Я тебе запрещаю (СИ)

Он поворачивается ко мне. Я лишь киваю.
Мы подъезжаем к огромному небоскребу. Выйдя из машины, я тщетно пытаюсь подсчитать хотя бы примерное количество этажей. Стою, задрав голову, пока Рустам не дергает меня за руку.
Заходим в лифт. Рустам встает к стене, я — перед дверями. Лифт плавно и бесшумно движется наверх, пока не останавливается на одном из этажей и в лифт не входит человек пять в костюмах, бурно обсуждающих что-то. Они вежливо здороваются с Рустамом и продолжают обсуждение.
Чтобы они все влезли в лифт, я вынуждена сделать шаг назад. И еще. Но и этого мало. Я опять подаюсь назад, пока не упираюсь спиной в каменную глыбу. В Рустама.
Я вся подбираюсь и стараюсь даже не дышать. Хочу немного отодвинуться от него вперед, но тут же чувствую его руку на бедре, не позволяющую мне сделать это. И нет, мне не кажется — его рука на моем бедре! Обжигающая. Властно удерживающая меня.
Это едва заметное движение не видно остальным.
Только я чувствую, как его пальцы слегка сжимают меня, и спиной ощущаю каждый удар его сердца. И мне кажется, я уже не дышу.
Лифт останавливается и люди выходят. Мы опять остаемся одни в лифте. И сейчас места достаточно, но Рустам так и не убирает руку с моего бедра и мы так и приезжаем на нужный нам этаж.
Стоит дверям лифта разъехаться в стороны, как я уже не ощущаю его руки и мы выходим, не проронив ни слова и даже не посмотрев друг на друга.
Рустам ведет меня по длинному коридору. Останавливается у одной из двери. Разворачивается ко мне и хочет что-то сказать, но тут раздается телефонный звонок.
Рустам недовольно смотрит на телефон и говорит:
— Жди меня здесь. Поняла? Стой, где стоишь.
Нажимает на кнопку и уходит с телефоном дальше по коридору, к окну.
Я стою. Вдруг вижу, как от лифта по коридору приближается силуэт. В полумраке коридора едва различимый. Он подходит к этой же двери. Останавливается и с интересом оглядывает меня.
— Привет, — произносит мягким голосом мужчина, улыбаясь уголком губ. — Ты сюда?
Кивает на дверь.
— Не знаю. Наверное, — честно отвечаю я.
Незнакомец открывает дверь и приглашает меня войти:
— Заходи тогда.
Рустам сказал мне стоять у двери и ждать его, но сейчас на нас с незнакомцем устремлены взгляды всех находящихся в комнате и у меня не остается выбора, кроме как сделать шаг внутрь. Не прятаться же мне за дверь.
В комнате за длинным столом сидят несколько человек. Очень строгих и серьезных. Мне становится не по себе. Но мне на помощь приходит незнакомец.
— Всем доброго дня, — говорит он громко и потом уже еле слышно мне: — Пошли, вон там места есть.
Он берет меня за локоть и ведет к противоположному концу стола. Отодвигает стул и предлагает мне сесть. Сам садится рядом. За всем этим действом не отрываясь, следят все присутствующие. Я чувствую себя как на арене цирка. Ужасно некомфортно и неуютно.
— Как зовут тебя? — тихо спрашивает незнакомец.
— Настя. Анастасия.
— Красиво, — улыбается он. — А меня — Артур. Если ты улыбнешься, тебе сразу же станет легче. Гарантирую.
Я с благодарностью смотрю на него. Он действительно помогает мне справиться со страхом.
Но в этот момент дверь с грохотом открывается. Так, как будто ее кто-то выбил ногой. В комнату заходит Рустам. Его взгляд сразу же останавливается на мне. Потом он быстро переводит его на моего соседа и опять на меня.
Сухо поздоровавшись с присутствующими, он решительно подходит. У меня начинают дрожать коленки. Взяв меня за предплечье, тянет вверх, заставляя встать.
— Я же сказал, ждать меня, — шипит так, что это, как мне кажется, слышат все в комнате.
Тянет меня за собой.
— Рустам, аккуратнее, — вступается мой новый знакомый.
Рустам ничего не отвечает, лишь грозно сверкает на него своими глазами.
Он чуть ли не тащит меня в другой конец стола, сажает на свободный стул и сам садится рядом.
  
Глава 27. Настя
 
Боязливо оглядываю всех присутствующих. Их взгляды обращены на меня. И среди них взгляд Рустама кажется мне самым дружелюбным, хотя мне кажется, я кожей ощущаю его гнев. И чего он так завелся?
 
— Рустам, может, ты представишь нам свою спутницу? — произносит, ухмыляясь, женщина, сидящая напротив.
Красивая, ухоженная, но злая. Это легко читается в ее мимике и тоне голоса.
— Я так понимаю, мы здесь ради нее собрались? — она переводит взгляд на меня и я так и вижу, как в ее глазах полыхает ненависть ко мне.
Рустам кладет ладонь на мою руку и это немного успокаивает меня. Только ощутив его прикосновение, я понимаю, что дрожу.
Мне очень некомфортно здесь и хочется уйти.
Он встает с места и произносит жестким бескомпромиссным голосом:
— Мы собрались сегодня, чтобы познакомиться с еще одной наследницей Михаила. Многие из вас уже в курсе, что у него была еще дочь. Свои акции Михаил завещал своим детям. В равных долях. Сыну и дочери.
Он тянет меня за руку, приглашая тоже встать. Послушно встаю и опускаю голову.
— Анастасия Михайловна Устинова. Новый акционер компании, — говорит Рустам.
В комнате повисает тишина.
— Можно я сяду? — говорю чуть слышно, обращаясь к Рустаму.
Стою как на Голгофе, приятного мало.
Он кивает и я сажусь, пытаясь стать как можно меньше.
— Анастасия Михайловна будет принимать участие в руководстве компании? — спрашивает мой новый знакомый Артур, улыбаясь мне.
— Пока нет, — отвечает за меня Рустам.
— А ты и отвечать за нее будешь, Рустам? — усмехается Артур. — Сколько ей лет? Она не вправе сама решать?
— Пока не вправе, — сухо отвечает Рустам. — И да, я буду отвечать за нее. Тебя что-то не устраивает?
Артур лишь разводит руками.
Похоже, на этом сборище никто особо друг друга не любит.
— Хм, — опять слышу этот злой женский голос, — а откуда нам знать, что она — дочь Михаила? Есть доказательства?
— Есть, — опять отвечает Рустам, повернувшись к женщине. — И главное доказательство — это воля Михаила. Ты хочешь ее оспорить?
— Возможно, — как-то зло улыбается она. — Я, да думаю, не только я, сомневаюсь в ее родстве с моим бывшим мужем.
Она встает с места и под стук каблуков подходит ко мне.
— Встань, пожалуйста, девочка, — вроде, и просит, но в голосе больше приказа, чем просьбы.
Послушно встаю. Она внимательно осматривает мое лицо.
— Она не похожа на Михаила. Совсем, — заключает свои наблюдения женщина. — Вот наш сын похож! Вылитый Михаил!
— Маргарита, — говорит Рустам, — тебе самой не смешно? Ты пытаешься доказать родство сходством внешности? Ты же, вроде, не глупая женщина…
— Хватит, Рустам! — взрывается она. — Откуда мне знать? Может эта девка была последней шалавой у Михаила и поэтому он решил выставить ее как дочь и всучить ей половину наследства? Искусно насосала?
Это она говорит уже, глядя мне в глаза.
Я вспыхиваю. Мне хочется ответить ей, но не получается. В горле комок. А из глаз того и гляди потекут слезы.
— Вы… — все, что выходит из меня. — Да как Вы смеете… Я…
И я не выдерживаю и срываюсь с места, бегу к двери. И уже поравнявшись с ней, слышу другой женский, но жесткий голос:
— Маргарита, сядь! Перестань истерить! Рустам!
Я выбегаю в коридор и нахожу какой-то темный закоулок. Прислоняюсь к стене и стекаю по ней на пол. Сижу, спрятав голову в колени, и рыдаю.
Почему они так со мной? Что я им сделала?
Слышу шаги. Поднимаю голову и вижу перед собой ноги. Взгляд медленно скользит вверх — Рустам.
Он садится рядом со мной и протягивает платок.
— Почему? — всхлипываю я.
— А ты как думала? Тебя тут никто не любит и не рад тебе.
 
— Я не хочу, — я все никак не могу успокоиться. — Не хочу. Мне не надо ничего.
И тут Рустам кладет мне руку на плечо и прижимает к себе. Моя голова оказывается на его груди.
— Успокойся, — говорит он. — Будешь меня слушаться и все будет в порядке. С крещением тебя, кстати.