувшей и красивой, дабы затмить всех балерин, актрисулек и прочих «жён полярников». Лейтенант Невзлина, как и положено среднестатистическому человеческому организму, попавшему под гипнотическое влияние бригадирского уровня «Слияния и Контроля», зашагала по указанному маршруту, а я эдак лихо, словно моторизованный Клинт Иствуд, взгромоздился на переднюю сидушку драндулета непонятной марки (ну чисто «Антилопа-Гну», не удивлюсь, если здешние кустари скидали аппарат из двух-трёх «прародителей»).
Спасибо деду за учёбу — фронтовик, гвардии полковник и бравый танкист Василий Семёнович Иванченко, выйдя в отставку пенсию немалую и зарплату (мужик здоровый, как не подрабатывать) отдавал в семью. Потому, наверное и машину не приобрёл, а вот мотоциклы «М-106», засим «Минск» и «ИЖ-Планета 4» в гараже держал, предпочитая на двухколёсных аппаратах вылазки совершать по окрестностям славного города Красноярска. Объяснял дед нежелание взять даже положенный от государства «Запорожец» тем, что на моцике проехать можно по тропинкам и ебеням-колеям непролазным (дорог то в СССР нет) и грибы-ягоды собирать в таких дивных заповедных местах, куда на авто хрен продерёшься. Это уже потом, к концу девяностых ближе, дед Вася сдал, переписал на меня и гараж и технику и ружья. А в восьмидесятые какой был мощный старик!
  
«Антилопа Гну» показалась необычайно «легковесной’и суперуправляемой. Так и силища невероятная у киборга-попаданца и реакция на порядок быстрее, не проблема совладать с чадяще-гремящим агрегатом. Так, педаль вниз, сцепление, газ -поехали! Внезапно нахлынули юности воспоминания, когда с 'Минска» пересел на «Иж-Планету» и погнал между рядами гаражей. Дай Бог памяти в каком это году, вроде в 1984-ом…