Последняя Арена 11 (СИ)

— Почему же? Наоборот! Лучше обо всём рассказать Огюсту или Великой, — оболочка Кота застыла, и от неё снова отделилась призрачная фигура.
— Объединяющий! — с благоговением проговорил я. Сейчас эффект от явления этого существа был не столь сильным, как в первый раз, так что я даже устоял на ногах, но всё равно ощутил, как усиленно забилось сердце.
Статусное создание приблизилось. От него отделился щуп, который притронулся ко мне. Я увидел, что на руке осталась легкая дымка.
Галахад вернулся в тело Кота и пояснил:
— Это подарок Великой. Доказательство того, что я не Создатель, а подселенец. Любой игрок, впервые инициализировавшийся не на Арене, увидит на тебе метку и поймет, от кого она. Атрфлшпсбчсття.
Действие разгона подошло к концу, поэтому я не разобрал дальнейших слов.
— Объединяющий, я не понял последней фразы.
— А теперь, Фрол, лучше пособирай всё, что я оставил для тебя, — уже медленнее повторил Галахад. — Моё существование скоро завершится. Я уже достиг вершины. Мне пора двигаться дальше, — продолжая удерживать руку на сфере, он замер.
Я задал ещё несколько вопросов, но Галахад больше не реагировал. Следующие четыре минуты, периодически безуспешно обращаясь к Объединяющему, я потратил на сбор системных реликвий. Под разгоном я уже проверил все свойства, пытаясь выловить в них нечто такое, что могло бы мне навредить, но ничего не обнаружил. Прислушиваясь к интуиции и включив режим паранойи, всё же переместил предметы в инвентарь — ничего не произошло.
— Время для тебя ещё есть, — неожиданно подал голос Галахад. — Хочешь заглянуть в Око?
— Нет.
— Зря. Занятное зрелище. Эльфы сливают энергию Огюсту, а после их и без того полудохлые тела умертвляют. И люди это делают даже без ментального воздействия. Молодцы!
— Ты ведь тоже возродишься. Я не видел твоей смерти.
— И не видел, как Огюст кого-то убивает или как я забираюсь на этот шпиль. Око не показывает меня, — артефакт под его возложенной рукой с лёгким хлопком исчез. Остался только дым, который тут же развеялся. — Всё же рекомендую использовать скрижаль с защитной способностью на себе. И лучше сделать это до истечения таймера. В противном случае она исчезнет.
Галахад прошествовал к краю и спросил:
— Как ты планируешь меня убить?
— Хотел снести голову, — признался я.
— Ну-ну… — он усмехнулся.
— Что?
— Попробуй срезать мне прядь, — улыбнулся Галахад.
Я выдвинул лезвие. Клинок прошелся в миллиметре над головой, но волосы даже не шелохнулись.
— Оружие хаоса не может причинить вред другим адептам нашей первостихии. Не забывай про это.
— Учту, — кивнул я. Действительно запамятовал.
— Ещё одна рекомендация…
— Слушаю, — я навострил уши.
— Равновесие следит за всеми нами. После того, как я расскажу секрет Арены, у тебя будет менее четырех секунд, чтобы убить меня. Не теряй времени.
— Хорошо.
— И да: снеси мне голову. Это обязательное условие. Так будет намного интересней, — он улыбнулся.
— Понял.
— Фрол, ты точно готов?
— Да.
— Рад был знакомству, избранник Великой. Ты действительно достоин её. Этот секрет такой же, как и тот, что самому низкоуровневому дают дополнительное возрождение и полный иммунитет к проклятиям и благословениям. После текущего задания ты увидишь… Ты точно готов?.. Четыре секунды…
— Да.
— Говорю это только для того, чтобы ты осознал, что я действительно знаю правила последней Арены. После текущего задания ты увидишь, что самому низкоранговому игроку дадут возможность перенести свой артефакт фиксации в любую точку пространства. Действуй! Прощай!
Я активировал поляритический серп и тут же врубил хаотическое отражение урона. У меня до сих пор витали мысли, что наш разговор — какая-то своеобразная уловка. Из-за мнимого бессмертия так просто подловить меня не получится, ведь моя оболочка на протяжении десяти секунд будет полностью неуязвима. За это время можно натворить множество дел.
Перестраховка вышла излишней. На мгновение в глазах Кота мелькнула осознанность, но серп тут же прошёл сквозь шею. Голова отделилась от туловища. Тело обмякло и сверзнулось со шпиля.
 
Задание, висевшее в интерфейсе, позеленело и испарилось.
Я ждал завершения защитного умения и размышлял, что делать дальше. Посему выходило, что нужно пообщаться с Кейрой: ситуация была слишком уж странной, так что требовался совет Великой. И чем скорее поговорю с ней, тем лучше.
Действие хаотического отражения урона подошло к концу. Я подошел к краю и заглянул вниз. Подо мной находилась крыша, расположившаяся немного под уклоном, а на ней валялось бывшее тело Объединяющего. Труп, как это всегда бывает при обнулении, не исчез. Голова при этом сползала и вот-вот должна была покатиться.
Вернулся к постаменту, разбежался и прыгнул. Активировал навык, оттолкнулся от воздуха, чтобы преодолеть крышу, и полетел дальше. У поверхности включил гашение инерции — приземление вышло идеальным.
Я выпрямился, а следом, забрызгивая мой шлем кровью, рухнула отсеченная голова Кота.
— Это был Галахад? — поджав губы, спросил стоявший в пяти метрах игрок.
— Да, Барс, Галахад, — кивнул я и побежал к своему чуду: я чувствовал, где сейчас находится моя женщина.
Я покосился на абсолюта и уловил на себе его задумчивый взгляд.
  
Глава 24
 
— Ты по мою душу? — нарушая повисшую тишину, спросил Люций. Четыре эльфийских тела, которые ранее лежали на плечах мясника, распластались у его ног.
— Нет, случайно встретились, — первым деактивировав защитное заклинание, сказал я чистую правду.
Артефакт Объединяющего позволил увидеть мне не только смерть игроков, но и множество тайных тоннелей, позволяющих быстро перемещаться по территории замка. Воздвигнутый бастион представлял из себя не просто крепость, а довольно сложный лабиринт с секретными ходами, смертельными ловушками и аномалиями неизвестной природы. Так, например, проникнув через одну из иллюзорных стен, ничем не отличавшуюся от остальных поверхностей, я оказался в совершенно другой части бастиона, где нос к носу и столкнулся с мясником. Люций, как и положено завидевшему опасность топовому игроку, использовал свой аналог стихийной свободы.
— Думал, здесь может телепортироваться только Акелла, — спокойно проговорил мясник. Он не стал атаковать, но и снимать защитное заклинание не торопился.
Я прекрасно понимал эту перестраховку. По приказу Огюста уже устранили слишком многих крайне неочевидных игроков, не ожидавших нападения. Да взять хотя бы Фарруха, который в Намче-Базар умудрился снять с меня уровневый ограничитель и который считался одним из сильнейших землян, прошедших отбор. А обнуление лучшего крафтера с высшим Страждущим?
Не следует забывать и про эльфов — их тоже пустили в расход без малейшей жалости. Если судить по динамике, то по истечении таймера лопоухих иномирцев останется не больше тридцати. А ведь они за счет знаний и опыта на порядок превосходили людей, но Огюст решил сохранить представителей именно нашей расы. Видимо, действительно сказывается, что мы — по своей же глупости и неосведомленности — совались в провалы и опасные аномалии и помимо стандартных классовых заклинаний и навыков получали крайне специфические умения.
«Фрол, подожди четыре минуты. Сейчас нельзя отвлекаться», — раздался в голове голос моего чуда. «Понял», — я попытался транслировать мысль, но ощутил, что послание до Кейры, находившейся буквально за тремя поворотами, не доходит.
Ладно, за четыре минуты ничего катастрофического произойти не должно. Насчёт Огюста я пока ничего не решил — сперва нужно посовещаться с Великой. Да и Объединяющий не говорил, что устранить ифрита нужно прямо сейчас. Арена ведь явно займет далеко не один час.
— Так и есть, — подтвердил я, смотря в интерфейс и в очередной раз перечитывая описание способности, доставшейся мне из скрижали Объединяющего. Целая минута неуязвимости! — Здесь повсюду кротовые норы. Некоторые, как эта, односторонние, — я стукнул по твердой поверхности. — Другие могут вести в несколько мест.