Выбор сделан

Зал тут же наполнился гулом голосов, как раньше, а так же заиграла музыка. Более радостная, величественная и быстрая. Под такую в фильмах обычно рассказывают о прекрасных и радостных путешествиях к заветной цели с преданными и любимыми друзьями.
Так как ела я в последний раз на корабле, то почти тут же осторожно преступила к еде. Пища была просто божественной на вкус. Во рту всё буквально таяло. И не будь на меня направлены два обжигающих взгляда, я смогла бы насладиться этим в полной мере. Мужья как могли подсовывали мне в тарелку кусочки побольше то от одного блюда, то от другого. А так же передо мной стояло уже три разных бокала с соком, водой и чаем. Хотя я приметила, что у Алуара в его бокале красное вино. Думаю, что у Шаэрдэша тоже оно.
Заметив мой взгляд на своём напитке, Старший муж мягко улыбнулся, а потом тихо и почти интимно на ушко припомнил мне наш разговор:
— Ты ведь не любишь красное вино, милая. А в этой империи и тем более при дворе Императора пьют только его.
Шаэрдэш чуть нагнулся и заинтересованно посмотрел на меня.
— Я и не собиралась, — отмахнулась я, как-то скептически окинув целый графин с вином на столе. — Тем более, распитие алкогольных напитков всегда вредно сказывается на беременности и на здоровье детей в последствие, — блеснула своими знаниями, а вот мужья слегка испугано блеснули своими глазами, как-то настороженно теперь воспринимая этот напиток. — Так что пить вино, даже белое, я и не собиралась изначально, — добавила для их успокоения.
— А мы можем его пить? — поинтересовался настороженный нагшиар, уже раздумывая налить себе простой сок.
— Можете, — кивнула я, скорее уж для общего понимания добавив: — я не знаю как вашей физиологии, так и состава напитка, так что не знаю, когда точно пройдёт его зловредный эффект, чтобы он не повредил вам и малышам.
Лица мужей нужно было видеть. Они мгновенно помрачнели, но не от того, что теперь им хоть как-то запрещался алкоголь. Нет, мужчины легко и даже слегка брезгливо отставили от себя бокалы и спокойно принялись за чаи и соки. А словив мой задумчивый взгляд, Ал ответил:
— Ваше здоровье для нас куда важнее, милая.
Дальше наш ужин прошёл без слов. Я, уже наевшаяся, больше слушала прекрасные переливы музыки, тихо наслаждаясь моментом. Ал что-то объяснял Шаэрдэшу в их тихой беседе на отстранённые, как мне казалось, темы.
— Вам нравиться музыка? — вдруг прервал ощущение безмятежности голос Императора. Мужчина смотрел заинтересовано и мягко, даже слегка склонился в мою сторону, ведь нас разделяло больше двух метров.
— Очень, — кивнула я, а мужья обернулись на нас. — За всё время Выбора я успела даже соскучиться по ней.
— Мне кажется, — как-то лукаво заметил правитель, — вам очень знакома наша музыка.
— Вы правы, — согласилась без промедления, чем озадачила его, — она очень похожа на традиционную музыку ряда стран моего мира. Мне всегда хотелось побывать в них, услышать и увидеть всё в живую, — призналась я, окидывая интерьер зала ещё раз. — Ваша архитектура, мода, — осмотрела и огладила свой наряд, — музыка и обустройство жизни похожи на жизнь тех страны. Ну, в их далёком прошлом.
— Сейчас такого нет? — не понял Император.
— Как культурное наследие, если только.
— Как интересно, — его брови чуть взлетели в удивлении, а сам он словно впервые оказался в своих собственных владениях, с интересом рассматривая всё вокруг.
Алуар переглянулся с Шаэрдэшем, а тот тихо заметил, что, скорее всего, это наследие общих предков повлияло на культуры наших миров. На что демон задумчиво кивнул.
Дальше ужин проходил в относительном спокойствии. Даже принцессы как-то подозрительно быстро усмирили своё поведение, что-то жарко обсуждая между собой. Второй и четвёртый принцы так же подсели рядом друг с другом у второго стола и живо переговаривались. Старший принц нежно и обходительно ухаживал за своей женой, иногда позволяя себя, пока никто не видел этого, поцеловать её в щёчку или её пальчики, что-то шепча при этом. Женщина от всего этого оттаивала и дарила мужу не менее нежные взгляды и прикосновения. Эта их идиллия прямо как бальзам на мою душу. Так приятно было осторожно наблюдать за этим.
 
Время от времени Ал или Шаэр спрашивали, не хочу ли я попробовать что-то ещё, но я уже так сильно наелась, что скорее хотела скорее вернуться в свои покои и уснуть. И, будь на то моя воля, уснула бы прямо здесь. Но вечер всё тянулся и тянулся. Выматывая скорее морально, чем физически. Император словно заметил моё состояние, сначала ускорив течение ужина, а потом и вовсе позволив всем желающим его покинуть.
Благодарно ему улыбнувшись, мы покинули залу в числе первой десятки. Первыми, к моему удивлению совершили тактический побег Первый принц с женой. Потом ушли часть советников и даже принцессы. Следом поднялись генерал с женой. Мужчина очень бережно помогал супруге спуститься по лестнице, а потом провёл её не главными дверями зала, а боковыми. Меня очень забеспокоила её почти мертвенная бледность и блестящие от еле сдерживаемых слёз глаза. Но что-то у кого-то спрашивать я не решилась. Вдруг я случайно оскорблю этим вопросом эту пару или, наоборот, привлеку ненужное внимание к проблеме в семье родственников правителя.
Когда мы покидали залу, Император лично пожелал нам спокойного света звёзд, чем выказал нам ещё большей чести в глазах своих подданных. Шуршиур снова вызвался нас проводить. Наг был не особо разговорчив вначале, а сейчас его будто прорвало. Он вещал, какой чести мы были удостоены и как высоко нас ценит Его Величество, что всё происходившее на пиру много стоит и не каждый удостаивается даже просто внимания правителя даже на таких приёмах. Мужчину словно распирало от гордости и радости. Он радовался этому, как личной победе. Да уж, политика и дипломатия просто заменили ему кровь, полностью подчинив себе. Редко я встречала таких вот трудоголиков, столь искренне и страстно любящих свою работу.
Оставшись одни в наших покоях, мы сразу направились в спальню. Я на автомате стянула с себя все украшения и платье, оставшись в нижней сорочке, позволившей уже легко сходить в туалет и умыться. Мужчины же остались только в длинных нижних штанах и юбке — даже к приезду нагшиаров хорошо подготовились, — заменяющих нижнее бельё. Подхватив в четыре руки, как только я вышла из ванной комнаты, они уложили меня в самый центр кровати и улеглись привычно рядом, образовывая таким образом своеобразный кокон.
Тихий женский плач прорвал тьму сна. Двигаясь на него по, казалось бы, бесконечному коридору, я неожиданно оказалась в огромной пещере. Скорее даже проходе, образовавшемся в скале. Итак не частые лампы сменились на ещё более редкие факелы. Но останавливаться я не решилась, ведь звук шёл откуда-то впереди, с каждым шагом становясь всё ближе. И вот показалась каменная площадка с очень массивными двустворчатыми красными дверьми.
Рядом стоял генерал и прижимал к груди сотрясающуюся в рыданиях жену. Горький плач печальным звоном отражался от каменных стен грота. Мрачный мужчина слегка покачивался из стороны в сторону, чтобы хоть как-то успокоить супругу. Рядом с ними я приметила старушку с уже знакомым мне посохом с головой дракона на верхушке. Шаманка вышла из-за дверей и с силой закрыла их, обрывая ими громогласный яростный рёв, сотрясший стены пещеры.
Женщина вздрогнула, на мгновение забыв о слезах, а потом разрыдалась с новой силой, взмолившись:
— О, Боги, за что нам всё это? Это я во всём виновата, — горько шептала она, цепляясь сильнее за одежду супруга. — Прости меня, дорогой. Простиии.
 
— Не нужно, Сайланта, — тихо отозвался мужчина. — Если уж кто и виноват перед духами предков, так только я. Разгневал своими желаниями и словами Шил, за что и поплатился.
— О, Великая Шил, прости нас, — задрожала сильнее его жена, а потом заметила Шаманку, подошедшую к ним. — Как он, Арфая?
— Дух всё ещё не вернулся к нему, — тяжело вздохнула та и показала отрицательно головой. — Слишком молод, не подготовлен и слаб оказался.