Любить всем сердцем (ЛП)

— Это ни хрена не сработало! — Я меряю шагами гостиную Райдера.
— Дай мне принять немного кофеина, прежде чем я спрошу, о чем, черт возьми, ты говоришь. — Он берет кружку, не сводя глаз с пакета в моей руке. — Зачем тебе пакет «Читос» в шесть утра?
Я смотрю на пакет и бросаю его на стойку.
— Понятия не имею. Я не могу бухать, не могу принимать наркотики, и даже думать не могу о том, чтобы трахнуть кого-то без того, чтобы меня не стошнило. «Читос», казался, следующим лучшим вариантом.
Он кивает.
— Имеет смысл. Кофе?
Я падаю на его диван.
— Наверное.
Довольно скоро он приносит мне чашку кофе и садится в кожаное кресло напротив меня.
— Хочешь знать, из-за чего я проснулся?
Он поднимает руку, заставляя меня замолчать, и делает глоток кофе.
— Подожди. — Еще несколько глотков. — И еще один. —Делает ещё глоток, облизывает губы и кивает. — Ладно, я готов.
Ставлю свой кофе, ударяю пальцем в телефон и бросаю ему.
Он ловит его и щурится на экран.
— Вот дерьмо.
— Дерьмо, это точно! — Я поднимаюсь с дивана, не в силах сдержать разочарованную энергию, кипящую прямо под моей кожей. — Ты можешь поверить в эту хрень?
— Она выглядит счастливой.
Я резко оборачиваюсь, разинув рот.
— Прости. Слишком рано?
— Да, черт возьми, еще слишком рано! Я излил ей свое сердце в этом альбоме. Поставил все свои чувства на кон, чтобы мир услышал, чтобы заставить ее выслушать меня, и это не сработало! — Я хватаю свой телефон и тычу пальцем в фотографию Бетани и здоровенного бородача, разделяющих интимную трапезу в гребаном «Деннис».
Я прокручиваю картинки, присланные мне частным детективом, которого нанял, чтобы присматривать за ней после того, как выпустил альбом, который назвал «Любить всем сердцем», потому что это именно то, что я делаю. Хотел убедиться, что папарацци… О, кого я, черт возьми, обманываю? Я эгоистичный мудак, и хотел знать, слышала ли она мои песни, понравились ли они ей, двигалась ли она дальше.
— Она выглядит горячей штучкой. — Райдер пожимает плечами.
— Вот именно. — Я встаю с дивана и хватаю пакет «Читос». — Все я ухожу.
— Полегче, Джесси. — Райдер показывает на диван. — Положи «Читос» и садись.
Я сажусь, но пакет не кладу.
— Я без нее с ума схожу. Доктор Ульрих все время говорит, что скоро станет легче, но это не так. Она попросила пространство, и я его ей дал, думая, что она в конце концов вернется, но... — О черт, у меня сдавливает горло. Я пытаюсь очистить его, но это не помогает. — По-моему, я ей больше не нужен.
— Возможно, ты и прав…
— Зачем я вообще сюда пришел?
— Но, вполне возможно, ты ошибаешься.
Мой взгляд устремляется на него.
— Почему ты так говоришь?
Скажи мне, что она все еще любит меня, скажи, что у меня еще есть шанс, скажи, что она вернется!
— Женщины любят широкие жесты.
— Я написал ей гребаный альбом. Песни о ней или вдохновленные ею входят в десятку лучших по всему миру. Чего еще она хочет?
— Это правда, но это ничего не значит, если она их не слышала.
Я хмурюсь.
— Тебе нужно заставить её послушать.
— Но как?
— Это тебе предстоит выяснить.
— Я уже пробовал, помнишь? Заставил ее блевать перед церковью, и она сказала оставить ее в покое.
— Устрой засаду. Схитри, чтобы она услышала тебя, но не знала, что это ты.
— Ты говоришь загадками, братан.
— Хм... — Он почесывает подбородок. — Она упомянула, что ей нравится Джастин Тимберлейк.
Я закатываю глаза.
— Думаю, тебе пора уладить все с Джей Ти и попросить его об одолжении.
Глава 25.
БЕТАНИ
«Джесси Ли — гей».
Я бросаю взгляд на газетную статью, приклеенную скотчем к холодильнику. На фотографии под заголовком изображен Райдер, идущий по улицам Лос-Анджелеса рядом с зарисованной фигурой человека. Предполагаю, что это Джесси.
— Эш!
— Да? — Она в гостиной, смотрит Нетфликс в пижаме.
— По-моему, я уже не раз говорила тебе, что меня не интересует ничего из того, что связано с Джесси.
 
— Я зарисовала его фотографию маркером. Просто прочти статью.
— Не собираюсь я читать. — Отрываю вырезку и несу в мусорное ведро, позволяя глазам скользить по словам.
Отрекся от женщин. Часто встречается с барабанщиком Райдером Кайлом. Может быть, Казанова от побережья до побережья перебрал всех женщин и перешел к мужчинам?
— Это просто смешно. — Я комкаю бумагу и бросаю ее в мусорное ведро.
Джесси — самый гетеросексуальный мужчина, которого я когда-либо знала. И за то время, что провела с Райдером, я не заметила и намека на гей-флюиды. Пресса перевернёт всё, чтобы создать историю.
Я же просил тебя не верить всему, что читаешь обо мне.
Закрываю глаза, когда слова Джесси эхом отдаются в моей голове.
— И что? Что думаешь? — спрашивает Эшли.
Я достаю из холодильника бутылку с водой и запихиваю ее в сумочку.
— Быть не может.
Она запихивает в рот попкорн.
— Хотя странно, да? Что он отрекся от женщин?
— Не может быть, чтобы это было правдой. Он просто стал лучше это скрывать теперь, когда трезв.
— В котором часу концерт?
Я смотрю на часы.
— Начало в семь. Я не могу поверить, что Бен позволил мне взять Эллиот на ее первый концерт. Я подумала, что он захочет пойти с ней.
— Нет, первый концерт — это ваше с ней дело. Уверена, что ему не доставит такого удовольствия падать в обморок из-за Джей Ти, как вам с Эллиот. Кстати, мне надо надеть что-нибудь получше, когда я тебя высажу. — Она шевелит бровями. — Было бы неправильно, если бы я не проводила тебя.
Мой телефон звонит с новым сообщением, когда Эш бежит в свою комнату, чтобы переодеться.
«Повеселись сегодня вечером».
Моя грудь сжимается, когда я читаю сообщение от Большого Джима. Мы отлично провели время, поедая фирменные сэндвичи с ветчиной, и с тех пор он несколько раз приглашал меня на свидание, но я всегда вежливо отказывалась. Дело в том, что Эш была права. Я еще не забыла Джесси.
Я скучаю по тому, как он дразнил меня — даже когда называл гением, потому что знал, что это сводит меня с ума. Скучаю по тому, как он смотрел на меня, как будто я была единственным человеком в комнате, и как он говорил мне, что любит меня, независимо от того, кто его слышал. Даже если он на самом деле не имел этого в виду.
За две недели, прошедшие с тех пор, как Эшли бомбардировала меня в клубе по поводу нового альбома Джесси, я испытывала искушение послушать его. Я зашла так далеко, что искала название альбома. «Любить всем сердцем». Звучит романтично. Или, может быть, это ссылка к его группе. Я боюсь это узнать.
— Готова? — Эшли поправляет бюстгальтер пуш-ап под своей простой белой футболкой с V-образным вырезом.
— Да.
Поездка к Бену недолгая, я хватаю свою сумочку и выскакиваю из машины, слыша стук высоких каблуков Эш позади. Я смотрю вниз на свой собственный наряд: конверсы, джинсы бойфренды, закатанные на лодыжках, и розовый свитер с открытыми плечами. Совсем не сексуально, но достаточно хорошо, чтобы взять теперь уже пятилетнюю девочку на ее первый концерт.
Я стучу в дверь, и Бен открывает дверь.
— Бетани, привет... — Его взгляд скользит влево от меня, где стоит Эшли. Он быстро поворачивает голову, как будто пытается избежать взгляда на ее сиськи, и, честно говоря, отвернуться — это единственный способ не видеть их. — Привет, Эшли. — Ему удается заставить себя посмотреть ей в глаза.
— Привет, пастор Лэнгли. Я как раз высаживала Бетани и решила поздороваться. — Она улыбается и слегка подпрыгивает. — А ещё я хотела сфотографировать девочек, прежде чем они отправятся к Джей Ти.
 
— Конечно. — Бен пятится и открывает дверь шире. — Входите же.
Мы проходим мимо него, входя в дом.
— Классные спортивные штаны, пастор.