Пепельный восход (СИ)
— Ты со своей технократикой не перебарщивай. Технократов в святые записал? Хрен они нам чего раздадут. И цены оставят такими же.
— А на мой взгляд, Кайнар должен нам все раздавать! — вмешался Мин. — А то сам деньги на всякие барьеры находит, а на людей плевать хотел.
— Ну ты не перебарщивай. Правители такими добрыми бывают только в сказках, — вставил свое слово Ультар.
— Защищаешь его что ли? Еще бы гвардеец его дочурки не защищал ублюдка. Каково это приносить клятвы против своего народа? — выпалил Даг.
— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ! — взревел Ультар и рванулся в сторону своего оппонента.
— Тихо, тихо, тихо! — Харальф бросился их разнимать. — Даг, выйди, пожалуйста, и умойся.
Даг повиновался и вышел из комнаты. По виду он был самым старшим из новых знакомых и явно продолжительное время находился в запое.
— Не злись на него, друг. У него сын был Легионером Чести. Гордость семьи…даже тела не вернули. Уже месяц он не просыхает. Жалко мужика. И поделать ничего не можем. Если не будем давать пить, то он улизнет и со всякой швалью станет горе заливать.
Ультар быстро остыл и сел на диван. Мендер плюхнулся рядом с ним.
— Падение Легиона для всех нас горе. Для всей империи! А принцесса и сама терпеть не может отца. Так что не защищаем мы его, просто не стоит витать в облаках и надеяться на уродов с шикарными плащами, самим надо справляться, — подытожил Мендер. — Ну да ладно. Пора нам уже. Завтра на службу.
— Да куда же вы пойдете? А если молния ударит?
— Посмотри на них, наверняка у каждого личный щит.
— У всех гвардейцев они есть. Выдают на службе.
*********
Ужин в доме командующего городской охраной явно не должен был настолько затянуться. Мать семейства была прекрасной женщиной, а брат Астира знал много историй и, что немаловажно, умел их рассказывать. Мигом за окнами стемнело, и тут явился глава семьи.
Командующий городской охраной Талиф ас Ранор соло Манариф был весьма сложным человеком. В молодости, достойно проявив себя на войне, он стал протеже генерала своего легиона. Тот устроил его на мелкую руководящую должность в городскую охрану. Однако сидеть на этой должности амбициозному и полному энергии легионеру не хотелось. Он тратил все свое время на службу, и надо заметить: у него весьма неплохо это получалось. Карьера пошла в гору, и, на удивление, личная жизнь также не отставала. Чудная жена и двое не менее чудных сыновей: старший — Астир и младший — Конол — радовали отца семейства.
Дослужившись до серьезной должности руководителя отдела, Талиф переключился на семью. Он проводил с сыновьями столько времени, сколько мог, и слыл прекрасным отцом. После получения должности командующего на его плечи взвалилось множество новых обязанностей, однако он все еще держался со свойственной ему выдержкой.
Лишь инфаркт внес свои коррективы в мышление Талифа. Он ожесточился, но только по отношению к своему старшему сыну. Начал его муштровать и воспитывать особо жестко. Намерение Астира поступить в графический институт были вырваны с корнем, и его отправили обучаться в военное училище, а позднее он был распределен в гвардию принцессы.
Всех членов семьи и близких знакомых смущала такая резкость в отношении старшего сына, особенно учитывая, что младшего это совершенно не коснулось. Все пытались узнать причину или хотя бы изменить поведение отца, но тот был непоколебим.
С тех пор отношения в семье стали натянутыми. Когда приходил Астир, всегда разгорался скандал, и некогда счастливый дом наполнялся руганью. Чувствуя это, Астир бывал у родных все реже и реже. Сегодня было первое посещение за два месяца и то не по его воле.
Появление главы семейства резко охладило всеобщее веселье. Мама Астира отправилась встречать его. А остальные приготовились к конфликту. Лишь Тала не до конца осознавала, что грядет. Несмотря на то что ее отношения с отцом были примерно такими же, но они никогда не ссорились. Он ее игнорировал — вот и вся ругань.
Когда в комнату вошел командующий, всех удивило его необычное состояние. Он был задумчив и, казалось, слегка растерян. При взгляде на Астира его губы сложились в улыбку, которую он быстро скрыл, но все еще оставался в крайне необычном настроении.
— Мое почтение, принцесса. Как здоровье, сынок? — этот вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Произнесенный весьма ласково и по тону, и по содержанию, он ввел всех в ступор.
Неуверенно Астир все же ответил:
— Хорошо. Спасибо, что поинтересовался.
Очень тяжело и со скрипом разговор продолжился и через полчаса уже походил на семейную беседу. Никто не знал, в чем причина такой перемены, но им и не было интересно. Главное — этот счастливый миг.
Только Тала ощущала себя не в своей тарелке. Чувство, что она лишняя и мешает семейной идиллии, не покидало ее и подталкивало к не очень разумному решению. Когда все члены семьи переходили в общий зал, принцесса вышла через заднюю дверь и отправилась к кузнецу. Одна.
Непростительная ошибка.
**********
На улице ее встретили капли дождя и яркая вспышка молнии, ударившей в ближайший громоотвод. Принцесса настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что это событие ничуть не привлекло ее внимания. От звуков машин девушку тошнило, и она избрала пешеходную дорогу.
Ранний вечер был чернее ночи из-за туч, порожденных бурей. Из-за них же на улице виднелись лишь редкие фигуры богачей, которые могли позволить себе персональную защиту от молний.
Один шел со светящимся амулетом, второй с браслетами, у кого- то сияли запонки — разные формы, но суть одна.
Опустив взор на свой пояс, принцесса пришла в ужас — он не сиял! Выйдя из дома командующего, она не включила щит и была прекрасной мишенью для молнии. Дело в том, что артефакты, дарующие защиту от Бури, одновременно делали носящего и прекрасной мишенью для нее. Руны, наложенные на предмет, и Власть, сокрытая в нем, притягивали к себе Бурю, в десятки раз повышая шансы удара молнии.
Невольно руки Талы начали трястись, мешая ей включить бляшкуремня, и, прежде чем она справилась с задачей, аметистовое сияние озарило улицу. За ним последовали типичный треск и взрыв.
Молния ударила в громоотвод прямо над головой Талы. Разумеется, принцессе ничего не навредило, ведь удар пришелся по шпилю, но ужас уже пронзил сердце девушки.
Несмотря на то, что бляшка уже светилась ярко- синим светом, Талу разрывала паника. Она изо всех сил старалась держать себя в руках, но это ей не удавалось. Последней каплей стала тень, завернувшая за угол в паре домов от принцессы.
Тала не попыталась окликнуть ее или разглядеть кто там. Она просто побежала по направлению к кузнецу. Затем справа до нее раздался звук сирены Тримвара. В голове сразу же мелькнуло представление о гвардейцах, готовых ее защитить, и она свернула с большой дороги направо в ближайшую подворотню.
И это была вторая непростительная ошибка.
**********
Эти мелкие улочки — отголосок давних времен. Скорее лабиринт, нежели короткая дорога. Сколько несчастных отдали здесь свои жизни, наткнувшись на грабителей, насильников и тому подобный сброд? И сколько еще отдадут?
Поворот за поворотом в полутьме. Стук по брусчатке и треск в небесах гнали ее в беспамятстве вперед. Сзади слышались шаги… или спереди? Или это не шаги, а капли дождя? Бежала ли она все еще в нужном направлении? Вряд ли. Она бежала так, как вышло. А вышло все весьма печально.
Избежать столкновения вряд ли бы удалось. Быстрота бега, угол, перекрывающий вид, и мокрая дорога не оставили шансов. И вот уже двое на земле. У одной стены Тала, у другой — незнакомец. Рядом — с десяток его друзей с ошарашенными лицами. Ему помогают встать. На нее косо смотрят. Талиса с легкостью поняла, что это недавние посетители какого-нибудь клуба, и на алкоголь они явно не скупились. А может, и не только на него.
Тала встала сама и дрожащим голосом попыталась извиниться, но юноша обладал явно большим ораторским искусством, так что сквозь шквал мата и оскорблений девушке пробиться не удалось. И тут в ней взыграло чувство, с которым она всегда пыталась бороться. Как смеет он оскорблять принцессу!?