Я тебе запрещаю (СИ)

Хочет что-то доказать мне. Но я всё вижу без этого напускного равнодушия.
— Отвези меня домой, — говорит она.
Внутренне ликую, предвкушая наш с ней «разговор» у меня дома. Но она возвращает меня на землю.
— К Марии Эдуардовне домой, Рустам, — серьезно говорит она.
Я не собираюсь тратить время на пустые споры. По дороге уломаю. В этом даже не сомневаюсь.
— Поехали, — говорю ей, целую в щеку и за руку тяну за собой.
В клуб я приехал с водителем, поскольку собирался напиться. Но не успел. Поэтому отпускаю водителя. Хочу остаться с Настей наедине. У нас ещё не было в машине и это я собираюсь исправить прямо сейчас.
Мы едем в тишине. Я искоса порой смотрю на нее.
Она сидит ровно и смотрит только вперёд. Я чувствую, что эта новая роль даётся ей нелегко, но она держится. Вызывает у меня улыбку.
Кладу руку ей на ногу и сжимаю, но не сильно.
Она закрывает глаза.
— Не могу больше, — говорю сам себе, но она это тоже отлично слышит.
— Рустам, — выдыхает.
И я сворачиваю в первый же двор, где слабый свет фонарей едва освещает ночную улицу. Паркуюсь в каком-то тупике и сразу же отстёгиваю ремень и у себя, и у Насти.
Она испуганно смотрит на меня. Как будто и правда не ожидала этого.
— Рустам, что ты делаешь? — спрашивает она, когда я хватаю ее и сажаю себе на колени.
Платье задирается и я вижу кружево трусиков. Чувствую, как напрягается каждая мышца, и инстинктивно поджимаю яйца.
Я хочу ее. До сноса башки. До боли в паху. Сильнее сжимаю ее руками.
Уверен, она тоже чувствует мое желание трахнуть ее.
Но все равно упирается руками в грудь. Пытается оттолкнуть меня.
Но я не отпущу ее. Рукой схватив ее за шею сзади, наклоняю к себе.
— Нет, Рустам, — сопротивляется она. — Нет.
— Настя, — шепчу уже в губы, — ну, почему. Я скучал. А ты?
Просовываю ладонь между нами и средним пальцем слегка надавливаю.
Она замирает, задерживает дыхание. Но тут же приподнимается и пытается слезть с меня. Вернуться на свое место.
Но я силой удерживаю ее, схватив за талию.
Настя бьёт меня по плечам. А я утыкаюсь лицом ей в грудь и, удерживая одной рукой, второй пытаюсь расстегнуть ширинку.
— Нет, Рустам! Нет! — отталкивает меня.
Но я чувствую, что меня уже ничего не остановит. Почти ничего. Потому что, когда я отрываюсь от нее, чтобы спустить боксеры и сдвинуть ее трусики в сторону, она упирается ладошками мне в плечи и говорит:
— Рустам! Посмотри на меня! Рустам!
Поднимаю взгляд. Сквозь морок вижу ее серьезные глаза. Таких я не видел ни разу у нее. И немного прихожу в себя.
Она слишком серьезна. Слишком.
— Если ты сейчас сделаешь это, — не то, что бы угрожая, но с интонацией, заставляющей меня воспринимать ее слова всерьез, говорит она, — это точно будет все. Все. Понимаешь, Рустам? Это будет в последний раз. В последний.
— Настя, — губами касаюсь шеи, провожу языком, — ты совсем не хочешь? Только правду скажи.
— Хочу, — выдыхает она.
Отводит мою голову от себя и смотрит в глаза.
— Но не здесь и не так, — опять говорит серьезно.
— Что ты хочешь от меня? — не выдерживаю я.
— Поговорить, Рустам, — абсолютно спокойно произносит она. — Просто поговорить.
— Да о чем, Настя? Что за игры? — я еле сдерживаюсь, чтобы не насадить ее на член, несмотря на эти ее «нет» и «не надо».
И даже поражаюсь сам себе. И своему терпению.
Я мог бы трахнуть ее прямо сейчас. Уложить на сидение. Развернуть спиной и трахнуть. Жестко и грубо. Наказать ее. Но что-то, пока непонятное мне, останавливает меня. Но больше меня пугает не это, а то, что Настя, похоже, это тоже чувствует. Потому что ведет себя очень смело и дерзко.
  
Глава 62. Рустам
 
— Хорошо, — соглашаюсь.
Снимаю ее с себя и возвращаю на пассажирское сидение. Кое-как застегиваю ширинку под зорким взглядом Насти. До последнего надеюсь, что она опомнится и даст нам то, что мы оба хотим. Но нет. Ее выдержке можно позавидовать.
Хотя я уверен, что она сама сейчас кусает губы не просто так.
 
Ну, ладно, девочка. Хочешь поиграть? Посмотрим, кто сдастся первым.
— Говори, — произношу это строго, не глядя на нее.
— Отвези меня сначала к Марии Эдуардовне, — просит она. — Там, возле дома поговорим.
Молча завожу машину и везу ее туда. По дороге она пытается завязать разговор. Спрашивает о моих делах, новостях, еще какой-то ерунде. Но я отвечаю сухо, давая ей понять, что ведет она себя неправильно.
Наконец, мы приезжаем к дому Марии Эдуардовны.
— Ну, — поворачиваюсь к ней, — говори.
Она начинает не сразу. Мнется под моим взглядом. Как бы не хотела показаться, но не выдерживает его. Сразу понятно, что играет.
— Рустам, я хочу работать в компании отца, — наконец произносит она.
Такого я точно не ожидал. Я думал, что она начнет говорить о нас. Разочарован.
— Зачем тебе это?
— Хочу стать полноправной владелицей. Принимать решения.
Откровенно смеюсь.
— Какие решения, Настя? Ты хоть понимаешь, о чем идет речь?
Обижается. Складывает руки на груди и, насупившись, смотрит в пол.
— Тебе еще многому надо учиться, Настя. Это не компания. Это сложный механизм. Одно неверное решение и все.
— А Артур сказал…
— Сука, — перебиваю ее. — Не говори при мне его имя. Никогда. У него свои интересы. И ты в них лишь способ получить желаемое. Поняла?
Наверное, прозвучало это грубо, но это правда. Слышу всхлипы. Только этого не хватало.
Плечики Насти вздрагивают и она начинает шмыгать носом.
Так мы и сидим какое-то время: я — уцепившись за руль, она — скрючившись и всхлипывая.
Мысленно считаю и меня хватает до двадцати. Потом плюю на все, обнимаю ее и прижимаю к себе.
— Ну, ладно, хватит, — говорю как можно мягче. — Чего ревешь-то?
— Я для всех вас лишь способ. Для всех, — шмыгает и не смотрит на меня. — Лучше бы и не было этих акций.
— Ошибаешься, — улыбаюсь ее детской наивности. — Это очень хорошо, что они у тебя есть.
— Ты научишь меня? — поднимает на меня свой взгляд.
— Ты правда этого хочешь?
Кивает.
— Жениться на тебе что ли? — шучу я, а она вдруг опять слишком серьезно смотрит на меня.
— Ну, чтобы ты уже смогла принимать решения, как мечтаешь, — уточняю я, чтобы она не питала пустых надежд.
Ее голова на моем плече. Я наклоняюсь и беру ее за подбородок. Долго смотрю в глаза, потом на губы. Опять в глаза. И целую ее. Сразу же проникая языком, вспоминая ее сладкий, ни с чем несравнимый вкус.
Кончиком языка она скользит по моему языку, а потом резко убирает его и вот уже мой язык четкими толчками таранит ее рот. И член в нетерпении дергается, так и не дождавшись своей очереди.
— Настя, — тяжело выдыхаю я и рукой накрываю ее грудь. Даже через ткань чувствую, как напрягся сосок.
Настя закрывает глаза и откидывает голову назад. Ну, вот, сейчас. Быстро, на давая ей опомниться, веду рукой верх по бедру. Сжимаю его.
— Ну, нет, Рус, — шепчет она и кладет свою руку на мою. Опять останавливает. Да что, блять, такое?!
— Настя, — говорю жестче.
— Нет, Рус, — она как будто просыпается. Открывает глаза, садится ровно и убирает мою руку. — Нет. Не сейчас.
Блять.
— Когда?! — рычу я. — Когда?!
— Ну, — она уже вполне спокойна, как будто и не закатывала глаза только что, — мне надо подумать над твоим предложением.
Усмехаюсь.
— А мне что делать в это время? — красноречиво взглядом показываю на свою ширинку.
А эта маленькая стерва опускает взгляд туда же, облизывает губы и отвечает:
— Тоже думать.
— О чем, блять?!
Настя улыбается и проводит рукой по моей щеке:
 
— Обо мне, дядя Рустам. Конечно же, обо мне.
Хватаю ее за руку и притягиваю к себе.
— Знаешь что, Настя? — цежу сквозь зубы, сузив глаза. — Думай быстрее, а то живой не выпущу.